долго доказывал Дамиану, убеждал, тот пожимал плечами. Пару раз прозвучало имя – оче Василие, отец Василий, но теперь Саша уже ни в чем не была уверена, если дело касалось сербского языка.
Девушка спала плохо, снились тени с когтистыми лапами, она вздрагивала, просыпалась, долго ворочалась, потом снова забывалась короткими кошмарными снами. Вторая почти бессонная ночь подарила ей темные круги под глазами, глаза покраснели и взглянув на себя в зеркало, она увидела идеальный портрет вампирши. Или как там оно по-сербски- вампирицы.
Остальные выглядели отдохнувшими, словно каждый день деревенские учителя врываются с воплями об оборотнях, а рядом бегают жители деревни с боярышниковыми колами. Все с аппетитом плотно позавтракали, Саше же кусок в горло не лез, подташнивало и хотелось побыстрее унести ноги из этих ненормальных гор.
С каждым крутым поворотом, с каждой парой метров вниз с горы, настроение поднималось и щеки порозовели. Через час езды она бы не отказалась от кофе, а лучше с омлетиком, да с сосисками, и бекон бы не помешал – но где ж тут среди лесов такое приготовят…
Часа через три перед ними открылся вид на всю Бока-Которскую бухту с высоты. Дамиан и Коста остановили машины, все высыпали полюбоваться на красоту. Сверху бухта казалась крохотной.
Но вот она начала стремительно приближаться, и вскоре машины остановились возле длинного дома на самом берегу.
И словно кто-то махнул волшебной палочкой: все осталось позади, темные горы, маленькие деревни, страхи, ночная сырость, пронизывающая маленький пансион. Как будто ничего и не было. А еще два часа – и Флоренция.
Брат Марко понял, о чем думает Саша, когда они пили кофе и белое вино в номере Ивана, а девушка заглатывала куски пирога с домашним сыром, приготовленного хозяйкой к приезду гостей.
– Алессандра, подумайте еще раз. Пожалуй, вам лучше лететь с нами, в конце концов я же несу за вас ответственность! Я доверяю Карло и не менее уважаемому архимандриту Дамиану, но все же мне неспокойно. В тех местах мы все чувствовали себя не в своей тарелке. Так может, достаточно негативных эмоций?
Саша уже готова была сказать, что она улетает с братом Марко и Иваном. А потом ее словно подтолкнул кто-то, зашептал в ухо, что и Флоренция еще будет в ее жизни, и этот морской берег не первый и не последний, а в темные заколдованные горы, где бродит вукодлак, она никогда уже не попадет. И девушка вздохнула, покачала головой и заверила, толком не прожевав пирог:
– Нет, я не передумаю. Все нормально!
Они крепко обнялись на прощание, гостям из Ватикана пора было в аэропорт. Брат Марко еще раз напомнил Саше, что обратный билет с него, и вообще она должна регулярно писать, сообщать новости. Иван тоже просил не пропадать и писать хоть иногда.
Девушка грустно смотрела вслед машине: встретятся ли они еще раз? Говорят, Бог любит Троицу, значит будет и третий раз. Теперь все проще, у нее есть для связи телефон Ивана. Так что грустить не о чем. Вот только… Почему так быстро собрался и уехал брат Марко? Понятно, что у него могут быть важные дела, да и никаких потусторонних сил в истории с вукодлаком не замешано, предстоит разгадать обычную детективную загадку. И все же это не похоже на Марко Ридольфи, с которым познакомилась она в Праге. Так почему же он уехал?
***
– Вы устали с дороги, отдыхайте, в Дурмитор мы поедем завтра. – архимандрит Дамиан тоже собрался откланяться. – Я заеду за вами утром.
– Мы же хотели просто собрать вещи, – удивилась Саша.
– Отец Слободан напомнил мне об одном старом знакомом, чьи знания могут пригодится. Я хочу его навестить, но дорога долгая и даже я, привычный к горам, буду потом не в силах возвращаться в Дурмитор.
– Отец Василий! – Вырвалось у девушки.
– Вы опять подслушивали, Саша? – Рассмеялся Дамиан. – Да, я хочу поговорить с одним знакомым монахом. У вас в России его бы назвали старцем.
– А где он живет?
– Он отшельник. Живет в крохотном монастыре на острове на Скадарском острове.
– А я… – И кто ее, уставшую и не выспавшуюся, за язык дернул? – А можно мне… пожалуйста!!!
– Я пас, мне нужно подумать, поискать нужную информацию в сети, с коллегами бывшими связаться, – Бальери поднял ладони кверху. – Я остаюсь.
– Саша… – Дамиан задумчиво оглядел девушку. – Вы, конечно, можете поехать со мной… Но уверены, что силы есть?
– Угу. – Кивнула Саша ни в чем не уверенная. Но уж так заманчиво это звучало, монастырь на острове и монах – отшельник!
– Тогда жду в машине.
***
Машина быстро, часа за полтора долетела до Скадарского озера. Горы сменились мягкими зелеными холмами, то и дело встречались указатели на отели и винные ресторанчики, видимо эти места популярны у туристов. В одной из деревень они проехали причал для корабликов, предназначенных для туристических прогулок по озеру.
Само озеро оказалось намного больше, чем Саша представляла.
Но потом все изменилось. Следующие два часа дорога снова петляла и снова повороты каждые три метра. Кипарисы и виноградники остались внизу, холмы теряли растительность, превращались в голые камни.
– Похоже на Италию? – Улыбнулся Дамиан. – Капри годов эдак шестидесятых, похоже?
– Вполне, – согласилась Саша.
– Нам не светит кабриолет на серпантинах Капри. Но эта дорога немного скрасит разочарование.
А дорога становилась все больше похожей на Грецию или Сицилию. Камни, горы, далеко внизу огромное озеро, иногда приходилось останавливаться и пережидать, когда пробегут овцы. Вдали вырастали горы в снежных шапках.
На одном повороте, где не только машины не разъедутся, а люди не разойдутся, любопытный ослик заглянул в машину. А еще… змеи. Они вставали в стойку по обеим сторонам дороги, шипели и это было просто сюрреалистическое зрелище.
– Темные силы не хотят, чтобы мы доехали, – Саша даже не шутила.
– Они греются на солнышке, а машина мешает, тревожит, – ответил Дамиан совсем не так, как она ожидала.
На очередном повороте он остановил машину, показал на озеро. Далеко внизу, был виден маленький остров, от которого отдалялась крохотная точка.
– Видите лодку? Отец Василий раньше нас будет на берегу.
– А давно он живет на острове?
– Лет двадцать пять. Когда он впервые приехал сюда, то кроме каменных руин ничего не было, а у него самого с собой только хлеб, который к утру от влажности весь заплесневел. – Буду выживать с Божией помощью, решил Василий. И за эти годы полностью восстановил церковь и здание
