— Значит, позже договоримся, — сказал Алекс прежде, чем, обойдя машину, открыть дверцу со стороны пассажира.
Стэлла села за руль.
Она это серьёзно?!
Судя по тому, как спокойно она себя вела — вполне. Даже если допустить, что муж позволяет ей водить, эта машина…
— Рада была познакомиться с тобой, — она посмотрела на меня. Снова контраст — её голос, взгляд, пальцы с зажатым в них брелоком… — Не позволяй этому негодяю себя обижать, — добавила она вроде бы с насмешкой, но в то же время довольно серьёзно. Посмотрела на Руслана. — Учти, Рус, — насмешка исчезла вовсе. — Ты меня знаешь. Обидишь девочку…
Договаривать она не стала. Только сильнее сжала ключи. Снова посмотрела на меня, теперь с какой-то задумчивостью.
Будто бы сбросив мимолётное оцепенение, она хотела было закрыть дверцу, но я остановила её, всё-таки не сдержавшись:
— Ты действительно сможешь вести эту машину?!
— Я смогу вести всё, что угодно, — она улыбнулась уголками губ.
Внезапно я почувствовала нечто странное, непонятное. Коснулась скрытого тканью платья Пегаса и сжала его.
Дверца хлопнула, зашумел двигатель.
Не прошло и нескольких секунд, как внедорожник тронулся с места. Я смотрела ему вслед всё с тем же непонятным чувством, поселившимся внутри меня.
Ветер облизывал голые щиколотки, лицо, а я не могла отвести взгляд от удаляющейся машины до тех пор, пока она не скрылась в глубине территории.
— И долго ты собираешься тут стоять? — услышала голос Руслана и поняла, что он уже поднялся на крыльцо. Холод, которого я раньше почти не ощущала, заставил поёжиться. Бросив последний взгляд в ту сторону, где скрылся автомобиль, я пошла следом за… за мужем.
— Открывай, — кивнул он на дверь.
— Разве не ты должен открыть? — с непониманием посмотрела я на него. — В пансионате нам говорили, что по правилам этикета…
— Открывай, — повторил он тихо, с угрожающими нотками, и я поспешно отворила перед ним дверь.
Не заставлять его повторять — это я помнила.
Посмотрела искоса, снова пытаясь понять его. Как будто почувствовав мой взгляд, он остановился. Повернулся ко мне и, протянув руку, коснулся лица. Обрисовал скулу, подбородок, затем погладил по волосам, пропуская их сквозь пальцы. Накрутил одну прядку и заставил меня прижаться к нему.
Ладонь его легла на поясницу, взгляд пронзил до самого нутра. Он гладил меня сквозь платье, всё сильнее прижимаясь бёдрами, и дышать мне становилось трудно.
— Почему у этой девушки такие волосы? — спросила я, когда он, ослабив хватку позволил мне слегка отстраниться. — У неё что, были вши?
— Вши? — Руслан окончательно отпустил меня.
Я не поняла, разозлил его мой вопрос или нет — сказать что-то по тому, как он смотрел, было сложно. Почувствовала только неловкость.
— Ну да… — пожала плечами. — В пансионате у одной девочки были вши. Тогда её побрили. Она потом так переживала…
— Хорошо, что ты не сказала ничего подобного самой Стэлле.
— Это было бы не вежливо, — я всё ещё чувствовала себя несколько смущённой под его взглядом. — И… и она бы могла расстроиться. — Снова потянулась к кулону, но не сжала — только провела пальцами по платью. Руслан проследил за моим движением и опять посмотрел в лицо.
— Стэлла? — накрыл рукой мои пальцы и с силой сдавил их в кулаке. — Вряд ли, зверёныш. Но ты бы выставила себя полной дурой.
Это он сказал уже без тени усмешки. Сжал мою руку ещё сильнее, медленно пробрался пальцами под рукав. Пах его был твёрдым, в глазах появилось нечто недоброе, пугающее. Положив ладонь мне на ягодицы, он сгрёб ткань, задрал выше. Погладил по голой коже и, резко оттолкнув от себя, приказал:
— Убирайся наверх.
— Наверх? — у меня вырвался выдох. В голове всё смешалось, мысли запутались.
— Наверх, — процедил он. — Ко мне сейчас приедут.
— Так Алекс…
Телефон Руслана зазвонил, и я тут же замолчала. Меня потряхивало, соски стали твёрдыми. Близость Руслана волновала меня, и, теперь я понимала это, волновала, как может волновать женщину близость мужчины. И то, что я стала его женой, было тут ни при чём.
— Да, — рявкнул Руслан, ответив на звонок. — Пропустите её… Да…
Я стояла на месте, не сводя с него взгляда до тех пор, пока он не убрал мобильный обратно в карман. То, что я видела в его глазах…
— Хорошо, — сказала я, ответив ему прямым взглядом. — Если ты хочешь, я пойду наверх, — проговорила и, не дожидаясь ответа, пошла к лестнице, понимая, что он смотрит мне вслед.
10.2
— Не выглядишь ты довольным жизнью, — заметила Каролина, присев на угол стола у меня в кабинете.
Как всегда, она была безупречна: завивающиеся крупными кольцами рыжевато-каштановые волосы её были уложены аккуратно и в то же время слегка небрежно, черты красивого лица подчёркнуты неброским макияжем.
Положив клатч рядом с собой, она разгладила складку на подоле платья и снова посмотрела на меня.
Кожаное кресло, в котором я сидел, откинувшись на спинку, стояло по диагонали, и я мог видеть её колени, обтянутые капроном чулок ноги. Да, красивая, сука. Вот только дела мне не было ни до её длинных ног, ни до остроносой туфельки, соскользнувшей со стопы и теперь лежащей возле стола подобно маленькой провокации.
— Вот скажи мне, — я медленно прошёлся по ней взглядом, — с чего вы все решили, что я должен быть ею доволен?
— Все — это кто? — в ответ спросила она. — Полагаю, твой брат?
— Допустим, — невесело ухмыльнулся я.
Каролина всегда была не только красивой, но и умной. Когда-то я даже подумывал поиметь её не только в постели. Может быть, не жениться — хотя бы перевести статус наших отношений из разряда одноразовых встреч на постоянные. Дело до этого, правда, так и не дошло. Оно и к лучшему.
— Наверное потому, — она скинула вторую туфлю и, неспешно встав, направилась ко мне, — что мало кому везёт так, как повезло тебе, — остановилась напротив и, склонившись, упёрлась ладонями в поручни кресла по обе стороны от меня. — Сукин ты сын, — дыхание её коснулось моего лица, запах дорогих духов воспоминаниями проник в сознание.
Рука её с подлокотника переместилась на моё колено, пальцы прошлись по бедру. По-кошачьи прищурившись, она качнула головой.
— Ты никогда не ценил то, что у тебя было, Руслан.
— Как понимаю, сейчас ты имеешь в виду себя? — я обхватил её затылок, сгрёб волосы. Мягкие, шелковистые, они были не такими… Не такими, как…
Стоило представить зверёныша, её тяжёлые тёмные волосы, бархат кожи, в паху стало тяжело. Чёрт подери, даже мысли об этой девчонке волновали меня куда сильнее, чем довольно откровенная близость женщины, с которой я когда-то проводил неплохие ночи.
— Не без этого, — не стала отрицать Каролина, не отводя взгляда.
Я презрительно хмыкнул, поглаживая её пальцами. Вдыхал некогда знакомый запах, вызывающий прежде желание тут же усадить её на тот самый стол, что маячил у неё за спиной и, задрав юбку, взять её — быстро, резко в перерыве между назначенными встречами и решением касающихся Грата дел.
— Смени духи, — разжал я пальцы. — Они слишком резкие.
— Раньше тебе так не казалось, — заметила она, нагло глядя на меня.
Ладонь её оказалась на моей ширинке. Склонившись ближе, она тихо проговорила мне на ухо:
— Это не мои духи слишком резкие, — прикусила мочку лизнула и коснулась моей скулы губами. — Не-е-ет, Руслан. С моими духами всё в порядке.
— Хочешь сказать, что не всё в порядке со мной? — сжал её запястье, убрал руку от паха. Каролина упёрлась второй мне в колено. Взгляды наши опять встретились.
— Да, Алиев, — спокойно, негромко, поглаживая меня по бедру. — Именно это я и хочу сказать. Но ничего, думаю, мы это поправим.
Сказав это, она опустилась на колени между моих ног.
Посмотрев сверху вниз, я выпустил её руку. Ртом она всегда работала превосходно. Она вообще была превосходной любовницей: неутомимой, изобретательной, страстной и несдержанной. Что же…
