Читаем без скачивания Последний ведьмак - Сергей Игоничев

Тем временем старик, нагрев жидкость в колбе до одному ему известного состояния, снял ее с огня, пододвинул к себе большую деревянную шкатулку и стал доставать из нее бумажные пакетики. В пакетиках находились порошки, которые, отмерив необходимую дозу при помощи аптекарских весов, старик аккуратно ссыпал в колбу с горячим раствором. Закончив эту процедуру, он достал из настенного шкафа свернутый в рулон лист ватмана. Расстелив его на столе, старик поставил колбу с раствором на лист, а сам извлек из того же шкафа три большие черные свечи.

«Ага, вот и начинается черная магия»,- пронеслось в Володиной голове. Как любой нормальный человек, он был далек от всей подобной чертовщины, но память предков, перешедшая вместе с ведьмачьим даром, подсказывала ему, что происходящее сейчас в комнате действо явление в его новой жизни вполне обычное, будничное, никакого отношения к черту не имеющее. Посему никакого страха он не испытывал, напротив, даже подошел поближе, чтоб не пропустить чего интересного.

Старик, не обращая на «господина» никакого внимания, начал расставлять свечи. Володя заметил, что лист ватмана был разрисован непонятными значками и фигурками. Колба с колдовским варевом находилась в центре пятиконечной звезды, которая была заключена в круг, по внешней стороне которого располагались различные значки и фигурки фантастических существ. То, что увиденный им рисунок — пентаграмма, Володя понял сразу, так как она попадалась ему не раз во время его ночных путешествий. Вживую увидеть ее использование ведьмаку довелось впервые.

Сначала ничего необычного и интересного не происходило. Старик поставил свечи на ватмане таким образом, что они образовали равнобедренный треугольник, в центре которого находилась пентаграмма. Непрерывно бормоча заклинания на незнакомом Владимиру языке, старик при помощи обычных спичек зажег свечи. В этот момент смесь в колбе начала менять цвет. Цвета сменялись мгновенно, подчиняясь тем заклинаниям, которые произносил старый колдун. Продолжалось это мерцание минут пять, после чего жидкость в колбе стала устойчивого ярко-красного цвета. Старик извлек из кармана брюк маленький ножик с сильно изогнутым лезвием, режущая кромка которого находилась на внутренней стороне загиба. Владимир знал, что это жертвенный нож чернокнижников, предназначенный для принесения демонам ночи кровавых жертв.

Быстрым, уверенным движением, словно делает он это не со своим собственным телом, старик полоснул ножом по левому запястью. Из глубокого пореза тотчас полилась кровь. Чародей очень быстро забормотал заклинания и стал капать кровью на каждую нарисованную фигурку фантастических существ. Затем, опять-таки используя собственную кровь, он затушил черные свечи. В тот миг. когда последняя свеча погасла, жидкость в колбе заиграла всеми цветами радуги, переливаясь, играя оттенками и полутонами.

Закончив свои колдовские дела, старик по-простому, рукавом рубашки, вытер с лица обильно выступивший пот. Только сейчас Владимир заметил, как сильно тот вымотался. На старом чернокнижнике лица не было, ноги его не слушались, грозя подогнуться в любой момент. Не дожидаясь, когда он рухнет на пол, ведьмак расторопно подставил стул, усаживая на него старика.

— Спасибо, господин,- пробормотал дедок слабым голосом,- не стоило беспокоиться, со мной всегда так. Общение с демонами отнимает столько сил…

Заслышав о демонах, Владимир невольно напрягся: кто его знает, что сейчас на его глазах изготовил хитрый старикашка? То, что сидящий перед ним дед далеко не так прост, как хочет казаться, Володя понял сразу. Однако никаких признаков непокорности он не проявлял, значит, не был связан нерушимыми обязательствами с потусторонними созданиями, которых в народе именуют чертями и бесами. Старый колдун, словно читая с лица, как с открытого листа, и понимая то двойственное положение, в котором оказался молодой ведьмак, вяло улыбнулся и поспешил его успокоить:

— Господин напрасно волнуется — ничего злого я не сделал. Сейчас вы наблюдали, как изготавливается заживляющий эликсир, или, иначе, «мертвая вода». Смотрите… — Он взял в руку обыкновенную пипетку, набрал из колбы чуть-чуть переливающейся жидкости, капнул на продолжающую кровоточить рану. На глазах Владимира края раны сошлись, и не прошло минуты, как на месте пореза не осталось даже малейшего шрама.- Содержимого этой колбы хватит, чтобы излечить целую дивизию ведьмаков.

Действительно, состояние старика после использования эликсира заметно улучшилось — лицо порозовело, голос обрел былую силу, в его движениях появилась легкость, завидная для его преклонного возраста. Дед поднялся на ноги, встал перед Владимиром, немного склонив свою седую как лунь голову.

— Мы не представлены. Меня зовут Макар Кузьмич, фамилия моя Свешников. Кто вы и как вас зовут, я знаю. Но позвольте сразу внести ясность в наши отношения.- Старик говорил, не поднимая головы.- Возможно, вам еще неизвестны некоторые тонкости общения, существующие между колдовским миром и ведьмаками. Любой, кто занимается магией, почувствовав рядом ведьмака, обязан ему подчиниться — это закон, нарушение которого равносильно объявлению войны. Те. кто склонил перед вами голову, должны выполнять вашу волю беспрекословно. Поэтому я жду, какие будут указания. Если вам будет угодно, я немедленно покину этот дом, если вы разрешите мне остаться, я останусь. Но в любом случае мы никогда не будем равными, вы всегда будете для меня господином, и пусть вас не смущает разница в возрасте, можете обращаться ко мне как пожелаете. Со своей стороны я всегда буду называть вас господином. Так было и при старом ведьмаке, вашем предшественнике, так было всегда.

Колдун замолчал, склонив вперед голову, всем своим видом демонстрируя покорность воле господина. До Володи не сразу дошел смысл услышанного. Привыкнув к более простому обращению, он никогда не представлял себя хозяином живых людей, и теперь ему понадобилось некоторое время, чтобы понять — старик просит у него разрешения остаться. Заявившись в этот дом полчаса назад, он стал его полноправным хозяином, в чем только что убедился. Человек, проживший здесь не один год, смиренно просил у него разрешения остаться на прежнем месте. Взбреди ему в голову отказать, дедок без слов немедленно покинет свою обжитую каморку.

Осознание своих новых прав вызвало в душе скромного таксиста целую бурю эмоций. Володя был ошеломлен всей крутостью открывающихся перед ним перспектив. Он и представить себе не мог, что одним своим присутствием будет вызывать трепет у тех, кто с легкостью управляет потусторонними силами. Всего две недели назад такое не могло ему даже присниться. Жизнь делала резкий разворот в приятную сторону, но холодный, трезвый разум ведьмака быстро остудил рвущиеся наружу чувства. Он ненавязчиво напомнил, чем вызвано такое преклонение и как за это придется платить. Поэтому, сохраняя спокойствие, Володя милостиво разрешил старичку оставаться в своем ведьмачьем доме.

Получив от нового хозяина вид на жительство, Кузьмич, как его начал называть Владимир, заметно повеселел, засуетился, ставя на плиту чайник, накрывая скромный стол. Перед Владимиром появилась огромных размеров фарфоровая чашка, розетка с малиновым вареньем, сахарница. Достав устрашающих размеров заварной чайник, Кузьмич заварил чай, пытаясь занять визитера ненавязчивым разговором. Внезапно он прервался на полуслове и внимательно взглянул Володе в глаза. С минуту колдун всматривался вглубь змеиных ведьмачьих зрачков, пытаясь что-то там разглядеть. Затем осторожно тронул Володю за травмированное плечо:

— Больно?

Володе было больно. За прошедшие сутки плечо не только не успокоилось, но еще начало болезненно «тюкать» при любом неосторожном движении. Как ведьмак, Владимир обладал почти таким же, как и у Кузьмича, даром определять любую болезнь и даже в некоторых случаях ее вылечить, но это относилось только к посторонним. Себя же он врачевать без лечебных зелий попросту не мог. Как, впрочем, хирург, будь он хоть трижды гениален, никогда не сделает сам себе сложную полостную операцию, хотя будет прекрасно знать, что и как нужно резать.

Тем временем колдун, действуя очень осторожно, помог Владимиру снять куртку, расстегнул ему рубашку до пояса, обнажив больное место.

— Вы знаете, что у вас сломана ключица?

— Догадываюсь, но, пока не попал в дом, ничего не могу поделать. Как я понимаю, все зелья там?

Колдун утвердительно кивнул:

— Насколько я был в курсе дел старого ведьмака, он всегда держал изрядный запас снадобий. В свое время я ему их много наготовил. У меня, кстати, тоже кое-что осталось. Сейчас принесу.

Дед вышел в соседнюю комнату и вернулся, неся в руках несколько склянок с разноцветным содержимым. Выбрав одну, он снял с нее крышечку, и в ноздри сразу ударил сильный запах обезболивающего бальзама. Набрав на пальцы немного маслянистой, густой, как мед, жидкости, он аккуратными круговыми движениями начал втирать ее в место перелома. Действие бальзама было практически мгновенным: исчезла ноющая боль, ее место заняла приятная прохлада. Втерев бальзам, старик набрал из другой склянки мази для снятия воспаления. Так же медленно и аккуратно он втер ее в плечо ведьмака, стараясь не повредить больное место. После мази настала очередь заживляющего эликсира. Налив из бутылочки чайную ложку пряной жидкости, он молча подал ее ведьмаку. Владимир, не раз пользовавшийся в своих снах этим эликсиром, внутренне содрогнулся, прекрасно представляя, что он сейчас почувствует.