это место пришло негодование и злость. — Как будто его "больная голова" могла оправдать сорванные сделки!
— Не говоря уже о его запоях и бесконечных ночных тусовках. А у него вдобавок жена беременна! — поддержала вторая.
— Галеристы доверяют ему не просто так, — я подтолкнула девушек к продолжению.
— Потому что они не знают того, о чем знаем мы, — хором заявили они, прицокнув в довершение.
Занятно. И как же слава, обычно бегущая впереди планеты всей, еще не обогнала Дайнеши?
— Про подделку мы сами узнали только сегодня от миссис Тернер, — вздохнула светловолосая, растеряв былой пыл. — Мы очень дорожим галереей, она… как второй дом!
— Иногда даже первый, — подхватила другая.
Я кивнула с улыбкой и пожелала хорошего вечера.
Странно, я им верю. Оснований, безусловно, нет, но внутреннее чутье подсказывает, что девушки точно непричастны к произошедшему.
— Что думаешь? — поинтересовалась у помощника и достала из бара бутылочку холодного чая.
Редбронт тоже вытянул одну. В ней плавали дольки лайма, лимона и апельсина.
— Нам не хватает важных деталей. Когда был заключен договор о сделке и кто продавец? Кто знал, когда произойдет передача картины, и была ли она изначально подлинная?
— Где две другие картины, и какая из них настоящая, — я добавила еще один важный вопрос.
— На некоторые нам сможет ответить Филлия, а с двумя последними придется разбираться самим, — Редбронт помолчал, смакуя напиток. — Ты ловко разговорила девушек у галереи.
Я довольно улыбнулась.
— Трюк из любимого сериала. Люди гораздо охотнее возражают, чем соглашаются. Всегда мечтала испытать в деле.
Помощник хмыкнул с весьма довольным выражением.
— Может из твоей авантюры получится что-то стоящее.
Возможно. Начало мне нравится, а дальше увидим.
— Ты не забыла, что у тебя ровно сутки на решение задачи Отбора? — строго напомнил Редбронт на пороге дома. — Завтра вечером пройдет первый бал.
Застонала, ничуть не стесняясь показывать эмоции, — настоящее желание, вернее, нежелание возиться с заданием. Оно глупое и бессмысленное, чтобы тратить на него драгоценные часы. Но, как бы я не оттягивала, с ним придется справиться. Или не справиться, но хоть попытаться.
— У нас ведь еще есть время, — передернула плечами.
Мысль об Отборе доставляет почти физический дискомфорт. Вдобавок безделушка на шее, как оковы. Ошейник! Снимать нельзя, а то накажут.
В обычно мягких глазах Редбронта отразилось недовольство.
— Диана, ты мне глубоко симпатична, однако если внешнее начнет мешать проходить Отбор, я буду вынужден наложить запрет на любую деятельность, с ним не связанную, — в его голосе впервые проявилась строгость.
От мысли, что у меня не останется ничего кроме "холостяка", на который я по глупости подписалась, стало дурно. К горлу подступила тошнота, пальцы закололо.
Помощник не шутит. Да, он добр ко мне и явно на многое закрыл глаза, только предупреждает — не стоит наглеть.
— Хорошо, Редбронт. Я тебя услышала.
Лицо мужчины заметно потеплело, а я продолжила настороженно коситься.
Холодок пробежал по спине, оставил свой след и не спешил растворяться. Дурацкий Отбор здесь, очевидно, имеет большое значение. И все из-за чего? Из-за мифической Богини, которая захотела поиграть в Купидона? Устроить свое шоу "Давай поженимся"? Не хватает свахи, астролога и ведущей.
Хотя… За ведущую сойдет Монтрер, за астролога — Редбронт, а за сваху — Каувер. Она же собирала наивных дурочек для Хэнтсворта. Знать хотя бы как он выглядит, чтобы не так обидно было заниматься отборной чепухой.
Филлия ступила за порог с отпечатком усталости на благородном лице. Она кинула сумку на софу, не менее грациозно сбросила туфли, влезла в тапочки с синим пушком, и переместила очки с носа на макушку.
— Как я устала, мои дорогие.
Не хотелось тревожить ее расспросами, но когда потом? Или все же оставить в покое до завтра? Или не ждать? Или…
Пока мысленно металась, с языка слетело:
— Тетушка Филли, нам бы поговорить, — я виновато улыбнулась под пронзительным взглядом.
Отныне она мой кумир. Филлия без вдохов и упреков расправила плечи и предложила перенести разговор из прихожей в столовую. Вечерний чай никто не отменял.
— Закончим поскорее. Завтрашний день обещает быть сложным.
И с этим не поспорить. Каждый хлебнет свое.
В столовой кое-что изменилось: в ее зеленой части на маленьком столике появились те самые бутылки, которые я методично таскала из кареты Хэнтсворта.
Правильно, не пропадать же добру.
Мафа быстро организовала поздний чай и сопроводила его свежим, еще теплым, печеньем.
— Вы хотели поговорить о нашем инциденте? — Филлия сразу перешла к делу.
Я отодвинула чашку с горячим чаем подальше от края и кивнула.
Первым вступил Редбронт:
— С кем и когда вы заключили сделку?
— Девятого августа, ровно четыре месяца назад, — Филлия ответила без раздумий. — По Гильеро переговоры были долгими, мы никак не могли сойтись в цене. Старый коллекционер, один из немногих настоящих ценителей. Гарднер сам не вступал в переговоры, от его лица общался Скрегель, его помощник.
— Где их найти? Гарднера, Скрегеля? — я жадно всматривалась в лицо Филлии, будто она вот-вот развеется дымом.
— Насколько мне известно, завтра Гарднер прибудет в Эльсинор. Скрегель, наверняка, вместе с ним, — она закусила дужку очков, ожидая следующий вопрос.
— Кто помимо вас, Гарднера и Скрегеля знал, когда произойдет передача картины? — я подалась вперед, напрочь позабыв о чае.
— Дайнеши, два моих сопровождающих и охрана.
— А кто устанавливал подлинность помимо Дайнеши? Вы упоминали, что свое экспертное мнение выдают несколько искусствоведов, — Редбронт тоже чуть наклонился.
Его явно захватил процесс. Ему нравилось происходящее: допытываться, выяснять, переплетать ниточки.
— Перед заключением сделки полотно проверял Форестер ван Блю.
У нас есть имена и некоторые факты. Достаточно для начала, чтобы сдвинуться с мертвой точки.
— Вам следует узнать, куда и сколько раз уходил Дайнеши из Эльсинора, — Филлия вышла из-за стола, придвинула за собой стул. — Воспользуйтесь помощью Дарка.
К…кого? Того самого?!
— В Эльсиноре больше никого нельзя об этом спросить? — моментально сорвалось с языка.
— Спросить можешь любого, ответ доступен только ему.
Захлопнула рот, больно стиснув зубы. Смотрительница не обратила на это внимания. На выходе обернулась с вопросом:
— Как обстоят дела с загадкой? Нашли решение?
— Зависит от того, с какой стороны посмотреть, — обронила, занятая мысленным стиранием Дарка с лица Эльсинора.
— Расскажете завтра. Искристой ночи!
