Глава 7
Макс
Ночью просыпаюсь от жуткой боли в спине. Так и не сообразив на все ещё пьяную голову, почему я, собственно, лежу на полу, перебираюсь на кровать и снова засыпаю.
Мне снится такой приятный сон. Что у меня в объятьях ангел, который божественно пахнет, податливый и нежный. Я зарываюсь лицом в волосы и вдыхаю приятный запах парфюма. Прижимаю ее к себе, и чувствую, как начинаю возбуждаться. Провожу рукой по бёдрам и сжимаю грудь.
Мой любимый размер груди с ладонь. Идеально!
Вдруг резко мой сон рассеивается, когда я слышу злобное:
- Ты совсем берега попутал! Ты как оказался на кровати? Я же тебе на полу постелила!
От Милкиного громкого голоса опять начинает болеть голова. Шепчу тихо, не открывая глаза:
- Ты чего так орешь? Я прямо у тебя под боком лежу и все хорошо слышу, - собрав оставшиеся мысли в кучу заканчиваю, - вот значит кто меня не пожалел и отправил спать на жёсткий пол. У меня все мышцы болят, с тебя массаж.
- Ага, сейчас, только масло принесу, чтоб скользило лучше! Вообще-то ты мне обещал, что если я схожу с тобой в клуб, то эта комната будет моей!
- Раз сказал, значит будет…- бубню я уже засыпая.
Мила
Он засыпает, а я выбираюсь из-под одеяла и иду мыться.
На завтраке все в сборе, кроме Максима, в том числе тетя Таня, хотя у нее должен быть сегодня выходной.
- Я так соскучилась по своему мальчику, что нет никаких сил терпеть до завтра, - с улыбкой поясняет она свое присутствие.
- Ну, он вчера в клубе слегка перебрал, поэтому вряд ли вы увидите его до обеда, - констатирую факт, намазывая на тост сливочное масло.
- А кто ещё с вами был? – расспрашивает дядя Сережа, попивая свой кофе.
- Его друзья: Женя, Тимофей, Артур и моя подруга Алинка, - откусываю кусочек и запиваю его восхитительным чаем с травами, который заваривает тетя Таня. Потом снова смотрю на него и спрашиваю, - а что?
- Они с детства были вместе, вот думал не разбежались ли, пока он был в Америке.
Улыбаюсь.
- Вряд ли такую дружбу может разорвать время. Кажется, они друг за друга и в огонь, и в воду…
И даже за меня Максим заступился, хотя я ему, по сути, никто.
- Почему ты так решила? В клубе был какой-то инцидент?
Я удивлённо округляю глаза, пытаясь не подавиться чаем. Не очень хочу, чтобы они все знали про то, что произошло там. Сглатываю и, мило улыбнувшись, говорю:
- Так кажется. К тому же они вроде уже со школы дружат, - пытаюсь выкрутиться.
- С детского сада, если быть точным. Иногда эта их дружба им выходила боком, но ничего, вроде выжили…
Задумываюсь над его словами, в то время как мама начинает о чем-то разговаривать с ним.
Завтрак заканчивается. В комнату возвращаться желания нет, пока там спит бывший хозяин этой са́мой комнаты, поэтому сажусь в гостиной на диван, подняв одну ногу и обхватив ее рукой, и звоню Алинке. Она вчера, к моему большому удивлению, уходить с нами не захотела, осталась с Тимофеем. Я несколько раз переспрашивала, прежде чем уехать домой. Так что моя совесть чиста. После нескольких гудков она снимает трубку.
- Привет, моя Рыжуля, ты как?
В телефоне повисает тишина.
- Ты о чем? - с опаской спрашивает она.
Странно.
- О том, как ты себя чувствуешь после вчерашнего. Кто-то, кажется, не собирался пить, а в итоге набухался как сапожник.
Смеюсь.
А она все также молчит.
- Да что с тобой такое? - не выдерживаю я. Странная она сегодня какая-то.
- Все в порядке. Вчера мы… немного посидели ещё с Тимофеем и разъехались по домам. Всё…
- У тебя до сих пор голова чтоль болит? Почему без настроения?
- Да, немного побаливает, тем более сегодня ещё выходить в кафе во вторую смену. Не очень хочется, но деньги очень нужны, ну это ты уже знаешь.
Чувствую, как невесело хмыкает. Про ее проблемы с деньгами я в курсе. У меня у самой их особо нет. У мамы просить уже не комильфо, все-таки я уже слишком взрослая, поэтому ей помочь мне тоже особо нечем. А те крохи, что есть у меня она брать не хочет. Гордая.
Вижу, как Максим спускается по лестнице. Скомкано попрощавшись, кладу трубку и смотрю на него. Волосы в беспорядке, как будто он специально провел по нему пятерней, взъерошив их. На лице убийственно сексуальная щетина. Одет в черную майку, которая облегает его красиво накаченный пресс и серые спортивные шорты. В одной руке держит спортивную бутылку для воды, а во второй какой-то тюбик. Через плечо перекинуто небольшое полотенце.
Находит глазами меня и идёт прямиком в мою сторону.
Мне как-то неловко, особенно после вчерашнего раздевания смотреть на него. Кажется, будто он все может прочитать по моему лицу.
Я не двигаюсь, сидя на диване с поднятой к груди ногой. Подходит и садится на корточки, со словами:
