(исполнительный директор).
Утверждается, что рекомендации Трехсторонней комиссии де-факто являются обязательными для всех западных государств. Когда один из президентов США оказался не совсем лояльным к ТСК, он быстро перестал быть президентом. А в декабре 1989 года на Мальте встречались, как известно, Дж. Буш-старший и Михаил Горбачев. Именно по итогам этой встречи первый (и последний) президент СССР, как утверждают, также стал членом ТСК, а вскоре Советский Союз прекратил свое существование.
Влияние масонства в комиссии очень велико. Известно, что в состав ТСК входили (или входят): Джордж Буш-старший; Збигнев Бжезинский, Аллен Даллес, Генри Киссинджер, Билл Клинтон, Джимми Картер, Роберт Макнамара, Улоф Пальме, Дэвид и Нельсон Рокфеллеры, Эдмунд де Ротшильд (барон), Генри Форд, Вилли Брандт, Гельмут Коль, Ханс Меркель, Гельмут Шмидт, Аксель Шпрингер, Франц Йосеф Штраус, Людвиг Эрхард, а также около 200 других постоянных членов.
Первоначально членами ТСК было выбрано 200 человек, из которых ⅓ — японцы, ⅓ — американцы и ⅓ — европейцы. В настоящее время, по некоторым данным, количество участников расширено до 376 (36 из них — Исполнительный комитет). Своей целью члены ТСК ставят обсуждение и поиск решения мировых проблем, и как выразился сам Рокфеллер, «управление миром».
ТСК имеет три штаб-квартиры: в Вашингтоне, Париже и Токио; официально никого не финансирует, членами могут являться только частные лица.
Комиссия в полном составе ежегодно собирает своих членов на пленарные заседания: например, такие заседания прошли в Лиссабоне в 1992 году, в Вашингтоне — в 1993-м, в Токио — в 1994-м.
В дополнение к специальным тематическим заседаниям и обзорам текущих событий в регионах значительная часть каждой ежегодной встречи посвящается рассмотрению проектов отчетов, представленных в Комиссию. Эти отчеты являются в целом совместным продуктом авторов от каждого из трех регионов, которые собираются на уровне консультантов в процессе своей работы. У каждой региональной группы есть председатель и его заместитель, которые совместно составляют руководство Комиссии.
Из-за сложности и взаимозависимости проблем, стоящих сегодня перед миром, Комиссия построила свою работу в 6 группах специалистов, что подчеркивает скорее взаимосвязь критических акций, нежели изучение каждого случая в отдельности. Вот эти шесть исследовательских групп:
Группа I — энергия и ее отношение к экологии, экономике и мировой стабильности;
Группа II — питание, здоровье, население мира и уровень жизни;
Группа III — сырье, промышленное развитие, накопление капитала, занятость и мировая торговля;
Группа IV — международная торговля и валютные системы, инфляция и отношения между различными экономическими системами;
Группа V — перемены, национальная безопасность и мир;
Группа VI — уровень жизни людей и общества в США.
* * *
Ведущая роль в мировом правительстве принадлежала недавно умершему Дэвиду Рокфеллеру-старшему — внуку нефтяного магната и первого в истории миллиардера Джона Д. Рокфеллера, основателя компании «Стандарт ойл».
Убежденный глобалист в силу влияния своего отца, Дэвид с самого начала участвовал в собраниях Бильдербергского клуба — с самого первого Голландского собрания в 1954 году. На протяжении десятилетий он является постоянным участником заседаний Клуба и членом так называемого «комитета управляющих», который определяет список приглашаемых на следующие годовые собрания. В этот список включаются наиболее значительные национальные лидеры, которые затем выходят на выборы в соответствующей стране. Так было, например, с Биллом Клинтоном, который впервые принял участие в заседаниях Клуба еще в 1991 году, будучи губернатором Арканзаса.
Д. Рокфеллер известен как один из первых и наиболее влиятельных идеологов глобализации и неоконсерватизма. Ему приписывается фраза, предположительно сказанная им на заседании Бильдербергского клуба в Баден-Бадене, Германия, в 1991 году:
«Мы благодарны «The Washington Post», «The New York Times», журналу «Time» и другим выдающимся изданиям, руководители которых почти сорок лет посещали наши встречи и соблюдали их конфиденциальность. Мы были бы не в состоянии разработать наш план мироустройства, если бы все эти годы на нас были обращены огни прожекторов. Но в наше время мир искушеннее и готов шагать в сторону мирового правительства. Наднациональный суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров, несомненно, предпочтительнее национального самоопределения, практиковавшегося в былые столетия».
Джеймс Вольфенсон, президент Всемирного Банка с 1995 по 2005 год, сказал по случаю 90-летнего юбилея Дэвида Рокфеллера, выступая в Совете по международным отношениям:
«Семья Рокфеллеров в течение последних 100 лет сделала огромный вклад в развитие глобализма. Уместно сказать, что в вопросе глобализации не было ни одной семьи, более влиятельной, чем Рокфеллеры. И мы по-прежнему адресуем к ним вопросы, которые в определенном смысле все еще стоят перед нами. И за это, Дэвид, мы глубоко благодарны вам и ценим ваш собственный вклад в это дело…»
Тот факт, что крупные американские фонды — Рокфеллера, Карнеги и Форда — играли ключевую роль в происхождении Бильдербергской группы, — не простое совпадение. Эти фонды с момента их основания в начале ХХ века были центральными учреждениями в построении консенсуса среди элит, а также разрешения противоречий во властных структурах. Попросту говоря, они стали двигателями социальной инженерии: как для элитных кругов в частности, так и для общества в целом.
Профессор Роберт Ф. Арнове писал в своей книге «Благотворительный и культурный империализм»:
«Сила фондов заключается не в том, чтобы диктовать, что должно изучаться. Их сила состоит в определении профессиональных и интеллектуальных параметров, в определении того, кто будет получать поддержку, в изучении жизненно важных тем и вопросов. Поэтому власть фондов заключается в том, что они предлагают определенные виды деятельности, в которых они заинтересованы и которые готовы поддерживать.
Через банки эти могущественные семьи контролируют мировую экономику; через мозговые центры им удается управлять политическими и внешнеполитическими ведомствами, а через фонды элиты получили возможность формировать идеи и контролировать образовательные учреждения. Учебные заведения готовят будущую элиту для правительственных структур, экономики, науки и других профессиональных сред, а также производят ученых, которые и являются основными участниками аналитических центров, таких как Бильдербергская группа.
По мере того как американские подходы постепенно пронизывают мир, это создает более благоприятные условия для непрямой и кажущейся добровольной американской гегемонии. Эта гегемония включает в себя сложную структуру блокирующихся между собой организаций и процедур, созданных для того, чтобы генерировать консенсус и затенять асимметрию во власти».
* * *
Со своих первых встреч, говорит исследователь этой темы Эндрю Гэвин Маршалл, члены клуба сосредоточились на следующих обширных областях, остававшихся центром дискуссий и на последующих встречах: коммунизм и СССР; зависимые области и люди за границей; экономическая политика и проблемы; европейская интеграция и европейское оборонительное сообщество.
Джозеф Ретингер, один из учредителей Бильдербергского клуба, был также одним из первых архитекторов европейского общего рынка и ведущим разработчиком европейской интеграции.
