Черчилль очень высоко ценил способность просто говорить о сложных вещах, так как это помогало действовать быстро и решительно. Он сам старался держаться этого принципа и требовал того же от своих сотрудников.
Отмечу, что финансовые дела Черчилля вел банкир из Сити Бренден Бракен. Он умер в 1958 году, не оставив мемуаров и приказав уничтожить все свои бумаги. Возможно, там было что скрывать.
К концу 1924 года британская экономика все еще не оправилась от последствий Первой мировой войны, которая вызвала резкое сокращение мировой торговли. Побежденные страны лежали в руинах, придавленные репарациями, и потребление в них резко упало. Все это привело к кризису главные экспортные отрасли Англии: угледобычу, текстильную, сталелитейную и судостроительную промышленность. Значительно упал также фрахт судов британского торгового флота. В результате репарации, получаемые от Германии, шли главным образом на выплату пособий по безработице, а также на погашение британских долгов Соединенным Штатам военного времени. Между двумя мировыми войнами безработица в Великобритании держалась на уровне одного миллиона человек.
По совету банкиров Сити, надеявшихся вернуть Лондону роль главного мирового финансового центра. Черчилль в 1925 году вернул фунт к золотому стандарту, что должно было укрепить британскую валюту на основе довоенного паритета фунта стерлингов и золота. При этом финансовые резервы Великобритании не ограничивались золотом, а включали также другие конвертируемые валюты, прежде всего доллары США. Однако возвращение к золотому стандарту вызвало повышение стоимости фунта на 10 процентов, что еще больше сократило экспортные возможности британской промышленности. Твердый фунт теоретически мог привлечь в британскую промышленность и торговлю иностранных инвесторов. Однако после мировой войны свободных капиталов в мире было мало, и капиталы на Британские острова так и не пришли, в том числе из-за сильного профсоюзного движения и относительно высокой зарплаты британских рабочих. Положение британских шахтеров, которым приходилось конкурировать с репарационным германским и дешевым польским углем, еще более ухудшилось. Владельцы шахт вынуждены были увеличивать рабочий день и сокращать зарплату. Черчилль обещал в течение девяти месяцев начиная с августа компенсировать сокращение зарплаты шахтерам государственными выплатами. Денег в казне хватило только до апреля 1926 года. Когда выплаты были прекращены и к тому же правительство отказалось участвовать в согласительной комиссии тред-юнионов и шахтовладельцев, забастовка стала неизбежной. Требования шахтеров поддержал Британский конгресс тред-юнионов. 30 апреля шахтовладельцы передали Федерации горняков свои предложения, предусматривавшие снижение с 33 1/3 до 20 процентов надбавки к тарифу зарплаты 1913/14 года, а также увеличение рабочего дня шахтеров с 7 до 8 часов. Федерация горняков отвергла эти предложения. В тот же день был объявлен локаут рабочих угольной промышленности. Горняки выступали под лозунгом: "Ни пенса из зарплаты, ни секунды к рабочему дню". В результате с 4 но 12 мая 1926 года Великобританию потрясла крупнейшая в истории всеобщая забастовка, в которой на ее пике участвовало до 5 млн. человек. В стране было объявлено чрезвычайное положение. В период всеобщей забастовки Черчилль стал издавать правительственную ежедневную газету "Бритиш газетт", которая в тот период оставалась единственной крупной газетой страны с тиражом 2,2 млн экземпляров. Всеобщая забастовка окончилась после того, как Верховный суд вынес решение о ее незаконности, а шахтеры бастовали вплоть до 30 ноября. Правительство выиграло, так как шахтерам пришлось сократиться на урезание зарплат и увеличение рабочего дня. После забастовки был принят закон об отношениях в промышленности, запрещавший всеобщие забастовки и пикетирование. В отношениях с забастовщиками правительство руководствовалось принципом, сформулированным Черчиллем: "Начинать переговоры только тогда, когда противник повержен".
После посещения в Риме в 1927 году Муссолини Черчилль говорил об "огромной заслуге" дуче, сокрушившего коммунистов в Италии. И даже 10 лет спустя Муссолини был для него "достойной удивления исторической личностью", не утратившей своего блеска. По словам Черчилля, "была потеряна свобода, но Италия была спасена". Сам он, правда, жертвовать свободой британцев не собирался ни при каких обстоятельствах, а во время войны сделал все для сокрушения фашистской Италии.
В качестве министра финансов Черчилль руководствовался двумя основными принципами — экономии государственных средств и свободной торговли. Он также старался снижать прямые налоги, что было выгодно представителям имущих классов, и делал больший упор на косвенные налоги, которые были в большей мере бременем для трудящихся. С другой стороны, Черчилль добился выплаты пенсий всем вдовам и сиротам погибших в Первой мировой войне.
Однако неблагоприятная финансово-экономическая конъюнктура привела к тому, что к 1929 году золотовалютные резервы, имевшиеся у британского казначейства в начале 20-х годов, были в значительной мере израсходованы. 4 июня 1929 года, после того как консерваторы потеряли значительное число мест на майских выборах, Черчилль ушел с поста министра финансов, выставив в качестве причины разногласия с новым премьером лейбористом Макдональдом по вопросам торговых тарифов и предоставления независимости Индии (Черчилль был против независимости крупнейшей британской колонии). В 20-е годы министром по делам Индии был друг Черчилля, лорд Биркенхед, с которым у них не было разногласий, и, по некоторым данным, в случае успеха на выборах 1929 года он собирался переместить Черчилля на пост министра по делам Индии, осознав, что его финансовая политика оказалась в тупике.
А когда консерваторы в 1931 году выиграли выборы и образовали коалицию с либералами и частью лейбористов, министерского поста Черчиллю не предложили, поскольку его не хотели видеть в правительстве ни либералы, ни лейбористы, и прежде всего его не хотел премьер Джеймс Рамсей Макдональд. Да и сам Черчилль категорически не хотел быть в кабинете, возглавляемом лейбористом, и требовал размежевания консерваторов с лейбористской партией: "До тех пор пока консервативная партия обладает независимостью и свободой, ее желания будут иметь вес в парламенте. Я предсказываю, что с того момента, как консервативная партия приобретет свободу, она вместе с ней приобретет и силу".
24 октября 1929 года, в день краха нью-йоркской фондовой биржи, Черчилль как раз находился в Нью-Йорке. В честь Черчилля в доме Перси Рокфеллера был дан банкет, на котором Бернард Барух, крупный биржевой делец и экономический советник президента Герберта Гувера, невесело пошутил, обращаясь к пятидесяти наиболее влиятельным членам биржи:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
