Читаем без скачивания Энциклопедия лоха - Ксения Собчак

ЛОХ EN MASSE

Почему лохи, несмотря на их феерическое многообразие, изо всех сил стремятся выглядеть одинаково? Откуда берутся знаковые лошиные предметы гардероба, будь то малиновый пиджак, леопардовое платье или сумка Birkin? Нету, нету никакой лошиной голубиной почты, не поднимаются над трубами кирпичных коттеджей в Куркино гирлянды сигнальных флажков. Способы коммуникации лошья одновременно и проще, и изощреннее.

Физики учат нас, что свет состоит из частиц, но при этом он - волна. Я не знаю, что именно они имеют в виду, но у лохов все то же самое. Отдельно взятый лох - он и не лох вовсе, а просто какой-то малосимпатичный придурок. Свойства лошья проявляются именно в массе, во вселенском хаотичном процессе, влючающем в себя большое число подобных придурков. Именно тут индивидуальные предпочтения, вкусы и черты характера отдельных частиц теряют всякое значение. Лохи мимикрируют друг под друга и тем самым приобретают свойства волны, - да что там волны - цунами! - подхватывающей и несущей вдаль все, что встречается ей на пути. А встречается ей, естественно, все то же лошье. Вовлекая его, волна набирает силу. Допустим, приходит лох в ресторан с какой-нибудь инфернальной вещицей - например, с телефоном Vertu, тюнингованным фирмой Bucheron. Видела я недавно эту штуку: ох и сильная вещь! Сам золотой, сзади кожа (угадайте чья? Конечно страуса!), а на кнопках накручены какие-то узоры, жуки и змеи, так что набрать номер решительно невозможно. Фэ! Впрочем, это вам не девичий дневничок, а научный труд, и надо не фыркать, а раскрывать образ героя. Ну так вот, достанет наш герой ненароком этот злополучный гаджет, покрутит в руках, сверкнет пару раз самоцветами и спрячет обратно в карман. Этого достаточно. За соседним столиком кто-то непременно подметит такую серьезную, солидную вещь и скажет себе: «У! Круто!» Дальше начинается цепная реакция: подобно вирусу, омерзительная зараза передается все большему количеству людей. Возможно, отдельному лоху и не нравится змеино-страусиное посмешище, и ему хотелось бы чего-то другого - ну, например, телефон Mobiado в тюнингованном корпусе из каррарского мрамора и задником из пайеток. Однако лох боится, что с такой вещицей он будет выглядеть как лох, потому что все носят змеино-страусиное, а мраморно-пайеточное пока еще не в тренде. И потому лох безропотно вливается в общие ряды. Именно так появляются «знаковые вещи», всевозможные it-bags и культовые марки. Клетки лошизма начинают делиться, и опухоль расползается, угрожая захватить все человечество. Лох лоха видит издалека - высматривает, что там у ребят появилось новенького, статусного да нарядного. Лохи узнают друг друга интуитивно, как кошечка - кошечку, а собачка - собачку. Это, конечно, в каком-то смысле полностью обесценивает нашу книгу: какой смысл на семи авторских листах учить читателя выявлять лоха, если сами лохи видят друг друга как на ладони. Вспомним к тому же, что в каждом из нас живет маленький лох, а значит - дремлет инстинкт следования за лошиным стадом. Так что можете выбросить книжку и просто начать прикармливать своего внутреннего лошонка-тамагочи. Делайте ему маленькие подарки - какие-нибудь запонки с черепом и костями - или змеиный клатч с бахромой. Внутренний лох разрастется, примет причудливые формы и заполонит ваше естество. Став лохом до мозга костей, вы сможете легко выделять в толпе себе подобных и подражать им в деталях имиджа. Проблема в том, что вы никогда и не поймете, в какого лоха превратились. Вам будет казаться, что вы исключительно модный чувак и внимательно следите за актуальными тенденциями. Если же вы намерены выдавливать из себя внутреннего лошонка по капле, тогда на инстинкт полагаться не приходится. Тут-то вам, возможно, и пригодится книжка.

ЛОХ НА ПОДИУМЕ

Наверняка кто-то из самых простых и недалеких моих читателей, покупая эту книгу, надеялся получить от меня, своего кумира, серию советов: «Чтобы не быть лохом, не делай того и не надевай этого, а вот тут пройди по струнке, не задев фалдами за косяк». В воображении возникает безбрежное минное поле лоховства, в котором я, как былинная героиня, показываю своим последователям единственный безопасный путь. На самом деле все наоборот: человек, иммунный к бацилле лошизма, шляется по жизни вдоль и поперек, как ему взбредет в голову. Если кто и живет в узких рамках «можно-нельзя», так это как раз главный герой нашей книги, Его Величество лох.

Вообще-то это я для красного словца, нету в лохе никакого величества. Не надо демонизировать лоха. Он - вовсе не адский монстр, а вполне комичное существо, заслуживающее доброй снисходительной улыбки. Однако при этом сам лох совершенно не терпит иронии и не допускает мысли, что он может быть смешон и мил, ибо все на свете делает по-лошиному. В собственных глазах лох очень серьезен и значителен. Именно этим определяются требования к лошиному гардеробу, и требования эти оказываются чрезвычайно жесткими. Вещь, которую выбирает лох, должна совмещать в себе, казалось бы, несовместимые качества. Она должна быть очевидно дорогой, нарядной и яркой. Но при этом ни в коем случае не может быть комичной или забавной. Сценический костюмчик Филиппа Киркорова или куртка со стразами, отороченная соболем, при всей своей чудовищной дороговизне этим условиям не удовлетворяют: в таком прикиде лох будет выглядеть как клоун. А он, по его мнению, вовсе не клоун, а очень крутой чувак. И потому лох выбирает светло-голубую куртку Hermes из кожи крокодила. Писец как инфернально и нисколечко не смешно. Некоторые предметы становились культовыми лишь потому, что исключительно точно попадали в эту нишу «нарядно-но-серьезно». Мода 90-х породила множество предметов одежды, ярких, приталенных, сексуальных и нарядных, но до статуса символа эпохи добрался лишь пресловутый малиновый пиджак Versace. Это потому, что малиновый - одновременно нарядный и серьезный. Серьезность и обстоятельность - основные качества лоха.

Что будет носить лох, можно предсказать на два-три сезона вперед. Именно этим и занимается модная индустрия (а вы думали, у них там дерзновенный полет фантазии и соловьиная песнь самореализации художника? Как бы не так). По-другому и невозможно: если бы лохи составляли даже 10% населения земли - а такая оценка чудовищно занижена, - они, в силу своего однообразия, составляли бы очень важную рыночную нишу. Представляете, сколько надо наделать белых лаковых туфель и розовых галстуков с люрексом, чтобы удовлетворить спрос лохов всего земного шара, буде он вдруг возникнет? Тут без научного прогнозирования не обойтись. Результаты работы экспертов человеку со стороны могут показаться странными. Сколько можно продавать джинсы со стразами и пиджаки с густой вышивкой по три-четыре тысячи евро за штуку, как это делает бренд Dolce amp;Gabbana? Непосвященным может показаться, что дизайнеры, выдающие такую лабуду на протяжении многих лет, а потом, после короткого перерыва, инсценирующие камбэк, обречены на осмеяние и разорение. Это потому, что непосвященные - дураки. Продукция веселых итальянцев всегда будет нарасхват, ибо ее главный адресат - лох. Лох хочет купить на собственные деньги и надеть на себя что-то дорогое, яркое, значительное и обстоятельное. Джинсы со стразами - гениальная находка, и они, как это ни прискорбно, войдут в вечность наравне с мадоннами Леонардо.

Заметим, что даже матерые, закосневшие в человеконенавистническом цинизме эксперты модных брендов не всегда способны предсказать, чего в будущем сезоне захочет лох. Иногда лох делает неожиданный выбор. Но всегда этот лоховской выбор оказывается неожиданным, как бы помягче выразиться, в негативном ключе. Никогда это не будет неожиданный выбор простого холщового пиджака от Миуччи Прада. Я готова биться об заклад, что это будет очередная инфернальная вещь, способная затмить своим нелепым пафосом все прежние.

Кстати, о неожиданностях. Недавно я начала вести ежемесячную рубрику в журнале «Секс в большом городе», где собираю разные удивительные наряды, в которых появляются на светских раутах уважаемые звезды нашего отечественного шоу-бизнеса. В процессе работы над рубрикой подстерегало меня, скромного исследователя жизни, много неожиданностей, включая по-детски неожиданный цвет кожаного костюмчика, что напялил на себя по какому-то случаю патриарх российской скульптуры Зураб Церетели (см. вкладку). Однако, доложу я вам, ничего принципиально нового о роде человеческом я для себя не открыла. Более того: в многообразии экстравагантных нарядов и броских имиджей удалось вычленить несколько, как выражаются стилисты, «луков», то есть цельных образов, включающих приличествующую случаю одежонку, аксессуары, выражение лица и манеру поведения. Предлагаю их вашему вниманию.

Однажды мы с моей подругой Полиной Куценко, владелицей сети бутиков «Подиум», ехали в такси по улицам славного города Еревана. Если вы давно не бывали в этом легендарном «городе садов и розового камня», скажу вам, что сады там подвытоптаны, камень грязноват, дороги абсолютно раздолбаны, а лежащая на всем печать постыдной бедности навевает приезжему хмурое расположение духа. Тем не менее по всем центральным улицам в изобилии рассеяны магазины мужских костюмов. «Я смотрю, тут в Ереване жестко представлена костюмная группа», - отметила Полина. По улицам города слонялось немало молодых людей, облаченных в ассортимент вышеуказанных магазинов. Они выглядели важно. Пожалуй, даже слишком важно по контрасту с окружающим ландшафтом. Насколько я припоминаю, в Москве костюмная группа была щедро представлена в 90-е годы, когда даже студент-первокурсник не имел шансов у прекрасного пола, если на нем было надето что-то иное, кроме, так сказать, пиджачной пары. В те дни, когда поросль нового российского лоховства лишь пробивалась из-под земли, а не цвела, как сегодня, махровым цветом, костюм был единственным способом достичь лошиного идеала внешнего вида: казаться значительным и нисколечко не смешным. Сейчас, когда снабжение текстилем более-менее наладилось, с выбором стало легче. Тем не менее определенная прослойка лохов мужского пола по-прежнему норовит обрядиться в костюм-двойку в таких ситуациях, когда любой нормальный человек предпочтет лук «кэжуал» - скажем, на дачной вечеринке с барбекю или во время речной прогулки на яхте.