– Мы должны сообщить Ари, Кхорнье и капитану Беккеру, – сказала Мати. – Они могут отправиться туда и забрать нашу мать и отца!
– Да, да, но сперва мы должны сообщить Лирили. Такова процедура, – он снова говорил с ней как взрослый, чуть свысока.
Развернувшись к коммуникатору, Таринье приветствовал Лирили и сообщил ей о том, что они обнаружили:
– Я полагал, что будет разумным ознакомить вас с текстом сообщения прежде, чем передать перевод на «Кондор», – сказал он в завершение.
– Благодарю, Таринье. Это очень интересно. В свете полученной тобой информации, полагаю, завтра я отправлю посланника к Предкам, чтобы сообщить им о случившемся. Однако из центра связи больше никаких передач не будет. Ни на «Кондор», ни куда-либо еще.
– Но, почтенная госпожа, как же так? По крайней мере, Ари должен немедленно узнать о том, что обнаруженная капсула принадлежит родителям Ари и Мати, которые пропали…
– Мне это прекрасно известно, Таринье, – перебила его Лирили. – Я также знаю по горькому опыту прошлых лет, что любое переданное нами сообщение может поставить под угрозу нашу планету. Если кхлеви находятся неподалеку, мы не должны обнаруживать наше местоположение. Это слишком опасно. Следует подготовить эвакуационные корабли и предпринять все меры для того, чтобы при необходимости все линьяри могли покинуть планету в кратчайшие сроки.
– Опять? – спросил Таринье. – И куда же мы отправимся на этот раз? И как быть с Акорной – ведь они с Ари находятся неподалеку от источника сообщения! Именно они прислали нам его. Неужели они не заслуживают того, чтобы узнать данные, уже известные нам?
– Как только это станет возможным, я проконсультируюсь с агрони и приму решение о том, куда мы отправимся. Дорогой мой мальчик, я знаю, что тебе трудно понять это, – снова заговорила Лирили, – но тебе следует просто довериться мне. Мы не можем посылать сообщения: вот и все. Я не собираюсь подвергать эту планету еще большей опасности. Извести меня, если узнаешь еще что-нибудь важное.
Таринье завершил сеанс связи, тоскливо фыркнув:
– Не могу поверить!.. А ты?
– От нее? От нее я ничего другого и не ожидала, – ответила Мати. – Вопрос в том, что нам теперь делать?
– Нам?.. – с доводящим Мати до сумасшествия чувством превосходства переспросил Таринье. – Нам больше ничего не надо делать, малышка. А вот я намерен позаимствовать на время один из кораблей и полечу туда, куда считаю нужным, чтобы предупредить Кхорнью о том, в какой опасности находится она и ее друзья, и сообщить ей о том, что у Ари появилась надежда: его родители могут быть живы. А потом я полечу спасать твоих родителей. Если Кхорнья и ее друзья решат отправиться со мной – что ж, тем лучше.
– Я тоже полечу, – сказала Мати.
– Нет, не полетишь.
– Я тоже полечу, и ты меня не остановишь.
– Остановлю. Если ты вдруг этого не заметила, я больше и сильнее тебя.
– Можно подумать, ты позволишь мне об этом забыть! Но если ты попробуешь улететь без меня, я скажу Лирили о том, что ты намерен сделать, и она тебя остановит.
– Ты этого не сделаешь. Ты хочешь спасти своих родителей, брата и Кхорнью не меньше меня.
– Больше, – твердо заявила Мати, скрестив руки на груди. – Вот потому я полечу с тобой. И не вздумай мне мешать.
– Не вздумай… что?!
– Что слышал. Моя семья насчитывает множество поколений космических путешественников – как и твоя. В космосе я буду чувствовать себя не хуже твоего. А тебе нужна будет помощь. Тебе всего-навсего нужно научить меня управлять кораблем. Двое лучше, чем один. И, думаю, нам нужно отправляться в путь немедленно.
– В такой-то ливень?
– Корабли могут выдержать кое-что похуже какой-то грозы. К тому же после того как мы выйдем из атмосферы планеты, погода уже не будет нас волновать, не так ли?
– Сразу видно, что у тебя не было родителей, которые привили бы тебе должную дисциплину.
– Что ж, по крайней мере, я не повторяю одну и ту же ложь шести девушкам и не ожидаю, что после этого они будут мне верить и любить меня!
На это Таринье ничего не ответил; Мати не было нужды читать его мысли, чтобы понять, что она выиграла этот бой.
– Ну, тогда пойдем. Мы возьмем «Никаври». Я уже проверил этот корабль: он заправлен, загружен всем необходимым и готов к полету. Мы сможем выбраться отсюда прежде, чем кто-либо успеет нас остановить.
Сидя в своих апартаментах в кажущемся бездействии, Лирили мысленно проследовала за Таринье: вот они с Мати поднимаются на борт «Никаври», вот готовятся к старту… Нет, она вовсе не была склонна недооценивать угрозу кхлеви – но, если информация, полученная от пийи, была верна, их враги находились сейчас на дальнем конце галактики – даже в самом худшем случае у них уйдет несколько недель на то, чтобы добраться сюда; к тому же между ними и линьяри отыщется немало целей для нападения, что также задержит их передвижение. Завтра – точнее говоря, уже сегодня, поскольку было раннее утро, – она пошлет к Предкам другого посланника, более надежного, чем Мати: посланника, которого она сможет контролировать и которым можно будет управлять. Она попросит другого переводчика, того, кого она выберет сама, того, кто будет предан ей, – и, когда информация, переданная Таринье, будет проверена и уточнена, у нее еще останется достаточно времени, чтобы предупредить жителей планеты о возможной опасности, задействовать космических путешественников – и, если в том будет необходимость, даже подготовить корабли для эвакуации.
Однако в данный момент она была почти совершенно уверена, что кхлеви неизвестно местоположение нового дома линьяри; она сделала все, чтобы защитить планету, запретив передачи с нархи-Вилиньяр. Корабль Беккера не может считаться кораблем линьяри; если Мати и Таринье решили присоединиться к нему и его спутникам – что ж, пусть будет так: они сами позаботятся о себе.
Эта девчонка доставляла ей одни неприятности; само ее существование угрожало положению Лирили, поскольку Мати могла рассказать космическим путешественникам, что именно Лирили, по ее мнению, была повинна в том, что Ари и Кхорнья покинули нархи-Вилиньяр. Девчонка не понимала, как тяжела работа Лирили по управлению планетой – работа, в которой ошибки были недопустимы, работа по созданию равновесия на планете – ради блага всех линьяри. Что же до Таринье… Кем он себя вообразил, решив, что может отвергать проявления ее внимания? Он тоже был угрозой: он смущал покой слишком многих юных девиц, он не понимал, что ему нужна спутница, которая станет направлять его и поможет ему сдерживать порывы чувств. Она знала, что Таринье во всем винит ее: она могла читать его мысли, даже когда он закрывал свой рог. Он для нее был совершенно прозрачен. Он хотел присоединиться к последней экспедиции на «Балакире» и был убежден, что она своей злой волей лишила его славы… что ж, пусть отправляется. Возможно, когда – и если – он вернется, то станет мудрее и поймет, что она действовала в его же собственных интересах, желая ему только блага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
