придумывать Косум: — а я такая беспомощная и …
— Нажрались вы как кабаны — говорит Юрико: — после суда и приговора — нажрались с Бьянкой вместе. Обнимались и песни про тунца горланили.
— Это я помню — киваю я. В море в море за тунцом…
— А потом подрались. Хорошо так подрались. Вон… ты голову-то поверни к нам… — Юрико поднимает бровь и смотрит на Косум. Косум вздыхает и поворачивает голову ко мне анфас. Половина лица ее представляет собой один большой синяк.
— Это я сделал?!
— А кто же еще? — ворчит Косум: — нечестный трюк. Кто тебя вообще драться учил? Зато я тебе с локтя…
— Погоди-ка… — я сжимаю голову: — постой…
— … откуда Дети Истины знали, что у тебя тут зарин есть? Наши не все знали, только я и Рыжик. Но самое главное — что зарина в цистерне не оказалось… — говорю я, глядя на Бьянку. Она отводит глаза.
— Откуда ты знаешь, что зарина там не оказалось? — спрашивает меня Юрико, она сегодня у нас адвокат дьявола, самая подходящая для нее роль.
— Элементарно, Ватсон. Если бы он там оказался, то сейчас мы бы в подвале у секретной службы сидели всей толпой и с нами специалисты по допросам работали. Вдумчиво так. Потому что оружие массового поражения в цистерне посреди города — это угроза национальной безопасности. Так что ничего не нашли у нас в «Логове»… но вот Дети Истины были уверены что зарин у нас есть. Откуда? Просто так они бы не поверили и нипочем бы сюда штурмовые группы не направили, значит у них образец был. А кто может отправить им образец настоящего зарина… при условии, что нет его у нас? Только тот, кто может синтезировать небольшое количество… достаточное для образца. — парирую я.
— Да. Да! — говорит Бьянка: — это сделала я! Но только потому, что так было быстрей! И лучше! Одним камнем всех зайцев — и Куму убрали и тебя вместо него поставим и «Общество Высшей Истины» с доски снимем! Они все равно разрабатывали зарин, я только подтолкнула их в эту сторону, они теперь под прицелом Национальной Безопасности и полиции, им теперь не вздохнуть, а раз так — то выплывут все их делишки, год-два и не станет «Общества», а на его последователей охоту объявят. Разве ты не этого хотел? И потом — профсоюз… без помощи якудза у тебя никакого профсоюза не получилось бы, съел бы тебя Кума, а ты его в жизнь не убрал бы самостоятельно, потому что привязан ты к нему, а он — скотина. Вот как только мои люди к нему с этой распиской подошли — так он и поплыл! Сразу захотел тебя в долговое рабство забрать! Я тебе глаза открыла! Ты бы с ним дружил до конца дней и никогда бы против не пошел! — она переводит дыхание и мотает головой: — ты не понимаешь! Сколько я тебе говорила — давай его убьем, он же тебя подавляет! Кума — то, Кума — се, у Кумы связи, Кума мне разрешил «Общагу» открыть… да эта «Общага» на него и работает, он в любой момент мог Косум твою снять и выбросить! И она у него в долгах и Сомчай!
— Погоди-ка… так этот трюк с распиской — тоже твоих рук дело?
— Я бы не подписывала всякие глупости! — фыркает Бьянка: — финансовая грамотность! Как я бы стала миллионером? Просто сиськи показывая? Сколько в мире сисек голых и сколько из их обладательниц становятся богатыми? Единицы. Не в сиськах дело. Головой думать надо. Мне и деньги то нужны только для того, чтобы ресурсы имелись. Чтобы у тебя все в порядке было.
— Как-то вот твои усилия мне кажутся … неконструктивными. Если ты правда хочешь мне и всем присутствующим добра — говорю я: — ты еще и расписку подделала. А я за тебя беспокоился. Мы тут все встали чтобы тебя от долгового рабства у Кумы спасти, а ты нас обманула.
— Обманула? Да, но во благо! Какой результат? Все живы-здоровы…
— Кхм! — громко кашляет Косум и Бьянка на секунду сбивается, смотрит на нее, потом морщится.
— Из значимых для нас людей — все живы и здоровы — поправляется она: — ты — бессмертен и с тобой ничего и не могло случится.
— Меня беспокоит как в ней уживается с одной стороны невероятный ум, граничащий с гениальностью и с другой — вера в то, что ты бессмертен — серьезно говорит Юрико: — вот, видите — моя подзащитная сумасшедшая. Значит не отдавала отчета своим действиям, значит и судить ее нельзя. Понять и простить. И привязать к батарее на всю оставшуюся жизнь. А еду на вилах подавать и мыть из шланга, чтобы не приближаться.
— Да вы не понимаете! — закатывает глаза Бьянка: — а сколько денег и средств я израсходовала чтобы сплетню пустить что Кента — внебрачный ребенок Кумы! Они даже не похожи внешне! А теперь у нас есть человек внутри семьи, этот, вакагасира который. Он и выведет Кенту на трон, думая, что делает это во имя своих интересов. У меня даже если ДНК-тест, подтверждающий родство… и генетический материал на всякий случай. Как только выборы состоятся — ты сможешь реализовать свои амбиции! А там — другие регионы! И все очень просто — так же организовываем бойню, а еще лучше — собираем другие семьи якудза в одном месте и травим всех зарином! Все подумают на «Общество Высшей Истины», теперь любое происшествие с зарином на них спишут, начнут с еще больше силой давить и расследовать… а мы захватим Киото, Осаку, Нагато, Кагосиму! Все будет твоим! С одной стороны — профсоюзы… с другой — якудза! Сам ты сейчас в Академии учишься, сможешь подчинить своему влиянию всех деток богатых и влиятельных! Десять лет, нет, даже пять — и вся Япония будет у твоих ног! Ты же можешь! Я видела какой ты безжалостный и жестокий, ты мой puddin’! — у Бьянки горят глаза и на щеках пылает румянец — неровными пятнами.
— Это … подтверждает мою позицию — говорит Юрико: — она — долбанутая. А значит — неподсудна.
— Но, но, но — встревает Косум: — ума чтобы синтезировать зарин и сходить в туалет самостоятельно у нее достаточно, организовать сплетню про родство Кумы и Кента — тоже хватает, значит, а как отвечать за свои поступки — так сразу тупенькая? Не пойдет.
— Хм. — Юрико наклоняет голову и прищуривается: — тогда как
