Следующие слова Риза застали ее врасплох.
– Я сделал Пита старшим рабочим. Не понимаю, почему его не назначили на эту должность раньше.
– Но...
– Вы собираетесь спорить со мной из-за этого тоже? Есть на свете хоть что-то, в чем вы согласились бы с моим мнением?
Вынужденная промолчать, Джем подумала, не сказать ли Ризу о плохом состоянии здоровья Пита. Но, возможно, в качестве старшего рабочего он сможет уделять физическому труду меньше времени и сил. С удивлением она пыталась понять, почему же ей самой это не пришло в голову. Да все очень просто: никто не должен занимать место Чарльза Сойера! Джем настойчиво боролась против всего, что могло бы изгладить память о Чарльзе.
Выпрямившись, она взглянула Ризу в глаза.
– Пит будет превосходен на этой должности. – Она перевела взгляд на лежавшие перед ней конторские книги. – Вы хотели сказать мне еще что-то?
– Да, ваше величество! – Джем невольно вздрогнула от этих слов и тона, которым они были произнесены. – Вы чертовски хорошо знаете, что я хочу сказать. Я хочу завершить найм.
– Насколько я понимаю, с этим все решено.
Риз обошел вокруг стола с явным намерением выдернуть ее из кресла. В испуге Джем быстро вскочила и перебежала на другую сторону стола, стараясь сохранить как можно большую дистанцию между собой и Ризом.
Риз неумолимо произнес:
– Ничего не решено. Не забывайте, я в любой момент могу послать все это к черту и отпустить тех, кого уже нанял.
Джем побледнела. С одной стороны, ей вовсе не хотелось играть с Ризом в такие опасные игры, но, с другой стороны, она боялась поставить ранчо Уитэйкеров под угрозу.
– Вы не посмеете!
– Не испытывайте мое терпение, хозяйка. Вам может не понравиться то, что из этого выйдет.
Джем стиснула зубы и уставилась на Риза. То, как он произнес слово «хозяйка», выдавало огромную скрытую силу и угрозу. Чувства, которые этот человек пробудил в ней неделю назад, ясно говорили ей, что она может поменяться с ним местами – в буквальном смысле!
Глядя, как ее грудь вздымается от негодования, Риз вспомнил, что он почувствовал от прикосновения к ней, когда случайно сжал эту грудь рукой во время вальса слепых. Всю эту неделю он ждал и наблюдал и с каждым днем становился все мрачнее. И то, что его настроение портилось от такой мелочи, раздражало его сильнее всего. С чего это он должен злиться из-за этой женщины, похожей на бурого крапивника? Почему ему так хочется сейчас обежать вокруг стола, схватить ее, повалить на пол и...
Запретив себе думать об этом, Риз швырнул на стол шляпу. Он испытал минутное удовольствие, увидев, как Джем слегка отшатнулась, изо всех сил стараясь скрыть свой испуг. Она словно прочла его мысли.
– А теперь мы должны что-то решить насчет быка.
Джем с изумлением уставилась на него, не понимая, что он имеет в виду. Все его мысли были ясно написаны на его лице.
Риз нетерпеливо повторил:
– Бык Уиснера. Надо решить, нужен ли он нам, а если нужен, то договориться насчет оплаты.
Риз взял шляпу со стола резким движением и двинулся к двери. Джем не шевелилась, глядя на него во все глаза.
– Ну, вы идете или нет?
Джем потрясла головой, чтобы привести мысли в порядок. Когда она открыла рот, вместо обычного голоса из него вырвался какой-то скрип.
– Конечно.
Сдвинувшись с места, она почувствовала, что едва держится на ногах. Джем уставилась на свои непослушные ноги, но Риз снова окликнул ее:
– Мы не можем проторчать тут весь день!
Неуклюже двинувшись вперед, Джем добралась до прихожей. Она повернулась, чтобы взять свою шляпу с вешалки, и замерла с протянутой рукой. Рядом с вешалкой на стене висело зеркало. Заметив румянец на своих щеках и странное выражение глаз, Джем оцепенела. Перед ней была не Джем Уитэйкер. Отражение в зеркале смеялось над ней. Это была Джем Макинтайр.
Лошади мчались от ранчо Уитэйкеров к ферме Уиснеров. Искоса взглянув на Джем, Риз обратил внимание, что она двигается с естественной грацией, словно красивое животное. На ней по-прежнему был нелепый пыльник, но брюки сегодня были другие. Риз прищурился, пытаясь понять, что же изменилось.
Увидев ноги Джем, он немедленно сообразил, в чем дело. Эти брюки не висели на ней мешком, а плотно, как перчатки, обтягивали ее невероятно длинные ноги. Глаза Риза скользнули выше, к талии, и задержались на плетеном кожаном поясе. Риз подумал, что такие длинные ноги сыщутся не у всякого мужчины. Ему стало любопытно, как же они выглядят, когда их ничто не скрывает.
Джем была по-прежнему мало похожа на женщину, как и в день их первой встречи. То, что с тех пор она дважды надевала платье, ничего не изменило. Пума, спустившись с гор, не превратится в домашнюю кошечку.
Заметив издалека ранчо Уиснеров, Риз заставил лошадь бежать быстрее. Он заметил, как на лице Джем мелькнуло удивленное выражение, но она тут же пришла в себя и тоже стала подгонять свою лошадь. Чем скорее они разберутся с этим делом, тем лучше.
Обменявшись приветствиями, они отправились решать немаловажный вопрос. Взобравшись на ограду загона, Джем и Риз любовались быком. Гордое независимое животное било копытом, словно бросая им вызов; через несколько секунд бык двинулся им навстречу через загон.
– Ему не нравится, что его заперли здесь, – заметил Хэнк Уиснер. Горделиво подняв голову и раздувая ноздри, бык снова начал бить копытом.
Джем наблюдала за Ризом, а тот внимательно смотрел на быка, оценивая его достоинства.
Джем поймала себя на том, что невольно сравнивает Риза с этим быком, попавшим в плен: оба невероятно горды и упрямы, но все же попались. Потеря свободы для обоих была ужасным несчастьем. И вместо того, чтобы рассматривать животное, Джем глядела на Риза.
– Нравится? – спросил Риз.
– Хотелось бы услышать твое мнение, – отозвалась Джем.
На лице его начала было появляться гримаса раздражения, но тут он понял, что Джем не шутит. Она молча ждала, пока Риз рассматривал быка.
– Думаю, мы его купим. Повернувшись к Хэнку Уиснеру, Джем вернула Ризу еще чуточку уверенности в себе.
– Мистер Макинтайр хотел бы купить этого быка. Пока вы с ним рассчитаетесь, я посмотрю других животных.
И она повернулась, не успев заметить удивленно отвисшую челюсть Риза. Когда он заплатил за быка и они собрались уезжать, Риз, по-видимому, уже пришел в себя.
Едва ранчо Уиснеров исчезло из виду, Риз потянул лошадь Джем за поводья, заставив нетерпеливое животное замедлить шаг.
– Почему?
Джем чувствовала, что если скажет ему правду, то это будет ужасно. Она понимала в глубине души, что он был бы оскорблен ее мыслями о том, что он – ее пленник. Поэтому она просто сказала:
