— Пригласи Энджел выпить кофе или еще куда-нибудь пойдите, — предложил другу Стивен на следующее утро, когда оба пришли к выводу, что Анджелика выглядит слишком бледной. К одиннадцати часам Стивена должны были положить на операцию. — Погуляйте в парке, ну что угодно. Просто забери ее отсюда на несколько часов, — продолжал Стивен.
— Но... — попыталась возразить Энджел, которая все это время держала Стивена за руку.
— Стивен прав, Энджел, — заявил Вольф с напускной вежливостью, взяв девушку за руку. — Питер Сомс сможет что-нибудь сообщить нам не раньше чем через пару часов, и мы могли бы провести это время не в столь унылом здании.
Вольф согласился с другом в том, что Анджелике не пойдет на пользу сидеть в четырех стенах и ждать, чем закончится операция.
Он был обеспокоен состоянием Анджелики, когда она спустилась к завтраку сегодня утром. Макияж не скрыл темных кругов под глазами девушки, которые доказывали, что она провела бессонную ночь. Кроме того, она не притронулась к еде, выпив только чашку кофе.
И это заставило Вольфа снова усомниться в своих выводах о неискренности чувств Анджелики к Стивену. А значит, некоторые его слова в ее адрес были непростительно жестокими. Он повернулся к другу.
— Мы навестим тебя через несколько часов, Стивен. — Вольф искренне надеялся, что так оно и будет. Они дружили уже много лет, и мужчина просто не мыслил жизни без своего наставника.
— Ну разумеется. — Стивен пожал Вольфу руку и обнял Анджелику.
— Хочу, чтобы ты знал: я очень тебя люблю, — тихо произнесла девушка. Она впервые сказала ему об этом.
А Стивен полюбил ее сразу же, как только услышал от нее, кто она такая. И заслужил взаимность, позволив девушке познакомиться с ним поближе, открыто впустив ее в свою жизнь.
— Я тоже люблю тебя, Анджелика, — дрогнувшим голосом ответил он и повернулся к другу. — Вольф, пора!
Мужчина помог Энджел подняться, и Стивена увезли на каталке в операционную. Она не сопротивлялась, когда Вольф обнял ее, прижимая к себе, как маленькую девочку, когда слезы вновь покатились по ее щекам.
Он вывел ее из клиники на яркое солнце. Следующие несколько часов прошли для Анджелики словно в тумане. Она смутно помнила, как пила кофе, которым угостил ее Вольф, и ела сандвич по его же настоянию.
Мужчина хранил собственные эмоции под контролем, зная, что Анджелике нужна психологическая поддержка.
Наконец наступило время отправиться в клинику.
— Уверен, мы что-нибудь узнаем о состоянии Стивена.
Или нет, отметила про себя девушка, замедлив шаг от страха, что уже сейчас может потерять отца, которого нашла так недавно. Она не представляла, что с ней будет, если ей вдруг сообщат, что операция прошла неудачно.
— Анджелика!
Она подняла глаза, не веря своим ушам, когда услышала знакомый голос. Навстречу ей спешила ее мать.
— Мама? Ты здесь?
— Я поняла, что не могу оставить тебя одну в такой момент, — с чувством произнесла женщина, обнимая изумленную дочь. — Мы с Нейлом все обсудили и решили, что, несмотря на неловкую ситуацию, — она грустно улыбнулась, — я должна приехать и побыть с тобой хотя бы сегодня. Но мне сообщили, что граф Гамбрелли забрал тебя на несколько часов. — Кейтлин с любопытством взглянула на мужчину, стоящего немного позади Анджелики.
На Вольфа.
Анджелика покраснела. Она понимала, кого видит перед собой ее мать: высокого мужчину, настоящего итальянца, если судить по внешности и цвету кожи, красивого, мускулистого, излучающего силу и уверенность, то есть возможного жениха дочери. Все матери смотрят на мужчин возле своих дочерей одинаково.
А ведь Анджелика лишь вскользь упомянула о нем, когда ездила навестить маму и Нейла вчера. И все равно поспешные выводы уже были сделаны.
Но что она могла им сказать? Что самый близкий друг Стивена граф Гамбрелли был приглашен к нему в дом, чтобы присматривать за ее дочерью? Это привело бы к бесконечной череде вопросов, на которые Анджелика предпочла бы не отвечать...
Вольф с не меньшим любопытством рассматривал женщину, которая была любовницей Стивена двадцать семь лет назад. Анджелика очень похожа на мать. У обеих черные волосы до плеч, и обе потрясающе красивы, стройны и сексуальны даже в джинсах и майках.
Неудивительно, что год назад Стивен сразу поверил, что эта девушка — дочь любимой им когда-то женщины!
— Миссис Харпер, здравствуйте. — Он шагнул вперед и протянул женщине руку. — Меня зовут Вольф Гамбрелли. Я близкий друг Стивена. Он попросил меня побыть с Энджел сегодня.
— Граф Гамбрелли, рада с вами познакомиться, — ответила на его рукопожатие Кейтлин. — Не могу выразить словами, как я благодарна вам за то, что вы сегодня здесь вместе с моей дочерью.
Анджелика недовольно наблюдала за этими двумя, понимая, что ей необходимо все объяснить.
— Мам, я...
— Мисс Харпер?..
Анджелика резко развернулась и увидела перед собой Питера Сомса, еще не успевшего переодеться после операции.
Заметив уверенное выражение лица доктора, Анджелика сразу поняла, что операция прошла успешно. Девушка бросилась в объятия матери, и обе расплакались от облегчения.
И Вольф снова подумал, что был несправедлив к Энджел, сомневаясь в ее искренней привязанности к Стивену.,
И все преграды, которые он с таким трудом выстроил между собой и Энджел, рухнули как карточный домик...
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
— Что ты делаешь? — сонно поинтересовалась Анджелика, чувствуя, что оказалась в сильных мужских руках.
Как же она была эмоционально вымотана за последние двенадцать часов! Ожидание забрало у нее все силы. Хорошо, что мама приехала, чтобы поддержать ее. Да и Вольф находился постоянно рядом. Когда Питер Сомс сообщил, что операция завершилась успешно, сил, казалось бы, прибавилось, но потом стало совсем трудно. Она еле держалась на ногах.
Кейтлин уехала вскоре после того, как убедилась, что с Вольфом ее дочь находится в абсолютной безопасности.
Анджелика не была так уверена в этом, особенно сейчас, когда мужчина взял ее на руки, подняв со стула в палате Стивена, где она и задремала.
— Что ты делаешь? — пробормотала Анджелика.
Она наотрез отказалась возвращаться домой, настояв на том, что останется со Стивеном на ночь, упрямо продолжая сидеть на стуле возле его кровати. И не слушала слов Вольфа и не поддавалась на его уговоры отправиться домой и выспаться. После ее отказа уехать Вольф тоже решил остаться и расположился на стуле по другую сторону кровати.
Анджелика нервничала, буквально кожей ощущая его молчаливое присутствие и зная, что он смотрит на нее, а вовсе не на Стивена.
