Липпи, завидует и начинает копировать его произведения, утверждая, что они его собственные.
В 1447 году Козимо Медичи обнаруживает, что двадцатидевятилетний Якопо копирует несколько фигурных типов из «Поклонения» Липпи во дворце Медичи. В следующее воскресенье во время мессы Липпи встает на скамью и объявляет всему приходу, что Якопо – «пиявка».
Пока Липпи работает на Медичи, Якопо рисует для семьи Строцци, еще одной известной семьи Флоренции. Напряженность между этими двумя флорентийскими семьями, безусловно, обострила соперничество художников. Липпи с помощью Козимо Медичи начинает расследование частной жизни Якопо, чтобы разоблачить его как мошенника и лишить растущей славы.
Далее сайт приводит иллюстрацию: Поклонение Младенцу со святым Иоанном. Подражание Якопо работам Липпи.
Униженный и напуганный Якопо возвращается в родной Поджибонси, чтобы жить замкнуто.»
– Даже автопортрет! – присвистнула Саша, увидев следующую иллюстрацию.
«Разочарование Якопо состоянием своей жизни чувствуется в двух его последних работах: «Автопортрете» и наброске молодого человека, предположительно Бенедетто. В 1449 году «Поклонение» Якопо появляется на флорентийском художественном рынке и продается за крупную сумму. Завидуя, Липпи возмущается и приказывает банде головорезов найти резиденцию Якопо в сельской местности Тосканы. Несколько дней спустя Якопо, тридцати одного года, находят убитым в своей постели.»
Саша схватилась за телефон и снова набрала Симону.
– Сайт посмотрела? – вместо традиционного «pronto» сразу ответила подруга.
– Посмотрела. Трудно поверить, что это фальшивка. Там ссылки на Ченнини, Вазари.
– А ты поискала у них эти ссылки?
– Нет.
– Вот именно! гарантирую, что 100 процентов посетителей сайта не посмотрят. Это же требует усилий!
– А искусствоведы? как продать фальшивую картину, не просто фальшивую, а фальшивого художника.
– А зачем искусствоведы? Черный рынок. Американские толстосумы с удовольствием купят в коллекцию картину, которой могут любоваться сами, но не могут никому показать. Шедевр Эпохи Возрождения, украденный у кого-то и приобретенный ими. А сайт в помощь. Но ты меня удивила, я не знала, что все так серьезно и даже картина появилась, думаю, не одна.
– Это ты меня удивила. Я уже не знаю, с какого конца распутывать эту историю.
– Нам не впервой! – гордо заверила ее Симона, и еще раз пообещав поговорить с отцом, распрощалась.
Саша повесила трубку, и вышла полюбоваться на закат. Услышав звук приближающего автомобиля, она радостно поспешила навстречу, уверенная, что это Лука, и замерла, когда машина въехала во двор, остановилась и водитель вышел.
– Привет, – сказал Никколо. – Ну, показывай, как ты здесь устроилась?
У тебя все в порядке? Tutto a posto?
– В каком смысле должно быть не в порядке? Конечно, все в порядке. А почему ты не предупредил, что приедешь?
– Все получилось спонтанно, я был в Болонье по делам, и решил сделать сюрприз. – Он наконец обнял Сашу, и они как малознакомые люди, чмокнули воздух у обоих щек.
– Проходи вот сюда, в кухню, я заварю кофе.
– До меня дошли новости о здешнем происшествии, узнав, где ты, я просматривал сводки. Я заволновался и решил приехать, подгадал поездку в Болонью.
– Очень мило. Но со мной действительно все хорошо, я подружилась с соседкой. – Саша не понимала, почему ее так раздражает Никколо, чтобы скрыть неловкость, она начала вкладывать на стол чашки и тарелки. Это несправедливо, он действительно теперь далеко, в Риме, и приехал, когда смог, вот специально подгадал деловую поездку.
– Я в состоянии позаботиться о себе, все нормально, не беспокойся. В доме все приведено в порядок, все идет своим чередом.
– А продукты ты как покупаешь?
– Пока не надо, Лука привез все, что необходимо на целую неделю, – Саша прикусила язык.
– А, так наш вице-квестор уже поспел? А я-то думаю, почему ты не звонишь, даже сообщение не прислала.
Тут зазвонил Сашин телефон. И конечно, это был Лука, и Никколо сразу понял, кто звонит.
– Я вижу у тебя один гость сменяет другого, тебе совсем не одиноко.
Саша понимала, что Никколо имеет право обижаться, но, в конце концов, где он был последний год? Ждал назначения на высокий пост и не портил себе репутацию связью с иностранкой из недружественной страны?
– На твоем месте я бы извинилась. Даже если ты не имел в виду ничего плохого.
– Извини, я действительно не хотел… я ничего не имел в виду, просто вырвалось.
– Ты останешься ночевать? Не поедешь же ты в ночь в Рим.
– Да сейчас принесу сумку из машины.
Саша приготовила спальню, показала Никколо, где душ, и демонстративно ушла в свою комнату, сказав buona note, спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – пробормотал Никколо.
Она долго ворочалась, так и не решив, как вести себя с полковником. услышав скрип ступенек, притихла, и лежала, прислушиваясь.
Машина завелась и звук мотор через некоторое время стих. Саша уснула.
Утром она вышла во двор- машины не было. Воздух еще холодный, но облака редели и на востоке уже вставало солнце. После дождливого дня воздух казался прозрачным, и когда солнце окончательно вырвалось из облаков, мокрая трава по всей долине засверкала золотыми каплями.
Далекие холмы еще казались голубыми и туманными, но уже слышалось блеяние овец и где-то далеко, наверное, в городе, зазвонили колокола.
В кухне лежала записка. «Извини за беспокойство, я напишу, когда мама назначит обед».
Кровать в спальне, отведенной Никколо, осталась нетронутой. Саша стояла с запиской в руке и на глаза наворачивались слезы. Она представила себе одинокого и уставшего полковника в ночи по дороге в Рим. И все же он оставил шанс, написал, что обед с графиней делла Ланте не отменяется. Почему она всегда все портит в отношениях? И все же откуда-то изнутри поднималось облегчение, словно гора с плеч упала.
Саша выбросила записку и села завтракать. Она собиралась позвонить Терезе и рассказать о фальшивой картине, но телефон зазвонил, как только она взяла его в руки.
– Ciao, Tesoro! Я поговорила с папой. Сам он не интересовался историей Белой Дамы, это все же Вольтерра, для нас- почти чужие места. Но он сказал, что в начале XIX века один историк написал о ней книгу. Он уверял, что этрусская принцесса похоронена в нашей долине, и у нее был сын, чьи потомки все еще живут в наших местах.
– С римлянами я бы поверила, но этруски? Как он мог проследить ее потомков, если про этрусков известно не так много?
– Может, приврал! Да таинственности. Но в захоронении и в том, что родила сына, он точно уверен. Папа обещал найти книгу, сама прочитаешь.
Тереза предложила вместе пообедать, и Саша отправилась в Вольтерру. Она шла пешком, получая удовольствие от прогулки, хотя пару раз приходилось идти по мокрой траве,
