21 ноября.
Утром, попив чаю, пошел в церковь, возвратись оттуда пообедал, а потом меня назначили для присутствия на полковом суде. Судили 4-х стрелков. Обвинялись они в самовольной отлучке кто на 15, кто на 20 дней. Всех их осудили на 2 месяца одиночной военной тюрьмы с приведением приговора к исполнению по окончании войны, при чем председатель об'явил, что если они в будущих боях окажутся молодцами, командир полка может простить их своей властью.
Вечером ходили ко всенощной.
22 ноября.
Утром было собрались в церковь, но пришли и сказали, что будет смотр и мы остались. Смотрел подпрапорщик, и смотрел только консервы и сухарные мешки. Погода с утра туманная, а потому занятий не было. День совершенно весенний и мы после обеда вышли и долго сидели на завалинке.
23 ноября.
В 8 часов утра повели на поле. Итти было страшно грязно, к сапогам липло необычайно, я сильно утомился, голова закружилась. Я думал, что вот-вот упаду, но отставать не хотелось. Придя на место, откуда начинался маневр, я отправился и отдохнул. Потом начали наступать. Наш взвод шел в заставе. Итти было очень трудно, и мы пока дошли до опушки, сделались мокрехоньки от пота. После обеда было словесное занятие, а потом гимнастика. У нас со вчерашнего дня два взводных на взводе.
24 ноября.
Сегодня день Св. Великомученицы Екатерины – день ангела моей дочурки – Кати. Разбудили нас в 4 часа, попили чаю, в 7 часов пошли на стрельбу. Погода очень неблагоприятная; дождь и ветер, а дорога трудная. Я не стрелял. Со стрельбы пришли в 1 час, а в 3 пошли на словесное занятие.
25 ноября.
Утром попили чаю, а затем пришел дежурный и сказал, чтобы я шел к 8 часам в канцелярию полка за получением креста. Из нашей роты пошли трое.
Придя к канцелярии мы увидали, что все стоят с подсумками и ружьями, а мы пришли без всего. Пришлось бежать на квартиру. Придя опять на площадь, я стал с людьми своей роты. Полковой ад'ютант уже проверял людей, но когда подошел ко мне и увидел, что у меня есть уже крест 4 степени, сказал, чтобы я шел на левый фланг. [187] Я ушел и стоял там до тех пор, пока командир роздал все ордена, но ко мне не подошел, потому что ад'ютант, увидя меня, сказал, что мне здесь делать нечего и я отошел к тем, которые собрались итти на репетицию. Вскоре все пришли сюда, получившие кресты, и наши Ильин и Козловский сказали, что командир полка сказал ад'ютанту, чтобы мне заменили крестом 3. степени. Не знаю, заменят ли{58}? Почему-то мне уж очень не везет с крестами. Иные просто шутя получают и ни за что, а мне если и запишут, так наканителишься. Еще в прошлом году за бои в Августовских лесах был записан крест, но благодетель-подпрапорщик переписал на другого. И вот теперь я был представлен за Болеховский бой, а возвратясь из госпиталя, ни от кого я не слыхал, что предоставлен, и потому за бой 17 августа получил крест 4 степени. А теперь и за Болеховский бой получил тот же 4 степени, и так как два креста одной и той же степени носить не полагается, то мне и не выдали. Нас в полку собралось георгиевских кавалеров 250 человек. Часов в 9 нас с подсумками повели в город. Около губернаторского дома вдоль дороги нас выстроили, потом приехал командир бригады и повели на крепостной плац, где мы и проделали репетицию: прошли раз церемональным маршем, два раза брали на караул и один раз – на молитву, а затем пошли по квартирам. Устали порядком и думали после обеда отдохнем, но не успели пообедать, как прибежал дежурный и сказал, чтобы шли на занятие. Заниматься ходили в поле, где расставляли посты. С учения возвратились около 6 часов и страшно устали.
26 ноября.
Вчера сказали, что занятия не будет и потому мы и спали до 7 часов. Вчера еще вечером после поверки мне сказали, что мне есть денежный перевод на 5 рублей, потому я сегодня пошел к подпрапорщику, но уже собирались георгиевские кавалеры и выдавать деньги было некогда. Опять собирались на той же площади часов в 8, опять пошли в город и опять же и в том же порядке все проделали, что и вчера. Парад принимал начальник дивизии. На площадь приходил крестный ход во главе с епископом Прокопием Елизаветградским. Мне очень нравится, когда играет музыка «Коль Славен наш Господь». По окончании парада прокричали «ура» государю и государыням и пр., а потом пошли по квартирам. [188] После обеда повели людей всей роты в кинематограф. Я не пошел. Получил 5 рублей денег от брата Ивана. В отрезном купоне он пишет, что вместе с деньгьми послал письмо, но я письма не получал. Нам – георгиевским кавалерам – выдали гостинцы: колбасы, булку и шеколад, по два яблока и по батистовому платку. Занятия не было. Перед обедом позвали к канцелярии роты и там сказали, что по 30 человек из роты пойдут в театр и прежде всего георгиевские кавалеры{59}. Пошли в городской театр с музыкой. В театре разместились очень хорошо. Представлена была переводная французская комедия «Сан-Жен». Артисты играли хорошо. Придя на квартиру, попили чаю, а затем поужинали.
28 ноября.
С утра сказали, что сегодня будет молебен. Нас собрали и повели на какую-то дровяную площадь, но повели совсем не туда. Нужно было итти в город, а нас повели, наоборот, из города. Поэтому, когда нас привели в городской собор, то уже оказалось, что в собор войти нельзя – нет места. Служил молебен епископ Прокопий. После молебна отправили по квартирам. Затем после обеда были на словесном занятии. Вечером сказали, что завтра в 7 часов уходим, а куда отправят, неизвестно. Вечером собрали и сложили все свои пожитки. Встали в 4 часа, хозяйка принесла чай и мы попили и закусили. В 6 часов вышли строиться, а в 7 пошли на станцию через город. Часов в 9 пошел поезд. Как-то привыкли к жителям и не хотелось уезжать. Окружающая железное полотно местность была совершенно ровная, насколько хватал глаз. Часа в три дали обед на станции Бобринская.
30 ноября.
Проснулись часов в 8, поели и попили чаю Часов в 12 выдали обед. Все время не знали, куда едем. На станции Знаменка отстал взводный Белецкий.
1 декабря.
Проснулись на станции Фастов, попили чаю и поели, потом проехали станцию Бердичев. Здесь уже стало гораздо холоднее и все стало подороже. Вечером прибыли на станцию Шепетовка, с которой поехали обратно{60}. С обеда дежурил, а потому ночь почти не пришлось совсем спать. На станции простояли почти всю ночь. С рассветом тронулись дальше, но ехали очень тихо. На станцию Староконстантинов приехали в 10 часов, а в 11 выдали обед. Вчера на станции Никитовка опустил письмо брату Ивану Андреевичу. С обеда сменился с дежурства и немного уснул. День солнечный и на полях немного лежит снег. Со станции Константиновка ехали очень медленно. [189]
3 декабря.
Перед вечером приехали на станцию Ермолинцы и пошли по шоссе, отошли верст 6 и остановились в деревне. Квартир не оказалось, и нашему взводу пришлось долго искать помещения и, наконец, разместились в холодной хате с разбитыми окнами и все-таки все не могли вместиться и мы вдвоем пошли на конюшню и там переночевали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
