Глава 17
ПОТОП
Водой затопило подвал гастронома. Потом нижние этажи вокзала. Потом лётное поле аэродрома. Потом нижние этажи домов. Улицы превратились в реки, а городские площади — в озёра.
Легковые машины по самую макушку покрылись водой. Трамваи и троллейбусы стояли островками.
В порту все грузы удалось погрузить на суда. Потому что там хорошо потрудились ничевоки.
Матросы им говорили:
— Не лезьте в воду! Она холодная! Простудитесь!
А ничевоки только смеялись:
— Нам всё ничего!
Им советовали рабочие:
— Тише! Осторожней! Надорвётесь!
А они только похохатывали:
— Ничего! Ого-го!
Городу грозила гибель. Но простореченцы не испугались. Военные спасали людей. Милиционеры спасали людей. Пожарные спасали людей.
Мальчишки плавали в тазах и верхом на садовых скамейках. На всём, что плавало. Они спасали кошек и собак. И всё живое. А девочки помогали всем.
Рабочие работали не покладая рук. Они чинили плотину электростанции и водопроводные трубы.
Вскоре из соседних городов Верхнереченска и Нижнереченска прибыла помощь.
В порт к ничевокам на моторной лодке приехал Кот в сапогах. С ним в лодке были старый артист и Бимбо.
Мокрые и озябшие, ничевоки стучали зубами.
— Сеньоры! — обратился к ним Кот в сапогах. — Вода затопляет зоопарк! Надо спасти животных!
— Друзья мои! — сказал старый артист. — Вы молоды и отважны. К тому же вы долго жили с обитателями зоопарка. Они знают вас. И не будут бояться.
— Не скрою, сеньоры, — сурово произнёс Кот в сапогах, — это опасно!
— Ничего! — ответили ничевоки. — Мы не боимся!
И перестали стучать зубами.
— Возможно, придётся войти в клетки львов и тигров!
— Вот это работёнка! — воскликнул Вова-морячок.
Но лодка была слишком мала, чтобы всем плыть в ней.
— За мной, братва! — скомандовал Вова-морячок.
И первым бросился в воду. А за ним, хохоча и толкаясь, остальные. Предстоящая опасность веселит.
Старый артист кинул ничевокам конец верёвки. Они привязали его к плавающему бревну, и все за него ухватились.
— Полный вперёд! — крикнул Вова.
И моторка помчалась, ведя на буксире двадцать бывших обитателей зоопарка.
На место они прибыли в самый последний момент. Здесь раздавались ужасные крики. Животные не хотели погибать. Работники зоопарка поседели от ужаса.
А вода уже заливала клетки. Метались и рычали испуганные львы и тигры. Трубили слоны. Ревели медведи. Выли волки. Жалобно кричали мартышки.
Ничевокам стало страшно. У некоторых снова застучали зубы. Не от холода. Но Кот в сапогах пошутил:
— Ребята! А может, лучше в школу пойдём? Учиться!
Ничевоки несмело рассмеялись и бесстрашно подплыли к клеткам. Но тут старый артист остановил их:
— Погодите, друзья мои! Погодите! Пусть сначала Бимбо хоть немного успокоит животных!
Бимбо стал лаять, урчать, рычать, повизгивать. И по-всякому махать хвостом.
Животные понимают друг друга. И Бимбо сказал, чтобы звери не боялись. Что люди пришли их спасать.
Но в минуту смертельной опасности даже люди порою перестают понимать слова. И звери успокоились не совсем. Было очень опасно к ним приближаться. Но тут раздался голос ничевока. Того самого, который любил стучать молотком.
— Погодите! Погодите! — кричал ничевок. — Чего без толку рисковать? — Он придумал, что надо сделать.
Ничевоки рубили деревья и связывали их в плоты. А плоты подводили под основания клеток.
Вскоре все клетки стали плавучими. Тут как раз пришел буксирный пароход. Он взял на буксир клетки и повёл их к сухим берегам.
А слоны пошли за клетками сами. Они умные. А за слонами, по шею в воде, — жирафы. А за жирафами — верблюды, олени. Все, кто большого роста.
Но это было ещё не всё. Настоящее бедствие началось к вечеру. Вода поднялась до самых крыш. Теперь простореченцы спасались на крышах самых высоких домов.
Все жители могли бы погибнуть. Но люди не оставляют в беде друг друга. Так бывает всегда.
Жители были сняты с крыш и посажены на пароходы и вертолёты, катера и лодки. Не были оставлены на погибель ни одна кошка, ни одна собака, ни одна канарейка.
Всё живое было спасено.
Глава 18
НА ТЕЛЕВИЗИОННОЙ БАШНЕ
Когда спасательные работы были закончены, последними на катер взобрались Петя, Сева и Вова-морячок. Они спасали книги из детской библиотеки. Кто-то узнал их и подразнил нарочно:
— Эй, ничевоки! Ведь это книги! Зачем вы их спасаете?
— Ничего! — ответили, посмеиваясь, ничевоки. — Ещё почитаем, если заставлять не будут…
Кот в сапогах решительно отказался плыть к сухим берегам. Он сказал капитану катера:
— Сеньор! У меня здесь есть неотложное дело. Извините меня, пожалуйста.
— Пожалуйста! — ответил капитан. И с удивлением посмотрел вокруг. Ему непонятно было, какое могло быть дело здесь. Ведь только пустынное море расстилалось вокруг. И лишь телевизионная башня одна высилась во мраке наступающей ночи.
Катер уплыл.
Кот в сапогах ни на минуту не забывал о виновнике бедствия.
Он где-то здесь!
Кот в сапогах надвинул шляпу на глаза и направил лодку к телевизионной башне.
И правда, Капризка прятался за железной балкой на самом верху.
Кот в сапогах устремился туда. Ещё немного — и он предстал перед Капризкой.
— Презренный! — воскликнул Кот в сапогах. — Ты должен погибнуть!
И он с яростью выхватил из ножен шпагу.
— А что я сделал! — захныкал Капризка.
Но Капризка сразу же понял, что хныкать теперь бесполезно. И попробовал обмануть Кота в сапогах по-другому:
— Ты благородное существо, а я был плохим. Но теперь я буду хорошим.
Он со страхом посмотрел вниз.
— Нет! — воскликнул в гневе Кот в сапогах. — Ты должен погибнуть.
Кот в сапогах сделал шаг вперёд. Капризка в ужасе округлил глаза.
Он понял, что ещё секунда и…
— Ха! — сказал он. — Ты не можешь меня убить. Я из сказки! Как и ты!
Капризка вспомнил, что он — существо из сказки, он бессмертен. И значит, его нельзя убить. Он может только исчезнуть. Уйти в другую сказку!
Тогда благородный Кот в сапогах решился.
«Я избавлю людей от него», — так подумал он.
— Хорошо, — сказал Кот в сапогах и бросил шпагу в ножны. — В таком случае исчезнем оба.
Но чтобы уйти в другую сказку, надо знать ВЕЛИКОЕ НЕСЛЫШНОЕ СЛОВО. Его знают все сказочные существа. И оно было сказано.
Капризка выкрикнул его.
Кот в сапогах произнёс нехотя и печально.
Ему очень не хотелось расставаться с Павликом и Наташей, со старым артистом и Бимбо. Со всеми простореченцами.
И особенно с ничевоками. Ведь те, кому мы делаем добро, дороги нам особенно.
Так бывает всегда.
Мгновение спустя на верхней площадке телевизионной башни не стало никого.
Глава 19
ЧТО БЫЛО ПОТОМ
Как только простореченцы починили плотину электростанции, схлынула вода. Вернулись в город все его жители. И Павлик с бабушкой, и Наташа с мамой. И старый артист с Бимбо.
Вернулись домой Петя, Сева, Вова и все другие молодые люди, которых раньше звали ничевоками.
Они научились работать. И это им очень нравится. А живут они дома. С папами, мамами и бабушками.
Не стало в городе зоопарка.
Все звери и птицы были отпущены на свободу. Добрые простореченцы отвезли их туда, где они жили раньше. Только мартышки почему-то не захотели покинуть Простореченск. Они спят на деревьях в парке. Днём они катаются на крышах трамваев и автобусов. А зимой их охотно берут себе в дом простореченцы. До весны. Мартышки уже научились у людей носить шляпы и перчатки. Мартышки безошибочно узнают тех, кто был ничевоком. А кроме мартышек, их никто не может узнать, потому что ничевоки стали как все. Только не любят сладостей.
В Доме рыбака и охотника каждый год устраиваются ПРАЗДНИКИ ВСЕГО ЖИВОГО. А в окрестностях и поблизости появились звери и птицы. И видели живую лягушку. И даже, говорят, в озере плавают рыбы!
А в парке, на главной аллее, той самой, где Павлик с Капризкой когда-то поливали всех из шланга, стоит памятник Коту в сапогах. Кот держит в руках книгу и будто читает сказку.
Всем хочется, чтобы Кот в сапогах вернулся в их город. Дети нарочно оставляют на ночь открытую книгу.
Правда, только раз в сто лет бывает, что из книг выходят герои. Но… бывает!
ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА
Дети иногда спрашивают меня:
— А Капризка есть на самом деле? Или его придумали?
И я не знаю, что ответить. С одной стороны есть, а с другой стороны… Нет, не знаю. Но вот однажды, кажется, я его видел. Зимой. Вот как это было.
На остановке ждали трамвай женщина с маленькой девочкой. Девочка капризничала, топала ножками в тёплых сапожках, вырывалась, плача и визжа противным голосишком. Белые пушистые помпончики на её вязаной шапочке прыгали из стороны в сторону.
