Кеннеди и Кайзерманн, «Индейская территория»
8 августа 2002 года, 18:12
В замке зажигания «Лэндкрузера» вместо законного ключа торчало приспособление весьма жульнического вида. Кеннеди, давно на него поглядывающий, наконец не выдержал и спросил:
— Неужели вы действительно угнали машину от «Олд Саймона»?
— Нет, — вздохнул Нордуик. — Из гаража собственного тестя. Надеюсь, удастся потом договориться полюбовно…
Судя по тону старшего помощника шерифа, надежда была весьма слабая. Он добавил:
— Но если вдруг старый хрыч обнаружит какую вмятинку или царапинку… Тогда, пожалуй, единственное, что сможет меня оправдать и спасти — ядерная бомбежка Америки. И то если первая же атомная бомба угодит в дом тестюшки… Обычная от его бронированной лысины отскочит.
Очевидно, это было задумано как шутка, но голос Нордуика звучал слишком мрачно. Кеннеди же при его словах вспомнил, как лежал рядом с Гретхен в сквере у отеля — прижавшись к теплой и упругой (пока еще теплой и все еще упругой) груди трупа… В итоге остаток пути прошел в тягостном молчании. Полицейский на заднем сидении — имени его Кеннеди не знал — тоже за всю дорогу не произнес ни слова.
* * *
Нордуик развернулся, попробовал объехать огромную поваленную ель с другой стороны — но уткнулся в слишком крутой откос. Заглушил мотор и сказал, распахивая дверь:
— Всё, «Кэмэл-Трофи» закончено. Дальше пешком. Но тут недалеко — три четверти мили, не более.
Из шерифского джипа вылез Кайзерманн и еще трое полицейских. Камуфляжные костюмы и ружья придавали им вид браконьеров, решивших до открытия сезона поохотиться на оленей. Но бронежилеты и каски, в которые вся компания начала облачаться по приказу шерифа, несколько смазывали впечатление. Представители семейства плотнорогих обычно ответного огня по охотникам не открывают…
Двинулись, растянувшись цепочкой, след в след, — впереди Нордуик, в молодости исходивший с ружьем все окрестные холмы и леса.
Кеннеди и Кайзерманн, «Индейская территория»
8 августа 2002 года, 18:37
— На этой поляне у них дней десять назад проходила какая-то ежегодная тусовка, — вполголоса сказал Кайзерманн, не отрывая от глаз бинокля. — Большинство потом разъехалось, но кое-кто остался…
Кеннеди лежал рядом и внимательно рассматривал стоянку — тоже в бинокль.
Поляна оказалась велика. Ее можно было бы назвать полем, но если этой земли когда-то и касался плуг, то очень много лет назад. Квази-индейцев тут действительно осталось немного. Восемь вигвамов, стоящий поодаль длинное сооружение немалых размеров, напоминающее ангар, — похоже, обшитое древесной корой. И всё. Но, судя по большому количеству чернеющих кострищ и пятен примятой травы, народу на недавнюю индейскую тусовку собралось немало. Вдали виднелись каркасы еще нескольких «ангаров» — кора с них уже сняли. Людей почти не виднелось — лишь возле одного из вигвамов сидели у костра четверо в индейских костюмах — отнюдь не таких ярких и изукрашеных, как то бывает у карнавальных аборигенов…
— Что это? — показал Кеннеди на «ангар». Конечно, стратегический бомбардировщик в подобнлм сооружении разместить не удастся, но пару авиеток или вертолетов — легко. Или склад горюче-смазочных материалов. Или — изрядное количество бомб-пятисотфунтовок.
— Это такая индейская национальная изба, запамятовал название, — объяснил Кайзерманн. — Большинство племен, кстати, проживали отнюдь не в вигвамах — только самые дикие и нищие, не знавшие даже зачатков земледелия, вынужденные жить охотой и кочевать вслед за стадами животных. Остальные старались возвести что-нибудь покапитальнее. Ирокезские племена, аборигены здешних мест, обитали именно в таких бунгало…
— И нынешние псевдо-ирокезы тоже обдирают деревья? Это же сколько коры надо…
— Они бы ободрали, да кто им даст, — усмехнулся шериф. — Эта «кора» — патентованный синтетический материал. Не возгорающийся, непромокаемый и служащий хорошим теплоизолятором. Возят с собой… А дерево для топлива и каркасов рубят согласно строгим квотам. Так что всё под контролем.
— Кроме этого сарая, ничего подозрительного не видно. Подползем поближе?
— Подползем, — вздохнул Кайзерманн. Его комплекция к ползанию по-пластунски не располагала.
Оставив готовую прикрыть огнем команду полицейских во главе с Нордуиком на опушке, шериф и Кеннеди двинулись вперед, используя как прикрытие отдельно растущие группы кустов. И через десять минут их и сидевших у костра людей разделяло не более полусотни ярдов. Дальше росла лишь трава, не способная укрыть разведчиков.
Но и с близкого расстояния ничего подозрительного рассмотреть не удалось.
— Делать нечего, — прошептал Кайзерманн. — Возвращаемся, окружаем, и берем всех…
— По какому обвинению? — спросил Кеннеди, не слишком вслушиваясь в ответ. Его пристальное внимание привлекла одна из сидящих у костра фигур.
— Что-нибудь придумаем. Можно найти у них марихуану — я прихватил два здоровенных пакета с ней на всякий случай.
— Подожди, Руди… Дай-ка свой бинокль, он помощнее…
Кайзерманн протянул спецагенту чудовищных размеров оптическое устройство, явно купленное на распродаже излишков военно-морского имущества.
Кеннеди приник к окулярам. Наблюдаемая картинка стала гораздо крупнее и четче в деталях. «Ну обернись же!» — мысленно воззвал Кеннеди к сидевшей с краю фигуре в куртке, обшитой длинной бахромой. Фигура словно услышала телепатический призыв — и повернулась, взмахнув рыжими косами, украшенными небольшими перьями и чем-то еще…
Несмотря на покрывавший лицо слой боевой раскраски, сомнений не осталось. Скрестив ноги, у индейского костра сидела Элис. Или ее клонированная сестра-близнец.
Кеннеди, Элис и Кайзерманн, «Индейская территория»
8 августа 2002 года, 18:56
— А тебе к лицу индейская одежда, — ехидно сказал Кеннеди. И не менее ехидно добавил: — Вот только макияж несколько вызывающий. Помнится мне, у индейцев лица раскрашивали лишь мужчины-воины…
Насмешкой он пытался скрыть неловкость и досаду. Задуманное эффектное появление не удалось. Спустя буквально несколько секунд после того, как Кеннеди с изумлением опознал Элис, тайному наблюдению отряда Кайзерманна за индейской стоянкой пришел конец. У костра появился пятый персонаж — непонятно откуда вынырнувший юнец. Он сказал что-то на ухо рослому мужчине в шикарном головном уборе из перьев, тот встал, взяв лежащий за спиной лук. И выпустил стрелу в небо — казалось, совершенно неприцельно, в никуда. Но, взлетев по крутой дуге, украшенная серыми перьями стрела вернулась обратно и вонзилась в землю не далее как в полутора футах от залегших в кустах Кеннеди и Кайзерманна. После чего мужчина гаркнул, приложив ладони ко рту рупором:
— Выходите, презренные бледнолицые! Выходите, если не хотите узнать, как остры наши стрелы!
Ему вторила Элис, тоже вскочившая на ноги:
— Кайзерманн, это вы?! Выходите!!
Как выяснилось позже, мальчишка-дозорный успел не только засечь их «скрытно» выдвигавшийся отряд, но и детально обследовать джипы… В общем, неудобно получилось.
Однако сыновья лесов и прерий оказались — несмотря на столь грозное приглашение — достаточно мирными людьми. По крайней мере, осмотреть свой «ангар» позволили без пререканий. Ничего подозрительного не нашлось: ни авиеток, ни вертолетов, ни бомб, ни емкостей с горючим…
Оставалось одно — раздобыть как можно больше информации.
— Серджио Перес, он же Винхаята, он же Легин-Са-Ок, — личность в наших кругах более чем известная, — говорил «давний поклонник» Элис, представившийся как Одинокий Медведь. — Талантлив, нет спору. Свободно говорит на полудюжине индейских наречий, в лесу как бог: возьмет любой след и не даст взять свой, завалит лося одной стрелой и сделает каноэ при помощи лишь ножа… При этом защитил две докторские диссертации, считается крупным специалистом по социологии племен и по истории индейских войн… Но, как говорится, с тараканами в голове. Мягко выражаясь. Диагноз простой: прогрессирующий нарциссизм на фоне мании величия. Спит и видит себя Бонапартом. Все ему не сидится на месте, все выдумывает что-то новое, все ищет свой Тулон…
— Вы имеете в виду «Лигу освобождения алгонкинов»? — спросил Кеннеди напрямую.
— «Либерейторы» — пустышка. Бабочка-однодневка. Возникли и канули в небытие. Сейчас у Серджио другие идеи. Одни достаточно безобидные — назначил сам себя главкомом некоего «Индейского генерального штаба», пишет статьи, разбирая альтернативный ход сражений у Совиного ручья и при Скво-Вайтинге — при котором эти битвы завершаются успехом краснокожих. Другие начинания — на мой взгляд — не столь безобидные.
