— Эва, мне приснился страшный сон, — бормочет сонный Тема, пока ложимся в кровать. — Поспи со мной.
— Конечно посплю, дорогой мой. Иди сюда, — забираюсь к нему под одеяло и обнимаю за плечи, прижимая к себе.
Хищно улыбаюсь, думая о том, в каком состоянии сейчас Кирилл остался. Ну… что я могу сделать? Душ ему в помощь!
Сама же долго обмозговываю то, что произошло. Тянусь пальцами к припухшим губам и, закрыв глаза, представляю… А что ещё остается? Только представлять, засыпая…
Ощущаю его руки под моей пижамой. Губы нагло вырисовывают диаграммы на моей шее. Тянусь ладонью на ощупь к его телу и скольжу по этим крышесносным кубикам, на которые так много моих слюней накапало после встречи в душе.
Наслаждаюсь тем, что теперь имею возможность погладить: провожу ладонью по его торсу и веду вниз; потрогать: сжимаю его необъятную плоть и слышу в ответ рык насаждения; да даже кусать можно, это же мой самый лучший сон… Веду носом по его шее и… кусаю чувствительную плоть за ухом.
— Эва, черт возьми! — слышу от него и не могу сложить картинку, в которой он может мне так сказать в МОЕМ идеальном сне.
Распахиваю слипшиеся глаза и натыкаюсь на этот небесный взгляд. Чего-о-о?!
— Ты что, меня…
— Украл, — довольно выдает он, зарываясь лицом… КУДА?! В мою грудь! Без пижамы!
— Ты.. ты что, раздел меня?
— Угм, — соглашается он. — Сугубо из-за переживаний о твоем сне. Ты ж не попрыгала, чтобы спать хорошо… Хотя сон, я заметил, тебе понравился, — ухмыляется он, прикусывая бусинку.
Это что, я ЕГО трогала?!
Можно просто провалиться? Большего смущения моё бедное ранимое сердечко просто не вынесет!
— Я… эм…
Не успеваю ничего сказать, как Кирилл наваливается сверху и захватывает мои губы. Дико, необузданно, словно очень давно чего-то хотел, и сейчас дорвался.
Ощущать близость его тела к своему так непривычно, так чувственно и так… тепло. Во всех смыслах. Тепло от прикосновения мужского тела, тепло из-за того, что тело именно его, тепло от осознания, что именно я сейчас здесь с ним, тепло от понимания, что он хочет меня согреть.
— Этой ночью я никуда тебя не отпущу, — говорит мне в губы, пока я рисую пальцами круги на его спине.
— Значит, не отпускай, — тяну на себя, и это окончательно рвет все границы.
30
Избавившись от одного единственного, последнего атрибута одежды, что, оказывается, все же был на нас, мы избавляемся ещё и от стеснения. Остаются лишь взаимные чувства, желание и необузданная страсть.
Кирилл мучительно долго целует каждый сантиметр моего тела, распаляет бесстыжими прикосновениями, прежде чем толкнуться одним мощным рывком, заполняя полностью.
Его движения чёткие, размеренные и безумно приятные… Мы никуда не спешим, наслаждаемся каждой секундой единения.
— Сладкая вкусная девочка, — томно шепчет мне на ухо, пока делает ритмичные толчки.
Низ живота стягивает узлом. Царапаю его спину, выгибаясь дугой и подставляясь под его поцелуи. Он ускоряется, и мы… разлетаемся на мириады частиц.
Ощущаю легкость и дурманящую эйфорию. Кирилл целует моё плечо, перекатывая набок и обнимая меня за спиной, располагая свои огромные ладони у меня на груди.
— Ну что, сладкая, перерыв, и я, наконец, дам тебе поскакать?
Тычу локтем ему в бок, а сама улыбаюсь, сильнее кутаясь в его объятиях, и моментально засыпаю…
Утром просыпаюсь от стойкого ощущения того, что сплю уже целую вечность. Сладко потянувшись, распахиваю ресницы и резко подскакиваю.
Воспоминания прошлой ночи накатывают лавиной, распаляя лицо.
Прикладываю ладони к щекам.
Кажется, у меня температура!
Смотрю на смятое постельное белье на кровати, и ещё жарче становится. Господи, сколько же время, раз Кирилла уже нет? Надеюсь, Тема ещё не проснулся.
Выбегаю из комнаты и осторожного заглядываю к разбойнику.
Спит, сладкий.
Решаю пока принять ванную, но уже точно не в комнате Кирилла. Думаю, та, что на первом этаже, отлично подойдет.
Со всей этой рассеянностью забываю взять с собой одежду. Поэтому, приняв душ и умывшись, надеваю гостевой халат и хочу уже было бегом промелькнуть в свою комнату, как прирастаю ступнями к полу…
В холле первого этажа стоит красивая блондинка с длинными шелковистыми волосами в белой шубе, на вид стоящей, как весь мой гардероб вместе с бабушкиным наследством вместе взятыми.
Она ошарашено пялится на меня. Хотя, наверное, я делаю абсолютно то же самое.
— Ты кто такая вообще? — противным визгом пищит блондинка, намеренно бегая глазами по моему, к слову, не совсем подобающему виду.
— Няня, — на автомате выдаю я, словно на допросе.
— А Антонина Игоревна где?
— В санатории…
— Понятно, — закатывает глаза девушка, по-хозяйски швыряя свою сумку на кресло. — Няня, которая оказывает все виды услуг. И не только для ребёнка, да?
От ее неприкрытой враждебности и оскорбительных намеков мгновенно закипаю.
— А ты кто такая? — вздергиваю подбородок и тоже перехожу на «ты».
— Жена, — ухмыляется она, а я, кажется, язык проглатываю, потому что понимаю, в какой ситуации оказалась…
И почему я так рьяно откидывала мысли о его жене? Почему не спросила хотя бы тетю? Мысли о том, что сегодня я переспала с женатым мужчиной вызывает тошноту и отвращение. К себе в первую очередь.
— Где мой сын? — лепечет она, проносясь мимо, словно вихрь.
Вихрь, который сносит меня с ног без применения физической силы.
— Спит в своей комнате…
— Можешь паковать чемоданы. Я сама посижу с сыном и тут же попрошу привезти Антонину Игоревну обратно. Хватит ей отпуска.
Все ещё стою, не двигаясь, и даже слов не нахожу. Чувство обиды стягивает внутренности, отдавая тянущей болью по всему организму. Лучше бы меня палками побили, чем такое…
— Че стоишь, пошла вон, я сказала!
Еле сдержав льющийся из глаз поток, я пролетаю мимо неё и забегаю в свою комнату. На этот раз не церемонюсь. Заказываю такси и за те пять минут, что оно едет, успеваю собрать все свои вещи и одеться.
Единственное, чего я хотела бы, это попрощаться с ребёнком, но учитывая то, что его мать с ним…
Лучше буду звонить по видеосвязи, когда тетя вернется.
Сажусь в такси с четким ощущением того, что больше ноги моей в этом доме не будет. Хватит с меня. Наелась досыта!
Финал
Глава 16
Кирилл
Закрыв срочные вопросы, после обеда еду домой в приподнятом настроении и представляю, как мы вместе с Эвой и сыном проведем этот день. Я даже намереваюсь вечером снова попытать удачу и самостоятельно уложить его на сон, а потом утащить в свою кровать Эву и… прочитать ей взрослую сказку на ночь.
Довольная ухмылка медленно исчезает, когда замечаю на вспыхнувшем экране мобильника имя жены. Бывшей. Уже как четыре года.
Звонит она обычно в двух случаях. Первый — это когда просит дополнительную сумму на какие-то там нужды (тут я обычно не вслушиваюсь), второй — это когда… А нет, звонит она всегда только в одном случае.
— Сколько? — спрашиваю вместо приветствия.
— Вообще-то, дорогой мой муж, в этом месяце от тебя не поступило и рубля!
Напоминать ей о том, что мы давным-давно в разводе, это все равно что рассказывать пятилетнему ребёнку о рисках вложения денег в инвестиции и финансовых пирамидах, то есть абсолютно бестолку.
— Проверю, в чем проблема. Переведу на счет.
Даже система автоплатежей бунтует. Но я готов платить ей до конца жизни, только бы она и дальше не лезла в нашу с Темкой жизнь.
Хотя, если по факту, инициатива была ее. И не думаю, что горе-любовник, сбежавший от нее практически сразу после нашего развода, заставил ее одуматься и признать, что материнство и семья — это и есть смысл жизни, как она пыталась мне после этого донести.
И как только она поняла, что вернуть меня уже не получится, перешла на угрозы забрать у меня сына, хотя сама же его и бросила, либо платить ей ежемесячно до конца жизни. И это далеко не цена моего с сыном спокойствия, поэтому я увеличил ее запросы в два раза, только бы не видеть ее больше никогда.
