стана врага. Да в принципе его и сейчас нет, если всё, конечно, так, как сказал Лёха. Но он даст нам возможность понять противника, ведь их природа в чём-то схожа. Единственное, что пока продолжает смущать: ну никак я не вижу себя в роли спасителя мира. Тоже мне, избранного нашли!
— Ну чё, кхм-кхм, — прочистил горло Старый, — подвигали, что ли? Время идёт. У меня нет никакого желания торчать здесь ночью.
— Я моцик не брошу.
— Как хочешь, можешь ехать на нём за мной.
— Что там, в Таганроге?
— Вечером сам всё увидишь, — усмехнулся дед. — Тебе понравится. Вообще, вот это всё было необязательно, — он кивнул в сторону трупов своих людей.
— Так ты сам вынудил. Нехуй было на нервы капать.
— Согласен, передавил.
— Ты бабку зачем убил?
— Как у… Ах, ты про это… Ну, во-первых, она совсем не та, за кого себя выдавала, за вами же на следующую ночь уже приехали, так?
— Понятно, у меня были мысли по этому поводу.
— Был бы ты чуточку умнее, сам догадался. Они не стареют, — кивнул он в сторону пацана. — Примерно до двадцати пяти растут как обычные люди, а затем остаются такими навсегда.
— Они? — приподнял я бровь.
— Поехали, сам всё скоро узнаешь.
Глава 6. Новое место
— Морзе, Грог, на татами! — строгим голосом скомандовал инструктор по рукопашному бою.
Спорить с ним себе дороже, да и не за этим мы здесь. Без должной подготовки выжить сложно, даже несмотря на то, что в мире априори не осталось слабаков. Всех либо давно выпили, подвесили вниз головой и сцедили всю кровь до последней капли или они уже в стане врага. Однако уроды тоже не дураки и абы кого не обращают, по крайней мере, сейчас. На первых этапах они бросались на всех без разбора, потому как нуждались в армии, но те времена давно позади. Сейчас они стараются просто перерезать глотку, а кровь черпать кружкой из таза, ну, или в самом деле загоняют людей в некие фермы, где цедят их ежедневно, периодически подкармливая своими же чёрными сердцами.
— Ну чё, готов? — сухо поинтересовался Грог.
Очень серьёзный боец, жилистый, быстрый и крайне вспыльчивый. Вечно угрюмый, любит, наверное, только свою собаку по кличке Хан. С этим псом, кстати, довольно забавная история, точнее, всё же с его хозяином. Короче, этот придурок года полтора назад под наркозом сделал ей сменные клыки. Отвалил за это кучу серебра, но теперь его пёс стал очень грозным оружием против злых. Прежде чем выйти за стену, Грог скручивал у пса керамические протезы, заменяя их на серебряные. И вот так, с четвероногим напарником бродил по улицам в поисках жертвы. В общем, тот ещё оригинал.
— Да, погнали, — я кивком подтвердил готовность и несколько раз слегка стукнул себя перчатками по лицу, как бы объясняя мозгу, что сейчас его ожидает.
Инструктор дал отмашку, слегка отстранился, и мы приступили к танцу. Спортивная схватка отличается от уличной, здесь оба противника знают, на что способен оппонент, а потому первые удары всегда аккуратные, вдумчивые. Прежде чем перейти к полноценной атаке, нужно прощупать слабое место, которого в принципе может и не быть. Однако для победы необходима ошибка, любая, даже самая незначительная, вот только и за собой приходится следить не меньше, ведь любой провал легко может стать фатальным.
Левый лоу-кик у Грога такой, что с лёгкостью ломает черенок от лопаты, но я успел сбить его ещё на старте. Пятка загудела от встречи с голенью, но это в разы лучше, чем получить удар в бедро и стать хромым на несколько дней. Однако попытки сбить мне движение Грог не оставлял, а после очередного, неудачного удара всё же перешёл в активную атаку. Короткую, но очень быструю серию прямых я заблокировал, а вот боковой в ухо — пропустил. В голове моментально зазвенело, а внутри зародилась злость, которую я с немалым усилием подавил, потому как нельзя поддаваться эмоциям. Только холодный расчёт поможет выиграть схватку.
Грог разорвал дистанцию и с ехидной ухмылкой подмигнул мне, вызывая очередной приступ гнева. Знает, что я часто психую в поединках, только на этот раз хрен он от меня этого дождётся.
Короткий подшаг, вес тела на правую ногу, ложный выпад и противник повёлся. Снова лоу-кик на опорную ногу, вот только на этот раз я не стал его останавливать, резко перенёс баланс на левую и нанёс ему удар в голову, сработав на опережение. Получилось очень хорошо, словно по груше приложил, плотно. Грога сразу повело, и инструктор остановил мой добивающий. Обидно, всё могло бы завершиться уже сейчас.
— Ты как? Нормально? — поинтересовался он у осоловевшего бойца, тот кивнул, но Евгений Романович всё равно взял его за подбородок и заглянул в глаз: — Ладно, продолжаем.
Новая отмашка и на этот раз Грог бросился в атаку с ходу. Серия ударов ногами, от которой, по идее, я должен был отойти. Вот только я прекрасно знаю, чем это обычно заканчивается и как только первая двойка прошла мимо, сократил дистанцию. С левой всё-таки пропустил, но вовремя заблокировал локтем, а вот правая уже не имела достаточного заряда, чтобы доставить мне неприятности. Я попытался выбить противника апперкотом, но зацепил его лишь слегка, вскользь, и он тут же повис на мне, моментально связав руки. Короткая подсечка и вот мы вместе летим на маты, где я моментально утратил всё преимущество, оказавшись снизу, ещё и головой в бровь получил. Грог приподнялся и дважды закинул мне в лицо, прежде чем я успел подтянуть его к себе, ухватив за шею.
Пошла борьба — самое сложное по физической нагрузке. Все мышцы напряжены, малейшая ошибка, и Грог тут же выведет меня на болевой, а стоит ослабить хватку, как он разобьёт мне морду. А ведь хочется ещё и перебраться из защиты в нападение, но это невозможно, пока тот контролирует меня, находясь сверху. Есть ещё вариант: максимально его обездвижить, чтобы инструктор вывел нас из партера в вертикальное положение.
Очередная попытка пробить мне печень, наконец позволила поймать руку противника. Я подмял её под себя, максимально плотно прижав подмышкой. И вот здесь, наконец-то, Грог совершил ошибку, а мне пришлось пропустить чувствительный удар локтем в лоб, но только это позволило мне завершить приём. Перед ударом ему пришлось приподнять корпус, а я смог подсунуть под него ногу. Ну а её мышечной силы оказалось достаточно, чтобы оттолкнуть Грога, и как только он утратил равновесие, я извернулся и вывел захваченную ранее руку
