Я не хочу быть Евой.
Ты не будешь.
Ты не знаешь, Итан. Я думаю, что это я.
Это не ты, Ли.
Я потянул ее к себе и теперь мог чувствовать высокую температуру ее щеки через тонкий хлопок своей рубашки.
Я думаю, что я должен был быть.
Мейкон продолжал, но он казался все более отстраненным и отстраненным с каждым его словом. "Если только Джон Брид был вытащен из другой сферы, то он эволюционировал здесь в мире смертных или в мире Магов. Что требует больше чем полутора десятилетий безжалостной хитрости, в которой Абрахаму не было равных.” Мейкон умолк.
“Вы говорите, что Джон родился в лаборатории Магов? Подобно некому виду сверхъестественного ребенка из пробирки?”
“В общих чертах, да. Может быть, не столько рождаются, как разводятся, надо полагать. Чтобы объяснить, почему он так важен для Абрахама. " Мейкон остановился. “Такое тупое остроумие я ожидал бы от своего брата, а не от Абрахама. Я разочарован.”
“Джон Брид,” Лив медленно говорила. “О, мой Бог. Это было перед нами, все время. ” Лив погрузилась на оттоманку напротив стола Мейкона.
Я держал Лену все крепче. Когда ее мысли пришли, они были шепотом.
Это болезнь. Он болен.
Я не знал, имела ли она в виду Джона или Абрахама, но это не имело значения. Она была права. Это причиняло боль.
Абрахам ушел, Ли.
Даже сейчас, когда я размышлял над его словами, я знал, что он лжет. Джон, возможно, ушел, но Абрахам нет.
“Таким образом, перед нами встают два вопроса, мисс Дюранд. Как и главное почему?”
“Если Джон Брид ушел, это не имеет никакого значения. ” Лицо Лив было бледным, и мне в голову пришло, что она выглядела столь же опустошенной, как и Мейкон.
“Он? Я не полностью готов выстраивать предположения без наличия тела.”
"Разве мы не должны повернуть наши исследования к более насущным проблемам, инвазии, изменению климата? Как остановить эти бедствия, которые кажется, Семнадцатая Луна Лены, навлекла на Смертный мир? "
Мэйкон, наклонился вперед на своем стуле. "Оливия, есть ли у вас идеи, насколько стара эта библиотека?
Она с сомнением покачала головой.
"Вы знаете, насколько стары другие из библиотек Магов? Через океан и дальше? В Лондоне? Праге? Мадриде? Стамбуле? Каире"?
Нет, я думаю, нет".
В какой-нибудь из этих библиотек, многие из которых я посетила лично в последние несколько недель, вы вообразили, что есть одна ссылка на то, как восстановить Порядок Вещей"?
Конечно. Там должно быть. Должно быть, по меньшей мере, в одной".
Он закрыл глаза.
Ни разу? "Она пыталась сказать слово, но оттуда, где мы стояли, мы почти не могли его услышать.
"Наш единственный ключ это мальчик. Как он появился, и для какой цели?"
“Или девушка?" Спросила Лив.
"Оливия. Этого достаточно".
Но Лив так легко не остановить. "Может быть, вы уже знаете? Как она появилась, и для какой цели? Говоря научным языком, это было бы обоснование".
Лена закрылась от меня, закрыв свои мысли от меня, так, что я был один в проходе, даже, когда мы липли друг к другу.
Мэйкон покачал головой. Когда он заговорил, его голос был резок. "Ничего не говори другим. Я хочу быть абсолютно уверен".
"Прежде чем сказать Лене, что она сделала," Лив сказала решительно. Это был факт, но так или иначе она не сказала об этом.
Зеленые глаза Мэйкона состояли из всех эмоций, которых в черных никогда не было. Страх. Гнев. Обида. "Прежде чем я скажу ей, что она должна сделать".
Вы, возможно, не способны остановить это". Она посмотрела вниз по привычке на свой селенометр.
"Оливия, это не только Вселенная, которая может быть уничтожена. Это еще и моя племянница. Которая, насколько мне известно, намного важнее, чем потеря тысячи вселенных".
"Поверьте мне, я знаю". Если Лив была огорчена, она не подала вида.
Мне казалось, что мое сердце перестало биться. Лена выскользнула из моих рук, прежде чем я даже осознал, что она ушла.
Я нашел Лену в ее комнате. Она не плакала, и я не пытался ее утешить. Мы сидели, молча, взявшись за руки, до боли, пока солнце садилось вдали за словами, за стеклом, и деревьями и рекой. Ночь скользнула по ее кровати, и я ждал темноты, чтобы стереть все.
Пятнадцатое сентября. Изабель
"Ты уверена, что мы едем в правильном направлении? "Мы свернули с шоссе, к югу от Чарльстона. А дома изменились с традиционных Викторианских с ароматными подъездами и белыми башенками тянущихся к облакам на — ничего. Домов не было, их заменили милями табачных полей и редкими обветренными сараями.
Лена взглянула на лист блокнота на коленях. "По этой дороге. Бабушка сказала, что там не так много других домов рядом с моим старым… где раньше был мой дом." Когда Лена рассказала мне, что она хотела бы увидеть дом, где она родилась, это чувство имело здравый смысл — не более десяти секунд. Потому что это был не просто дом, где она сделала свои первые шаги и нацарапала карандашом на стенах. Это было то место, где умер ее отец. Где и Лена могла умереть, когда ее мать подожгла дом, прямо перед первым днем рождения Лены.
Но Лена настояла, и ее ничто не могло отговорить от этого. Мы не говорили ни слова друг другу о том, что мы услышали в кабинете Мэйкона, но я знал, что это должна быть другая часть головоломки. Мэйкон думал прошлое Лены и Джона приведет своего рода к ключу, к тому, что происходит в мирах Магов и Смертных. Что и было причиной, по которой в этот момент мы ехали по лесной глуши.
Тетя Дель наклонилась вперед с заднего сиденья в Вольво. Люсиль сидела у нее на коленях. "Это не выглядит знакомым для меня, но я могу ошибаться." Это было преуменьшением. Тетя Дель была последним человеком, кого я хотел бы спросить дорогу, если мы были в Туннелях. И в последнее время я не был уверен, смогла бы она найти свой путь там внизу. Если посещение обугленных остатков места рождения Лены было плохой идеей, то привезти с нами тетю Дель было еще более худшей. Так как по Утверждению Лены, ни один, не вывернут наизнанку настолько, насколько тетя Лены.
Лена указала на мое окно. "Я думаю, что это здесь. Дядя М сказал, чтобы искали дорогу слева". Забор, с отслоившейся белой краской внизу по краям, ограждал дорогу. В нескольких метрах впереди в заборе был проем. "Это здесь".
Как только я повернул между изогнутыми почтовыми ящиками, я услышал, как у Лены перехватило дыхание. Я взял ее за руку, и мой пульс ускорился.
Ты уверена, что хочешь это сделать?
Нет. Но мне нужно знать, что произошло.
Ли, ты знаешь, что произошло.
Здесь все это началось. Где мама держала меня, как малыша. Где она решила, что ненавидит меня.
Она была Темной Чародейкой. Она не была способна на любовь.
Лена облокотилась на мое плечо, пока я вел машину по пыльной дороге.
