Читаем без скачивания Укрощение «тигров» - Юрий Жуков

Бойцы рассказывали нам про одного пулеметчика, имя которого останется неизвестным, — мина разорвала его в клочки, а до этого никто не догадался спросить даже, как зовут его. Но уж больно он полюбился солдатам, и они то и дело поминают его: «Помнишь, как тот пулеметчик, что на высотке…» «А чем же он вам полюбился, ребята?» — спросил я солдат, и один из них ответил: «Злость у него веселая была, товарищ корреспондент. Он их как пугнет, пугнет очередью, потом выругается по-простому, по-фронтовому, и улыбнется. Полезут они опять, он еще ленту заложит, опять ругнется, на руки поплюет, опять даст и опять улыбнется. Так он со смешком их роты полторы положил».

Русский человек воюет именно так — свирепо, зло и в то же время с открытой душой. Он зол до последней степени, и ярость его туга, как тетива, но он никогда не позволит себе разрушить зря домик или перекопать окопом огород, когда можно отрыть его в сторонке. И только с гитлеровцами у него злобный разговор — разговор крови и смерти. Когда он видит перед собой ползущих по земле вражеских солдат в зеленых мундирах, похожих на травяных тлей, или грязнобурые немецкие танки, вся его воля, все помыслы подчиняются одному — любой ценой уничтожить их. И как можно больше!

Я пытался коротко, в двух словах, конспективно записывать рассказы о подвигах, совершенных в эти дни. Хотелось хотя бы коротко упомянуть в газете о каждом, чтобы знали родные и близкие, как воюет дорогой им человек. Но уже на третий день я увидел, что сделать это немыслимо — так много удивительных подвигов совершает в эти дни фронт. Вот только часть этих заметок, уместившихся на одной страничке блокнота, а весь он испещрен такими же записями:

— Ветеран гражданской войны артиллерист Колесников расстрелял все боеприпасы по наступающим танкам. Когда же «тигры» подползли вплотную к его орудию, он бросился со связкой противотанковых гранат под гусеницы «тигра». Ценой своей жизни герой-ветеран уничтожил немецкий танк.

— Два танковых экипажа под командованием Силачева и Дмитриева подбили 35 немецких танков.

— Рота под командованием товарища Нехорошева встретила удар двух рот немецких автоматчиков, прорвавшихся в глубину нашей обороны, забросала их гранатами, затем поднялась в штыки и истребила всех фашистов, кроме восьми, которые были захвачены в плен.

— Наводчик Фурманов подбил немецкий танк, как вдруг осколком снаряда сбило у орудия панораму. Он продолжал вести огонь, прицеливаясь по стволу, и таким способом уничтожил еще два немецких танка. Прямым попаданием снаряда Фурманов был убит. На его место без колебаний встал командир взвода, фамилию которого, к сожалению, пока установить не удалось, и прямым попаданием зажег четвертый немецкий танк. В ту же минуту повторным прямым попаданием немецкого снаряда орудие было окончательно разбито, а командир взвода убит.

— Когда немецкий «тигр» перевалил через окоп, в котором сидели автоматчики под командованием лейтенанта Новощекова, помощник командира взвода Бекусов приподнялся и швырнул гранату. Гусеница была поражена, и «тигр» начал вертеться на месте. Тогда Бекусов вслед за гранатой метнул в «тигра» бутылку с горючей жидкостью и угодил прямо в моторное отделение. «Тигр» вспыхнул.

В сущности говоря, о каждом из этих фактов следовало бы написать отдельный подробный рассказ, но разве угонишься за событиями, которые развиваются так бурно и так стремительно, и разве расскажешь обо всем, когда буквально каждый час приносит сообщения о поистине небывалых подвигах? Ярость, целеустремленная и оправданная, могучая ярость вдохновляет наших солдат и делает каждого из них богатырем.

…Два с лишним года назад, начиная войну с нами, гитлеровцы бахвалились тем, что в их армии якобы собраны непобедимые солдаты, которым не страшны русские. Постепенно они начали соображать, с кем имеют дело на Восточном фронте. Сейчас, когда им снова крепко дали по морде, они еще сильнее заскулили.

Только что я вернулся с допроса очередной партии пленных— вчера на одном из участков перед нашим танком подняли руки сразу 13 немцев во главе с лейтенантом Дорфелем. Теперь они бормочут комплименты русскому оружию, и ефрейтор Рудольф Хильча, лысеющее и хитрое небритое существо в зеленом мундире, говорит на ломаном русском языке: «Когда наших десять, а ваш один — побеждает ваш».

Вчерашний бой, когда наши танки обрушили на врага неожиданный мощный фланговый удар, о котором сообщалось в сводке Совинформбюро, так ужаснул Хильчу, что страх до сих пор живет в его взоре и он дрожит при одном воспоминании об этом бое. Он долго говорил о том, что Гитлер плох, твердил, что даже офицеры его батальона мечтают о мире, а его командир майор Густав Ниш недавно так нализался с горя коньяку, что свалился с лошади. Хильча даже сказал, оглянувшись по сторонам, что пора начать бить фашистов. Когда же я спросил расхрабрившегося штабс-ефрейтора, почему бы ему не внести свой вклад в борьбу с фашизмом, присоединившись к национальному комитету «Свободная Германия», он испуганно сказал, что стоит вне политики, что воевать ему больше не хочется и что он предпочитает подождать в лагере военнопленных, пока русские не перебьют фашистов.

Рудольфа Хильчу сделал разговорчивым вчерашний бой, он стал антимилитаристом после того, как наши танки обработали немецкий передний край и отправили к праотцам две трети батальона, в котором он служил, — в нем было 450 штыков, а к тому моменту, когда Хильча сдался в плен, оставалось только полтораста. Такая действенная «пропаганда» металлом принимает все более широкие масштабы. Только за неделю боев соединение танкистов, о боевых делах которого я рассказываю, уничтожило сотни вражеских танков, из них немало «тигров», более 50 самолетов, свыше

1100 орудий и минометов разного калибра, а также свыше 6 тысяч вражеских солдат и офицеров. К исходу сегодняшнего дня эти цифры значительно возросли. Достаточно сказать, что только сегодня утром, когда немцы на одном участке предприняли контратаку силами 60 танков, наши танкисты обрушили на них такой удар, что тут же 40 машин было уничтожено, а остальные едва унесли гусеницы.

Бои идут, жестокие, трудные бои… Здесь еще много немцев и много немецкой техники. Немецкие танки мощны, а их экипажи злобны и хитры, и их придется еще долго обрабатывать металлом, прежде чем они превратятся в сторонников мира. Наши бойцы знают это. Тем неукротимее их благородная ярость, творящая чудеса военного героизма.

Таковы некоторые впечатления от сегодняшнего, девятого по счету, дня боев. Они относятся прежде всего к внутреннему, психологическому строю нашего фронта. Если же говорить на языке строгих и четких военных сводок, то, в сущности, за эти сутки в ходе ожесточеннейших боев никаких существенных перемен не произошло. Черта фронта лежит на карте той же напряженкой красной линией цвета свежей крови, и все попытки гитлеровцев хотя бы на отдельных участках изменить соотношение в свою пользу терпят неизменно крах.

ПЕРЕЛОМ

Битва у Прохоровки

14. VII, 20 ч. 10 м.

К сведению редакции. Эту корреспонденцию можно опубликовать лишь некоторое время спустя, когда будет опубликовано соответствующее официальное сообщение. Привет.

Теперь, когда обнародованы итоги великой битвы на Курской дуге, можно с большей определенностью рассказать нашим читателям о некоторых ее деталях, которые, конечно, войдут в историю второй мировой войны как важнейшие ее страницы. До сих пор, по понятным причинам, мы не могли приводить (за редким исключением) ни названий населенных пунктов, где шли бои, ни наименований частей, которые в них участвовали, ни других важных данных.

Но вот уже официально сообщено, что успешными действиями наших войск окончательно ликвидировано июльское немецкое наступление из районов южнее Орла и севернее Белгорода в сторону Курска.

И теперь можно сказать, что всего со стороны противника действовало 14 танковых, 2 моторизованные и 34 пехотные немецкие дивизии, что ценою огромных потерь противнику удалось вклиниться и нашу оборону на Орловско-Курском направлении на глубину до 10–12 километров, а на Белгородско-Курском — от 15 до 35 и что в дальнейшем наши войска, измотав и обескровив отборные дивизии немцев, отбросили врага на его исходные рубежи.

Гитлеровцы понесли огромный урон: они потеряли только убитыми десятки тысяч солдат и офицеров, потеряли тысячи танков, многие сотни орудий, свыше тысячи самолетов и тысячи автомашин.

На протяжении всех этих дней наша печать широко информировала народ о том, с каким исключительным героизмом и самоотверженностью вели наши воины эти бои. Читатели «Комсомольской правды», вероятно, не забыли о том, как танкист Бессарабов в одном бою уничтожил три «тигра», о славных действиях нашей геройской пехоты в этих боях, о подвигах артиллеристов, летчиков. И опубликованные сегодня итоговые данные новым светом озаряют то, что они сделали.