Читаем без скачивания Невероятный сезон - Розалин Ивз

– Умоляю, не надо, – взмолилась тетя Гармония. – Одна опозоренная племянница – это уже больше того, что могут вынести мои нервы. Мы оправимся, вот увидите. – Она устремила многозначительный взгляд на Талию и Грацию. – При условии, что вы двое будете вести себя соответствующим образом и не усугубите ситуацию.

На третий день после вечера у Гардинеров наконец пришел мистер Джеймс Дарби, сразу после утреннего дождя и меньшего, чем обычно, числа посетителей. Накануне тетя Гармония не отпустила девушек даже в церковь. Талия холодно приняла мистера Дарби и букет кроваво-красных оранжерейных роз, решив не показывать, что оскорблена его неспешностью.

Он одарил ее печальной улыбкой.

– Должен извиниться перед вами, мисс Обри. Задержка моего визита, должно быть, показалась невежливой. По правде говоря, я собирался прийти гораздо раньше, но помешали дела, с которыми не мог разобраться вплоть до сегодняшнего дня. Но с тех пор как мы встретились, я думаю о вас каждую свободную минуту.

– Вы очень добры, мистер Дарби. – Талия пыталась подавить внутренний трепет, когда взяла цветы и передала их суетящейся горничной, чтобы та принесла вазу и воду. Талия пригласила мистера Дарби присесть на диван. Тетя и Грация обсуждали что-то в углу, а Калли поднялась наверх с головной болью.

– Приятно увидеть вас снова, мисс Обри.

– И я рада новой встрече, мистер Дарби. – Талия колебалась. Она не была хорошо знакома с ним и понятия не имела, что ему известно о скандале с Калли. Тем не менее он ей нравился, Талия с удовольствием узнала бы его лучше… И она не верила, что дружба может зиждиться на увертках и секретах. Она наклонилась ближе к мистеру Дарби и понизила голос, уверенная, что тете не понравится то, о чем она собиралась спросить. – Вы будете со мной откровенны?

В его взгляде зажглось удивление.

– Это зависит от того, что вы спросите.

– Что говорят о моей сестре? – Возможно, если бы она знала, какие слухи ходят, то поняла бы, как действовать, как защитить Калли.

Удивление в его глазах погасло. Мистер Дарби быстро взглянул на тетю Гармонию.

– Я бы предпочел промолчать. Это не слишком лестно.

– Неужели вы считаете мои чувства настолько хрупкими? Я гораздо крепче, чем вы думаете.

– Очень хорошо. – Он вздохнул. – Ваш дядя покупает газеты? Возможно, будет проще показать вам.

Талия сглотнула. Если история Калли попала в прессу, значит, дела и правда плохи.

– Полагаю, они в библиотеке. Сейчас принесу.

Она извинилась и поспешила по коридору. Библиотека оказалась пуста, и Талия схватила газету, держа ее кончиками пальцев, будто та могла самопроизвольно воспламениться.

Мистер Дарби открыл ее на странице «Свет». Он указал на маленький квадратик текста. Талия прочла про себя.

«Недавний вечер в доме мистера Г. был оживлен застигнутой в саду ин флагранти парой. Личность молодого человека – смеем ли мы называть его джентльменом? – неизвестна, но молодая леди – это мисс О., как говорят – дочь викария, хотя едва ли подобное поведение было усвоено ей дома».

Талию едва не трясло к тому моменту, когда она закончила читать. Из всей этой абсолютной чуши…

– Будь я мужчиной, вызвала бы кого-то на дуэль из-за этой клеветы.

– Если бы вы были мужчиной, мы, возможно, не встретились, и я, конечно, не принес вам цветов, поэтому не могу сказать, что сожалею, – ответил мистер Дарби, откладывая газету в сторону, его пальцы коснулись ее ладони. – Ну же, не стоит беспокоиться из-за этого. Эти нелепые преувеличения свидетельствуют скорее об устаревших моральных устоях автора, чем об этических представлениях вашей сестры.

Талия тоже так думала, пока мистер Дарби не дал свою оценку.

– Может, и так. Но разве вы не видите, насколько это несправедливо? Эту газетенку не волнует личность неизвестного джентльмена, лишь позор моей сестры. Подобные слухи ранят ее еще сильней, потому что она девушка со скромными средствами. Мужчине, находящемуся в компрометирующем положении, нечего бояться. Даже женщина – если она богатая наследница – может пережить скандал. Взгляните на принца-регента, – сказала Талия. – Ему позволены любые экстравагантности, которые погубили бы репутацию женщины.

– И все же у принца есть критики, – заметил мистер Дарби.

– Но эти критики без колебаний пригласили бы его на свои вечера, прояви он малейшее желание прийти.

– Вы, конечно, правы. Чертовски несправедливо, что общество позволяет джентльменам вольности, которые не простительны леди. Но подобные установления не изменятся, пока вы их не измените. Позволив себе поступать как заблагорассудится, не считаясь ни с чьим мнением, помимо собственного.

– Почему именно женщины должны менять общество? Разве на мужчинах не лежит та же ответственность? Если нам обходится дороже поступать так, как захочется, разве не следует разделить часть сложностей?

После трех дней, в которые она чувствовала себя загнанной в ловушку из-за расчетливой осторожности тети Гармонии, этот обмен репликами принес облегчение. По коже Талии пробежал электрический ток.

Мистер Дарби начал отвечать, но голос Диллсуорта заглушил его.

– Мистер Адам Хетербридж.

Талия встала поприветствовать Адама, забыв о разговоре с мистером Дарби из-за охватившей ее радости. Адам был тут, и вся эта неразбериха с Калли больше не казалась неразрешимой.

– Где ты пропадал? – прошептала она, сжимая ему руку.

– Был занят, – ответил Адам. Он не мог встретиться с ней взглядом. Оглядел комнату и замер, когда заметил мистера Дарби. – Где Калли?

– Мы тебя ждали, – сказала Талия.

Адам все же посмотрел на нее. В его взгляде читалось что-то, чего она не смогла понять: твердость и… покорность? Она думала, что знает все его настроения.

– Понимаю. Мне жаль, что я не смог появиться у вас раньше, но сначала требовалось кое-что сделать. Мне действительно нужно поговорить с Калли.

Тетя Гармония послала горничную за Калли, попросив ее убедиться, что у мисс Каллиопы подобающий вид.

Адам отказался сесть, хотя Талия предложила ему, вернувшись на место рядом с мистером Дарби. Мистер Дарби попытался снова вовлечь ее в дискуссию, но Талию она больше не интересовала. Где пропадал Адам? Почему вел себя так странно? Это из-за того, что случилось с Калли? Если так, почему он хотя бы не написал? Он должен был понимать, что его отсутствие в такую минуту ранило их.

Наконец, появилась Калли, и если ее прическа не отличалась обычной аккуратностью, невозможно было винить ее в этом. Она, казалось, не удивилась, увидев Адама, горничная, вероятно, предупредила ее. Она сделала несколько шагов по комнате и остановилась, ни на кого не глядя.

– Могу я поговорить с тобой? – спросил Адам.

Когда Калли не шелохнулась, он добавил:

– Наедине?

Калли кивнула, глядя почти так же