— Если бы ты не рассказал мне, что она только потеряла сестру, я бы и не узнал. Она не выглядит убитой горем. Ну, она казалась грустной, когда впервые приехала, но с тех пор ничего такого.
— Из того, что я видел на похоронах, Мэри Элизабет не выставляет чувства на показ. Когда ее мать сделала то замечание, на ее лице было только еле заметное отображение боли, а потом ничего. Это будто иссушило ее изнутри. Киеша не поверила, что это не ранило ее. Она думает, что Мэри Элизабет была настолько заняла заботой обо всех и обо всем, что у нее просто не было времени горевать. Мы оба беспокоимся о том, что будет, когда горе возьмет над ней верх. Она не должна быть одна, когда это произойдет. Вот где в игру входишь ты. Ты нужен нам, чтобы присмотреть за ней, не попадая под подозрения.
Хью на мгновение задумался.
— Думаю, я знаю, как сделать это без ее ведома. Она много времени проводит в закусочной с Анной, хотя это может измениться, когда она начнет работать. Она делает такие изумительные десерты. Я мог бы спросить ее, не захочет ли она делать кое-что для закусочной. Это даст мне повод, кроме того, что я ее арендодатель, поддерживать с ней контакт.
— Думаешь сработает?
— Не знаю. Анна предложила ей, но она отказалась. Все что я могу сделать, это попробовать. Если нет, я придумаю что-нибудь еще, — это даст ему повод подобраться к ней без подозрений. Он замолчал, когда Киеша подошла, и вопросительно огляделся в поисках Мэри Элизабет.
Алекс притянул к себе Киешу.
— Как ты?
Вздохнув, Киеша посмотрела на Хью и закатила глаза.
— Алекс, я все еще в первом триместре. Я в порядке. Ты будешь таким всю беременность?
— Да, — Алекс с Хью ответили одновременно и оба улыбнулись ей.
— Ты голодна? Хочешь пить? Я могу тебе что-нибудь дать? Тебе нужно присесть и отдохнуть?
— Нет, я перекусила, пока была на кухне разговаривая с Шеннон и Мэри Элизабет. Мэри Элизабет рассказала мне про напиток, который она выпила и насколько он был хорош. Она сказала, что он фруктовый на вкус и едва чувствуется алкоголь. Я бы хотела выпить. Хочу попробовать.
Хью и Алекс посмотрели друг на друга с беспокойством.
Алекс спросил.
— А она не упоминала название напитка?
— Что-то там Перевертыша. Я подумала, что было бы круто, что я выпью напиток в вашу честь.
— Нас, детка. Ты теперь одна из нас, — напомнил он ей.
— Это был Сюрприз Перевертышей?
Киеша щелкнула пальцами.
— Да, точно.
— Где она сейчас? — на этот раз вопрос задал Хью. Он осмотрелся вокруг, пытаясь обнаружить ее.
— Она направилась домой, — Киеша ухмыльнулась, как будто что-то знала.
— Что! — снова Хью и Алекс высказались вместе.
Улыбка сползла с ее лица и заменилась обеспокоенно гримасой.
— Я сказала, что она ушла. Она устала. Это проблема?
Хью повернулся к Алексу.
— Я направляюсь за ней, чтобы убедиться, что она в порядке. А ты объясни своей суженой. — А когда я найду свою, я перегну ее через коленку. Хью повернулся и ушел.
— Что случилось? Почему он пошел за Мэри Элизабет? Если она в беде, тебе лучше начать говорить… сейчас же. Это моя подруга.
— Сюрприз Перевертыша выпивка, сделанная специально для перевертышей. Из-за нашего высокого метаболизма и мышечной массы тела, для нас трудно опьянеть, независимо от того сколько мы выпьем. Алкоголь не задерживается в нашей системе достаточно долго, чтобы получить кайф. Чтобы обойти это, кое-какие ребята создали специальный напиток — Сюрприз Перевертышей. Он сделан из нескольких разных ликеров и фруктового сока, плюс один дополнительный ингредиент, который заставляет алкоголь ударить в кровь быстро и сильно, прежде чем наш метаболизм сможет сжечь его. Это как выбить пять из пяти в цель по нашей системе.
— Так я поняла, этот напиток очень крепкий. Почему Хью побежал за ней? Она мне показалась нормальной.
— Мэри Элизабет пьющая? — он дал ей время на раздумье, чтобы прийти к правильному выводу.
— Нет. Она может опьянеть и от аперитива.
— Что произойдет, когда все эти ликеры ударят в ее систему, особенно если это случится, в то время, когда она будет ехать по темной горной дороге?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Рот Киеши образовал букву «о», когда она наконец-то поняла к чему он клонит. Прежде чем она смогла прокомментировать это, Шеннон присоединилась к ним.
— Что случилось Киеша? Я чую твой страх.
Алекс ответил Шеннон, зная, что она поймет.
— Мэри Элизабет выпила Сюрприз Перевертыша.
— Знаю. Я видела, как она пьет.
— Ты видела и не остановила ее? — Алекс не мог поверить в это.
— Нет. У нее был всего один бокал, и она все время ела, потягивая из него. Если бы он собирался оказать какое-то серьезное воздействие на ее систему, то он бы уже это сделал. Поэтому ушел Хью?
— Да. Он ушел, чтобы гарантировать, что она попадет домой в целости и сохранности.
— Ну, с ней все будет нормально. Мэри Элизабет умненькая. Не понимаю, почему вы так беспокоитесь.
— Может и нет, — медленно сказала Киеша, задумчивое выражение было на ее лице.
Ее тон привлек внимание Шеннон и Алекса.
— Почему ты так говоришь дорогая? — Алекс больше не хотел плохих новостей. Когда уже начал расслабляться.
— Ей так понравился напиток, что она взяла еще один по пути к двери.
***
Мэри Элизабет зашла домой с выпивкой в одной руке и кошельком в другой. Какая ночь! Она бросила сумочку на журнальный столик и села, чтобы расшнуровать ботиночки. Облегченно выдохнув, она пошевелила пальчиками. Так намного лучше. Она сняла жакет, положила ноги на журнальный столик и сидела, потягивая свой напиток. Она отлично провела время на вечеринке, но сейчас очень устала.
Хватит воспоминаний. Лучше двигаться, иначе она проснется на диване. Она закончила пить и отшвырнула бокал на столик. Она разберется с ним утром. После, выключив свет, она пошла в спальню, снимая одежду по пути туда. В последнюю минуту, она свернула в ванную комнату. Она была потной от всех этих танцев, и нуждалась в душе. Резкое изменение направления и она оступилась, прислонилась к стене, чувствуя себя немного опьяневшей. Чем раньше она ляжет, тем лучше. Она была очень уставшей и у нее кружилась голова.
Она намеревалась быстренько принять душ, но горячая вода ощущалась так хорошо на ее уставших мышцах, что она задержалась. Еще одна волна головокружения заставила ее решить, что лучше закончить. Она решила быстрее помыться и чуть было не упала, пытаясь помыть ноги. Боже, ей лучше бы лечь и быстрее уснуть. Она выключила воду и оставила полотенце на стойке. Нет смысла вытираться. Никто не увидит, что она обнажена. Она открыла дверь, ее мысли сфокусировались на том, чтобы добраться до постели и остановились, когда она наткнулась на невидимую стену.
6 Глава
Хью ушел с вечеринки, контролируя панику, пытаясь не думать о том, что могло случится с его парой, прежде чем он доберется до нее. Отравление алкоголем было одной из немногих вещей, которые крутились в мыслях. Он медленно ехал, обследуя обе стороны дороги на случай, если она потеряла контроль над машиной и съехала с нее. Со всеми этими деревьями, было слишком легко съехать с дороги, и никто не увидит, пока не станет слишком поздно.
Его нервы не были столь напряжены с его последней миссии. Он отдал Дяде Сэму двадцать лет своей жизни, ходя на миссии и рискуя своей жизнью ради страны. В некотором смысле, он мог понять Мэри Элизабет. Он знал, каково это, когда другие люди контролируют твои действия, за которые отвечаешь потом лишь ты. Хотя он и понимал, что она чувствовала, это ничего не меняет. Она была его парой. Ей придется просто подстроиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Если он и сомневался раньше, то сейчас уже нет. Его зверь рвался на волю, призывая его поторопиться. Его пара была в опасности, и он хотел быть рядом. Он контролировал это, зная, что терпение — ключ. Он не мог позволить себе облажаться, поспешив. Это могло привести к тому, что он пропустит что-то, что ему нужно увидеть.
