через несколько секунд меня позвали.
— Люк! — я обернулся и увидел Жозе, который махал мне рукой. — Подойдите! — попросил меня кардинальский сын лицо которого выглядело обеспокоенным.
«Странно, чего это он?» — подумал я и пошел в сторону офицеров Галларийской армии, при этом не забывая следить краем глаза за пленником.
Я не знал, может ли колдовать Сервантес, будучи связанным и проверять мне это не хотелось. А тем временем, я подошел к алтарю, рядом с которым стояли Винсент и Жозе.
— Что-то случилось? — спросил я, и с удивлением заметил, что оба мага чем-то озадачены.
— Вроде того, — ответил мне Жумельяк. — Вот, смотрите, — он указал куда-то себе за спину. — Там, в нише, — уточнил он и я запрыгнув на каменное основание алтаря, прошелся по нему вперед и увидел то, что ранее не видел.
В каменной плите на которую был нанесен рисунок в виде круга внутри которого были странные письмена на незнакомом мне языке, действительно, оказалась небольшая ниша, которую я раньше не заметил. А внутри нее оказался сосуд.
— Какого… — я едва сдержался от того, чтобы не выругаться. — Он что, живой? — произнес я, смотря на нечто, напоминающее кувшин, который будто бы был сделан из плоти.
Причем живой плоти, ибо сам этот странный сосуд пребывал в движении. Я сделал шаг назад наблюдая за тем, как стенки чаши двигаются, будто бы бьющееся внутри человека сердце.
А еще я посмотрел на нее магическим взором и едва снова не выругался. Внутри этой непонятной штуковины был настолько сильный магический источник, что я сильно удивился, почему не увидел его ранее.
Я спрыгнул с алтаря и снова посмотрел на сосуд, который был не виден мне, из-за того, что находился в нише. И взглянул снизу магическим взором. Ничего. Видимо, каменный алтарь каким-то образом экранировал магию.
— Мы тоже так подумали, — ответил Жумельяк, который выглядел довольно растерянным. — Видимо, иные хотели провести какой-то обряд, и судя по всему им удалось, — добавил он, после чего повернулся к Сервантесу.
— Не уверен, — ответил я.
— Почему? — спросил сын кардинала.
— Судя по всему, вы должны были стать жертвой этого ритуала, но вы живы, а значит и ритуал не завершился, — ответил я и Багровый палач хмыкнул.
— А не слишком ли вы много разбираетесь в языческих ритуалах иных, барон? — спросил Винсент, смотря мне в глаза.
— а хотелось бы получше разбираться, — покачал я головой. — Сейчас это, скорее, логичные выводы из того, что я тут увидел, — добавил я, спокойно выдержав взгляд старшего сына семьи Рошфоров.
— Да? — усмехнулся мой собеседник. — А как вы объясните тот факт, что… — он вдруг замолчал. — Не важно, — он махнул рукой. — В любом случае, если кто и знает, что тут произошло, так это он, — Багровый Палач кивнул на Сервантеса.
— Не думаю, что он нам что-то расскажет, — покачал головой Жумельяк.
— Ох, поверьте Жозе, мне он все расскажет! — на лице огненного мага появилась какая-то маниакальная улыбка.
— Уверен, что под пытками, он ничего не скажет, — возразил ему кардинальский сын.
— А кто сказал, что я со своими людьми ограничусь только пытками? — спросил Винсент, смотря в глаза своему собеседнику. — В моем отряде есть мастера, которые имеют очень широкий спектр навыков получения информации, — добавил он смотря на иллерийского офицера. — Кстати, кандалы, когда мы вернемся на точку сбора, мы тоже вам снять поможем.
— Это было бы здорово, — произнес Жумельяк, посмотрев на металлические браслеты у себя на руках, которые сдерживали его магию. — Вы, кстати, сталкивались с такими раньше? — спросил он, кивнув на магический предмет.
— С подавителями? — спросил Винсент. — Разумеется. Жаль, что они, как правило, одноразовые.
— Это как? — удивился Жозе.
— После того, как их с вас снимут, они утратят свою силу, — пояснил Багровый палач. — Эти штуки настраиваются на того, на кого были надеты и нацепить их на другого человека уже не получится. Нет, если вы, конечно, хотите сохранить их и в какой-то момент, снова, подавить в себе магию, то флаг вам в руки, но лично я бы избавился от подобного предмета, — добавил Рошфор, смотря на кандалы на Жумельяке.
«А он много знает», — подумал я.
Хотя, чему тут удивляться? Мало того, что Багровый Палач не раз и не два бывал по ту сторону разлома, так у него еще был доступ к ресурсам и информации, которые и не снились обычным смертным, вроде меня.
— Спасибо, — поблагодарил Жозе Винсента. — Все мои вещи исчезли в этом… — он огляделся по сторонам. — Инциденте. Вы не могли бы мне одолжить карту? — спросил он мага огня.
— Держите, — Рошфор извлек из поясницы сумки кожаный тубус и протянул его Жумедьяку.
Сын кардинала выудил из него карту и несколько минут изучал ее.
— Люк, — позвал он меня и когда я подошел к другу, он спросил. — Где остановились остальные выжившие?
— Здесь, — я ткнул на карту.
— Точка сбора, полагаю, находится тут? — Жозе указал на карту и Багровый палач кивнул. — Хм-м, — он еще несколько минут изучал карту. — Вы ведь в курсе про второй этап нашей миссии? — спросил он у Винсента.
— Да. Руины, — ответил Рошфор.
— Думаю, все что здесь происходило, как-то связано с ними, — задумчиво произнёс сын кардинала.
— Я не знаю подробностей, — Багровый палач пожал плечами. — Если вы посвятите меня в них, то думаю, я смогу вам помочь, — добавил Рошфор и покрасился на меня.
Жозе задумался.
— Хорошо, — наконец, решился он. — Я скажу о цели нашей миссии, — произнес он и посмотрел на Сервантеса.
Он уже хотел было заговорить, но Багровый палач его остановил.
— Жозе, вы уверены, что барону нужно слышать это? Это же миссия государственного уровня, а он даже на службе в армии не состоит, — добавил он, смерив меня недоверчивым взглядом.
— Я ему полностью доверяю, — не задумываясь, ответил сын кардинала.
Ответ Рошфору, явно, не понравился. Это было видно по его лицу, но и спорить с Жумельяком он, почему-то, не стал.
— Дело ваше, —
