— Трупа, которого там не оказалось, — вмешался Тим Рурк.
— Да. Но, тем не менее, у нас есть подтверждение, что она действительно звонила на коммутатор и заявляла о том, что труп там есть. По крайней мере, кто-то звонил из 360-го. Часть ее рассказа Оливер Паттон полностью подтверждает. Так зачем же ей нести какой-то сумасшедший бред, если никакого трупа вообще не было?
— По-моему, все дело в одном слове, которое ты только что употребил, — спокойно сказал Гентри. — "Сумасшедшая". Если девчонка действительно свихнулась, смешно искать какие-либо мотивы в ее поступках или словах.
— Но, черт возьми, Уилл, я не верю, что девчонка сумасшедшая. Перепуганная и истеричка — да. Но я разговаривал с ней в течение, по крайней мере, десяти минут, ее поведение было именно таким, каким оно должно быть у девушки, только что пережившей подобное приключение.
— Но ты ведь не доктор, Майкл, — нетерпеливо перебил его Гентри. — Откуда ты знаешь, как ведет себя сумасшедшая? Давай-ка лучше мы начнем розыски обоих. Садись и опиши как можно более подробно их внешность. Я передам это по радио всем полицейским машинам.
Шейн пожал плечами, сел, взял листок бумаги, нацарапал что-то на нем и передал его Гентри. То, что девушка находилась сейчас в полной безопасности у Люси, он считал своим главным козырем в этой игре. Ему не хотелось бы, чтобы ее сейчас поймали и начали допрашивать, но он не возражал против того, чтобы ее приметы были переданы всем полицейским машинам, так как знал, что они ее никогда не найдут. Но ему очень хотелось бы, чтобы полиция поймала человека со шрамом на лице.
Уилл Гентри прочитал описание примет по внутреннему аппарату и готов был уже выключить его, но вдруг сказал:
— Да, пожалуйста, я слушаю. — Это говорили из приемной управления.
— Только что получено сообщение: в заливе найден труп мужчины. Перерезано горло. На пристань на 10-й улице выслана служебная машина, чтобы отправить труп в морг. О трупе сообщил неизвестный мужчина, приплывший на лодке.
Трое мужчин, находящиеся в кабинете Уилла Гентри, долгое время хранили молчание. Затем Шейн тихо спросил:
— Что, окна отеля "Эдельвейс" выходят на залив?
— Отель прямо-таки перпендикулярно возвышается над заливом, — сказал Рурк.
Шейн встал. Встали и остальные двое. Он сказал:
— Если одна из комнат: 360-я или 316-я — выходит на восток...
Гентри кивнул.
— Да, пожалуй, нам пора заглянуть в "Эдельвейс". В морг мы поедем потом.
Все вместе вышли из кабинета, но в конце коридора Гентри пошел несколько быстрее, чтобы разыскать свою машину. Рурк и Шейн вышли в боковую дверь и вместе поехали на "хадсоне" сыщика.
В "Эдельвейс" они приехали буквально через 2-3 минуты. Когда Шейн ставил свою машину у входа в отель, машина Гентри с двумя одетыми в форму полицейскими подошла вплотную к их машине.
Все трое вошли в отель одновременно, и старший посыльный Дик немедленно узнал мощную фигуру начальника полиции города Майами. Дик что-то быстро шепнул Эвелин и, когда трое подошли к столу дежурного, радостно приветствовал их:
— Добрый вечер. Вы, вероятно, желаете видеть мистера Паттона? Он сейчас выйдет.
Гентри кивнул и спросил, какие комнаты третьего этажа выходят на залив, 360-я или 316-я.
— 316-я, господин начальник. А 360-я...
— Это неважно. — Гентри не скрывал своего удовольствия. Из-за угла коридора показался торопящийся изо всех сил отельный детектив Оливер Паттон.
— Добрый вечер, Олли. — Гентри пожал ему руку. — Знаком с Шейном и Тимом Рурком?
— Конечно. — Паттон кивнул репортеру и сыщику. — Я тут пытался тебе позвонить, Майкл. Ты просил меня сообщить, если мне будет известно что-нибудь новое о Польсон.
— Да. Ну и что?
— Приходил ее брат, спрашивал ее. Огромный парень со шрамом на лице. Он заявил, что только что приехал из Джексонвилла, а она будто бы должна была его ожидать. Так как ее дома не оказалось, он просил разрешения подождать в ее комнате. И интересно, как только я предложил ему пойти туда с ним вместе, он вдруг решил ее не ждать и под каким-то смешным предлогом смылся, сказав, что скоро вернется.
Гентри сказал:
— Интересно. Ну-ка, давайте поднимемся наверх и осмотрим комнату, в которой вы прячете трупы, Олли.
Когда они всей группой поднимались на лифте, Паттон печально сказал:
— Надеюсь, вы не осуждаете меня за то, что я не сообщил в полицию обо всей этой сумасшедшей истории, начальник. По правде говоря, мы даже не уверены, в какой именно комнате был труп. А так как при проверке ни в той, ни в другой комнате трупа не оказалось...
Шейн перебил его:
— Труп был в 316-й, Оливер. Мисс Польсон все мне объяснила относительно путаницы с номерами комнат. Труп своего брата она увидела в 316-й и скорее побежала, чтобы из другой комнаты сообщить об этом. Дверь в 360-ю оказалась открытой, она воспользовалась этим удобным случаем и позвонила оттуда. А когда она через несколько минут вернулась в 316-ю, труп уже исчез.
— Труп ее брата? — Паттон, видимо, был крайне озадачен. — Но ведь я же говорю вам, что он приходил сюда, искал ее,
— Это не ее брат, — сказал Гентри. — Приметы брата мы получили из Джексонвилла.
— Но у него масса документов, не сдавался Паттон. — Я заставил его предъявить их, когда он просил разрешения впустить его в ее комнату.
Когда они шли по полуосвещенному коридору, Паттон сказал задумчиво:
— Может быть, именно здесь и кроется разгадка. Ведь, хотя парень заявил, что он только что из Джексонвилла, лифтер клянется и божится, что он уже бывал у нас. Или несколько раньше в этот вечер, или дня за два до этого.
— Да, кажется, мы начинаем подходить к развязке, — согласился Шейн. — Он был здесь около 21.30 вечера, т. е. именно в тот момент, когда исчез труп.
Паттон остановился перед дверью комнаты № 316 и, предварительно постучав, отпер ее своим ключом. Войдя в комнату, он зажег верхний свет и слегка отступил.
— Вот, пожалуйста, — сказал он, — посмотрим, удастся ли вам найти труп.
Все трое вошли в комнату и внимательно посмотрели на аккуратно заправленную постель, стоявшую как раз около двух закрытых окон. Для того чтобы их открыть, нужно было или залезть на кровать, или отодвинуть ее от стены. Гентри подошел к задней спинке кровати и обратился к Шейну:
— Ну-ка, возьмись за другую спинку, давай отодвинем немного кровать. Только не трогай постель. А что, окна и в тот раз были закрыты, когда ты входил, Олли?
— Да! Я очень хорошо это помню, потому что было очень душно. Большинство постояльцев целый день держат окна открытыми настежь.
Гентри слегка покряхтывал, когда они вдвоем с Шейном отодвигали кровать примерно на два фута к центру комнаты. Потом они одновременно подошли к окнам и внимательно их осмотрели, не касаясь. Сквозь оконные стекла виднелись огоньки примерно полудюжины яхт, стоявших на якоре в муниципальной бухте. Окна были самые обыкновенные, подъемные, их можно было легко поднимать и опускать, если они не были заперты на шпингалеты. Снаружи окна прикрывались решетчатыми ставнями, запиравшимися изнутри на крюки. Обе ставни были заперты, но без тщательного осмотра невозможно было установить, отпирались они недавно или нет. Заглянув вниз, насколько это было возможно, не открывая окон, они увидели на воде маленькие белые барашки, которые с легким шумом разбивались о камни как раз под самыми окнами. Гентри отошел от окна.
— Ни до чего не дотрагивайтесь. Олли, запри эту комнату до тех пор, пока придут мои мальчики. Ты до чего-нибудь дотрагивался здесь, когда входил в первый раз? Может быть, поправлял кровать или еще что-нибудь?
— Ни до чего не дотрагивался, Уилл. Я просто заглянул в ванную комнату, в шкаф и под кровать, чтобы убедиться, что нигде нет никакого трупа.
— А вода вплотную подходит к зданию? — спросил Гентри. — Если из окна выбросить труп, он не может оказаться на песке?
— Только во время отлива. Тогда открывается песчаная полоса футов в 10, а в 9 часов была самая высокая точка прилива. Спустимся теперь вниз?
Направляясь к открытой двери, Гентри кивнул.
— Пожалуй, это все, что мы могли здесь сделать, Олли. Я пошлю сюда парня подежурить, пока придут соответствующие работники из нашего управления. И к твоему сведению, Олли, всем полицейским машинам отдано до радио распоряжение задержать Нелли Польсон и парня со шрамом на лице, имеющего при себе бумажник ее брата. Я поставил двух ребят внизу на случай, если они вдруг появятся здесь.
— Ты, конечно, делай все, что находишь нужным, шеф. Э-э-э... У тебя есть основания полагать, что в этой комнате сегодня действительно был убит человек? И его труп выброшен через окно в залив?
— В данный момент я в этом абсолютно уверен, — спокойно ответил Гентри. — Но я тебя ни в чем не упрекаю... пока. И предупреждаю: держи руки чистыми и не вздумай скрывать, если случится что-нибудь не совсем обычное. Твоя работа — это одно дело, а обвинение в сокрытии преступления — нечто совсем другое.
