вернулся за стол к жене.
- Почему к первому родителю не вышел, а второго так встретил, прямо как родного?
- Я этот дом купил на свое столетие, и его прадед был моим первым наложником. Я его в первый раз чуть до смерти не затрахал, отпаивал потом своей кровью. Да и вообще, он долго жил у меня, мы с ним даже подружились. Он, когда уходил, пообещал, что если родится красивый мальчик, то он мне его пришлет. Мальчик родился, и хорошенький, как девушка, и с магической искрой, но отец мне его все равно прислал. Я ему помог дар развить немного, так что когда он учиться отправился, то уже что-то умел. Так и повелось, что каждый присылает мне своего первенца, знают, что не обижу и помогу если не с учебой, то потом с делом. У меня сегодня наверху был как раз правнук моего первого.… Все в городе знают, что я покровительствую этой семье.
Аля помолчала, пытаясь переварить информацию. Вот вроде и знала, что такое практикуют, но все равно по ушам бьет. А главное, все так спокойно и буднично, что даже неловко.
- А почему так важно, чтобы они до восхода ушли?
- Обычай, - пожал плечами Ангор и, почистив апельсин, предложил Але, та разломила и вернула половину, муж даже подвис от такого, а потом улыбнулся и продолжил, - положено, что жена выбирает мужу наложников.
- Не дождешься!
- Тогда я весь только твой буду… - усмехнулся муж, - не страшно?
- Посмотрим позже, кто кого бояться будет, - Аля, расхрабрившись от такой откровенности, даже подмигнула. Ангор в ответ так рассмеялся, что утирал слезы, потом обласкал ее взглядом, но сразу стал серьезным.
- Так что там за оставшиеся желания?
- Второе желание, которое должно было быть, первым, - Аля отодвинула стакан и посмотрела мужу в глаза, - прошу, не разлучай меня с детьми. Разреши мне участвовать в их жизни. Быть рядом, разговаривать, видеть как они растут.
- Ты так уверенно говоришь – дети. – Ангор поморщился, - отнюдь не все женщины рожают детЕЙ, - выделил голосом окончание муж, - как правило, рожают одного, а потом приводят в дом наложников. Хотя у нас магический брак и я все равно буду лезть в твою постель. Магия не позволит мне отдалиться от тебя. Она уже подталкивает меня к тебе, а когда мы закрепим связь, ты станешь мне парой.
- Искренне на это надеюсь.
Аля почувствовала как зарделась от такого алчного взора, каким ее одарил весьма привлекательный мужчина. А позже они еще будут… ох, как бы не сгореть от смущения.
- Хорошо, я исполню твое желание и что бы ни было с детьМИ, буду заботиться о том, чтобы ты могла в любой момент иметь к ним доступ. Так подходит? - увидев, как Аля кивнула в знак согласия, продолжил допрос, - и теперь осталось третье желание. Последнее. Что бы ты хотела?
- Я прошу тебя не хвастаться мной. По крайней мере, открыто не хвали.
- Почему? - насторожился муж, - всем нравится, когда их хвалят.
- Счастье любит тишину. Поэтому прошу, если кто-нибудь будет расспрашивать, рассказывай им, что я смешная, нелепая или еще что. Пусть лучше подсмеиваются, чем завидуют. Зависть толкает всех на плохие поступки, так зачем провоцировать врагов? Ты один будешь знать, какая я, а остальных это не касается.
В ответ было долгое молчание. Ангор открывал рот, чтобы возразить, закрывал, отводил взгляд, смотрел пристально. Але казалось, что прошла вечность, пока муж созрел вымолвить: - Хорошо, будь по-твоему. Очень странное желание, но я поступлю, как ты просишь. Это самое странное и одновременно самое мудрое, что я только слышал. Сколько тебе лет?
- Мне трудно судить о своем возрасте, - отвела взгляд Аля, - я помню себя в этом мире с тех пор, как меня продали бедуины. Они везли меня в корзине, но, сколько мне было лет и откуда я, не знаю. По моим подсчетам, мне где-то семнадцать.
- Совсем ребенок, - Ангор погладил Алю по голове, как собачку, только что за ухом не почесал, - впрочем, я тоже очень молод для брака. Драконы обычно раньше пятисот лет о семьях и не задумываются. А мне всего двести четыре!
- Так ты совсем малыш, - рассмеялась Аля, - всего четыре годика!
Но в ответ она получила весьма тяжелый взгляд и поджатые губы. Але даже стало неудобно. Ангор тяжело вздохнул и покачал головой.
- Я уже жил больше, чем простые люди. Я видел больше тебя. Воевал, хоронил друзей, убивал врагов. Сегодня я подтвердил свой новый статус. Теперь я буду сотником в войске. То, что я командовал на поле боя, потому что наш сотник погиб, это одно. Но теперь я доказал, что достоин этого звания. Драконы живут немного замкнуто и стараются не привязываться к людям. С людьми никто не заключает магических браков, потому что люди мало живут. Даже ты с чешуйкой проживешь всего двести лет. Я постараюсь продлить твою жизнь не только ради тебя, но и ради себя. Потому что жить после потери пары, это все равно, что жить с раной в груди, которая никогда не заживет.
- Тогда почему повелитель так с тобой поступил? -
Аля не просто растерялась, ей просто полоснуло по сердцу старой болью. Как бы ни куролесил Коленька, но Аля ему все прощала, потому что любила сильнее, чем себя. И после того, как он умер, она помнила только хорошее, и даже сейчас, сидя на кухне, помнила счастливого молодого голубоглазого блондина в голубой клетчатой рубашке. Она очень шла ему. Коленька учил ее кататься на велосипеде на первом свидании, и они много смеялись и были счастливы, как дети. Эту счастливую улыбку и голубые как небушко глаза она пронесла как флаг через всю жизнь. После его смерти она даже спустя годы искала его взглядом в толпе. Слушала шаги на лестнице и каждый раз обмирала сердцем, пытаясь услышать, как он открывает дверь. Добрые люди обещали, что после года сердце станет меньше болеть от потери любимого. Да, после годины боль притупилась, но как больной зуб, дергала всякий раз, когда она видела невысокого мужчину в болоньевой курточке и кепочке в серую клеточку.
- Это очень больно, потерять любимого…
- Ты кого-то потеряла? Родителей?
- Не помню их, - виновато пожала
