— Позволь представить тебе, Лиза, — сказал Левон, — Это наши друзья из Тифлиса, которые приехали работать вместе с Антонием Ивановичем, Николай Александрович и Аполлинарий Шалвович.
— Да, да, конечно, — торопливо сказала она. — Ты ведь предупреждал, что Антоний Иванович приедет не один. Мы подумали и решили поселить наших гостей в «Розовом доме». Арташес и две наши помощницы, Ануш и Варсеник, привели там все в порядок после зимы и даже протопили печь. Вам будет там уютно и комфортно, — сказала Лиза, улыбаясь гостям.
— А почему «Розовый дом»? — спросил Ник у Лизы, откровенно любуясь ее необычайной для Кавказа внешностью.
— Ну, во-первых, он сложен из розового туфа, а во-вторых, Арташес развел там розарий. С ранней весны и до поздней осени вокруг дома цветут розы, — ответила она, нисколько не смущаясь теми знаками внимания, которыми одаривали ее гости. — А потом мы ждем вас в наш «Серебряный дом» к обеду.
С помощью Арташеса багаж был быстро перенесен в «Розовый дом». Приведя себя в порядок, гости направились в хозяйский дом, к обеду. А у Антония Ивановича в руках, как по волшебству, оказался маленький бочонок. Он смущенно сказал:
— Я в Армению без хванчкары не езжу. В отсутствие Лили могу сказать, что хересы и конъяки тут великолепные, но вина не идут ни в какое сравнение с нашими. Армяне очень любят грузинские вина.
В столовой, где все уже было накрыто к обеду, они познакомились с Мадлен, миниатюрной и изящной девушкой, по виду типичной француженкой. Несмотря на свою немоту, она была очень живой и общительной. Тотчас же подсев к Антонию Ивановичу, она положила на стол свой блокнот и письменно стала задавать ему вопросы, на которые он шепотом отвечал.
— Мадлен очень интересуется историей христианства на Кавказе, — извиняющим тоном сказал Левон, — и у них идет давнее обсуждение этой темы.
Все уже садились за стол, когда в комнату вошел огромный, устрашающего вида пес с длинной мохнатой шерстью. Он спокойно, ни на кого не глядя, подошел и улегся у ног Мадлен. Антоний Иванович, продолжая разговор с Мадлен, нагнулся и почесал ему за ухом. Пес довольно заурчал. Ник и Аполлинарий с изумлением смотрели на эту странную сцену. Левон засмеялся.
— Этого громилу Мадлен подарил Антоний Иванович еще щенком. Его мама, кавказская овчарка, живет у него в Тифлисе. А этот бандит по кличке Лупо ни на шаг не отходит от своей хозяйки. Как они объясняются, непостижимо. Но стоит Мадлен внимательно посмотреть на Лупо, и, видимо, дать ему немой приказ, как тот стремглав бросается выполнять его. Ну, давайте обедать, а то Ануш уже нервничает. Она постаралась приготовить сегодня традиционный армянский обед.
Гости воздали должное и супу-кюфте, и жареной форели, и испеченным на тондыре армянским лепешкам, запивая все это добрыми порциями хванчкары. Потом, перейдя в гостиную, обсудили план работ.
— Я полагаю, — сказал Антоний Иванович, — начать завтра с древнего пещерного монастыря. Там есть несколько надписей, которые я хотел бы зарисовать. Это можно будет устроить, Левон?
Тот согласно кивнул головой.
— Хотя нет, — переменил вдруг планы Антоний Иванович, — завтра мы поработаем снаружи, заснимем несколько хачкаров и надписей, пока стоит хорошая погода. Воспользуемся ею, а то вдруг погода испортится. Тогда можно будет и в пещерах поработать.
— У меня есть вопросы, — сказал Ник, думая, что неплохо бы пока разобраться в том, что привлекало так сильно Винкельмана в Армении, — сегодня, пока мы еще не начали работать, может быть вы расскажете нам поподробнее об этих местах и об Эчмиадзине.
— Конечно, конечно, — согласно кивнул Антоний Иванович, — я и Левон с удовольствием расскажем вам историю этих мест. Я полагаю, что это должен сделать Левон, а я буду дополнять. Ну, что, все сидят удобно, пожалуйста, Левон, давайте.
Священник кивнул и начал свой рассказ:
— Ну, вы конечно знаете, что первые христиане устраивали свои церкви в римских катакомбах, подземных штольнях, где добывался камень для строительства. Эта традиция стала очень распространенной на Востоке. Ну, и не только первые церкви устраивались в пещерах, известны целые пещерные комплексы с жилыми помещениями, церквями, даже небольшими водохранилищами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Самый яркий пример это пещерный комплекс Вардзия, — сказал Антоний Иванович, — это нечто изумительное, о нем можно рассказывать часами. В Грузии же, неподалеку от Тифлиса, находится еще один такой комплекс, который называется Уплисцихе.
— Так вот, — согласно кивнув, продолжал Левон, — в начале четвертого века, когда Армения приняла христианство, в этих местах, в естественных пещерах, была основана обитель, которая носила название Айриванк, то есть пещерный монастырь. Кроме естественных пещер при расширении обители вырубали в горе и искусственные пещеры. Была тут, также как и в Вардзия, пещера с источником, она называлась Айвазан. Потом на ее месте была устроена пещерная церковь. Было удобно и оберегаться от врагов, и хранить здесь христианские святыни и сокровища храма. Обитель подвергалась нападениям арабских захватчиков, но конечно, все они боялись проходить вглубь пещер и там было относительно безопасно. Уже в Средневековье, во второй половине XIII века монастырь был куплен князьями Прошянами. Их стараниями тогда же были построены пещерная церковь Аствацацин, усыпальница рода Прошянов, усыпальница Папака из рода Прошянов и его супруги Рузукан. В это же время в скалах, окружающих монастырь, были устроены многочисленные пещеры-кельи, где уединялись монахи, в одной из них обитал известный армянский историк XIII века Мхитар Айриванеци.
— Да, монахи часто жили в пещерах неподалеку от монастырей, — подтвердил Антоний Иванович. — Во Мцхета около Джвари есть несколько древних келий. И в замечательном Шио-Мгвимском монастыре вблизи Мцхета, очень древнем, шестого века. Там один из сирийских отцов, Шио, родом из Антиохии, поселился в маленькой пещерке. Много позже, в высокой скале были вырублены кельи, в которых и сейчас живут монахи. Всех пещер там около тысячи.
— Да, да, — сказал Левон. — Это очень хороший пример. В Шио-Мгвимском монастыре в течение долгих лет велось строительство и создавался целый комплекс, лавра. И также здесь, в Гехарде. Так вот, одним из религиозных сокровищ Айриванка стал наконечник, навершие, того евангелического копья, которым сотник ранил Иисуса Христа…
Ник и Аполлоний переглянулись.
— Что-то не так? — заметив это, спросил Левон.
— Нет, нет, пожалуйста, продолжайте, — успокоил его Ник.
— Хроники армянских историков сообщают о прекрасных храмах, бурной жизни монастырей, множестве паломников. Тут получали защиту и пищу путники, дороги которых проходили через ущелье Гарни, расположенное в ущелье реки Азат, где во все времена было неспокойно. Потом храмы опустошались и разрушались во времена нашествий, а вся армянская история только и состоит из непрерывных войн и коротких перерывов между ними. То, что можно видеть сегодня, это уже средневековые постройки, двенадцатый-тринадцатый век. Князья Закар и Иванэ Долгорукие построили где-то в 1177 году часовню святого Григория Просветителя. Она расположена в сотне метров от входа в монастырь. Часть ее вырублена в скале, ее украшают хачкары. В 1215 году был возведен главный храм, Катогике. Ну, и немного позже окончены работы в первой пещерной церкови монастыря, Авазане, высеченной на месте древней пещеры с родником. Туда стекается множество женщин, говорят, что вода этого родника целебна и лечит от бесплодия. Ну, как я уже говорил, монастырь был куплен князьями Прошянами.
Что еще можно сказать так наскоро о храме Гехарда? Здесь удивительно много скульптур, вырезанных из камня. Растения, животные, геометрические символы, маскароны, все это не свойствено армянским храмам..
— А свойственно некоторым католическим храмам Европы…
Левон с некоторым сомнением посмотрел на перебившего его Аполлинария. Лиза, внимательно слушавшая брата, удивленно повернулась к покрасневшему Аполлинарию.
