Порой забываю, насколько он крупнее меня.
— Не сегодня. Я едва держу себя в руках.
— Я испытываю твой контроль? — Это нелепо. Беззащитная, я испытываю контроль Леона?
— Да, с того момента, как увидел тебя. — Он полностью опускается на меня. Его член касается моей киски. — И теперь ты подо мной. — Головка его члена проскальзывает между моими складками, прежде чем он начинает входить в меня.
Я задыхаюсь, хватая его за плечи, мои ногти впиваются в него, когда чувствую небольшую боль. Леон замирает, все его тело напрягается.
— Не останавливайся, — шепчу ему в губы. — Я отдалась тебе. Ты не хочешь меня взять? — Мои слова действуют так, как я и думала. Леон полностью входит в меня.
Тихий вскрик вырывается из меня, когда я растягиваюсь, чтобы соответствовать ему. Смесь боли и давления наполняет целиком. Часть меня хочет сказать ему замереть, в то время как другая хочет потребовать, чтобы он продолжил.
— Зои. Малышка. Открой глаза. Ты знаешь, что мне нужно видеть их. — Они открываются для него. В ту секунду, когда смотрю на него, боль начинает утихать, и есть только он. — Вот ты где. Мне не нравится, когда ты пытаешься спрятаться от меня.
— Я бы никогда не оставила тебя, Леон. Не по своей воле, — признаю я.
— Обещаешь?
— Да. — Он завладевает моими губами в поцелуе. Я обхватываю его руками, прижимая к себе. — Продолжай. — В ту секунду, когда это слово слетает с моих губ, напряжение покидает его тело. Он вырывается и вколачивается обратно.
Из меня вырывается еще один вздох. Этот наполнен одним удовольствием. Он глубже, чем были его пальцы внутри меня. Ощущения другие.
— Так чертовски хороша. Слишком хороша, — выдавливает он сквозь зубы. — Я долго не протяну. — Я смотрю на него снизу вверх, наблюдая, как он пытается удержать свой контроль, но теряет его. Я поражаюсь тому факту, что именно я делаю это с ним.
Я приподнимаю бедра, встречая его толчки.
— Малышка, — рычит он.
— Не останавливайся, — стону я. Внутри меня нарастает еще один оргазм. Этот сильнее всех остальных.
— Ни за что не остановлюсь — говорит он, прежде чем начать толкаться сильнее. Его рука скользит между нами, пальцы касаются моего клитора. Это слишком. Я кончаю. Мое тело сжимается вокруг него. Леон стонет мое имя, его тело дергается надо мной за мгновение до того, как я чувствую, как его теплое освобождение разливается внутри меня. Он зарывается лицом в мою шею и еще раз сильно толкается, словно пытаясь проникнуть глубже.
— Леон, — шепчу ему на ухо. Мои руки ложатся ему на спину.
— Да, малышка? — говорит он, уткнувшись мне в шею.
— Ты, эм… — я облизываю губы. Почему я стесняюсь? Мужчина внутри меня. — Ты кончил в меня.
— Да. — Он не волнуется. Возможно, он думает, будто я принимаю таблетки. Многие девушки просто делают уколы или что-то в этом роде. Наверное, нам следовало обсудить это заранее.
— Я не пью никакие противозачаточные.
— Я и не думал об этом. — Он утыкается носом в мою шею, его член дергается. Я издаю тихий стон.
— Ты все еще твердый, — замечаю я. Все его тело сотрясается от смеха. Он поднимает голову.
— Я снова хочу тебя, но нам не стоит этого делать снова. — Он начинает выходить, но я обхватываю его ногами, чтобы остановить.
— Я жадина, забыл?
— Нет, ты моя, — заявляет он, прежде чем дать нам обоим то, чего мы хотим. Он берет меня снова и снова.
Глава 15
Леон
— Я бы предпочел, чтобы ты осталась дома. — Я вздыхаю, пока Зои возится со своим ремнем безопасности. Протянув руку, провожу им спереди и между грудей, чтобы он ее не беспокоил.
— Спасибо.
Я беру ее за руку.
— Это может быть опасно.
— Не тогда, когда ты рядом. — Она сжимает мои пальцы.
— Тебе больно? — Я лишил ее девственности и ношу это как знак гордости в своем сердце. После этого я овладевал ею снова и снова, изматывая до тех пор, пока она, наконец, не заснула, прижавшись ко мне под боком. Я хочу, чтобы она была такой всегда. Но когда попытался уйти этим утром, Бентли решил издать самое громкое и сердитое мяуканье, какое только возможно, со своего поста в коридоре возле моей спальни. Маленький засранец.
Ее щеки пылают румянцем.
— Я, эм… все хорошо.
— Значит, ты готова к большему? — Я хочу притянуть ее к себе на колени, но довольствуюсь тем, что прижимаюсь губами к ее шее и посасываю ее сладкую кожу зубами.
— Да, но…
— Но? — Я отстраняюсь и смотрю ей в глаза.
Она смотрит в окно на потрепанную палатку с большим куполом, когда мы притормаживаем и въезжаем на огромную пустую парковку.
— Я переживаю за Ксанни. Имею в виду, что, если шкафчик действительно здесь, и мы залезем в него, но узнаем, что с ней случилось что-то плохое? Не уверена, смогу ли с этим справиться.
Я прижимаюсь своим лбом к ее.
— Мы разберемся с этим вместе, хорошо?
Она делает глубокий, успокаивающий вдох.
— Вместе?
— Всегда. — Я касаюсь губами ее губ, когда подъезжаем к остановке.
Ленни выходит из машины. Через пару мгновений он открывает мне дверь.
— Все чисто, за исключением нескольких сломанных колотушек вон там сзади. Вероятно, это место заброшено уже долгое время. — Он заправляет пиджак за кобуру, обеспечивая себе быстрый доступ к оружию, если оно вдруг понадобится.
Я выхожу и помогаю Зои подняться на ноги, затем тоже высвобождаю кобуру. Ее взгляд падает на пистолет у меня на боку.
— На всякий случай, — успокаиваю ее.
— Думаешь, он может быть здесь? — Она нервно оглядывается.
— Наверное, тебе стоит остаться в машине. Ради твоей безопасности…
— Нет. — Она прижимается ко мне. — Если Ксанни что-то оставила здесь, мне нужно посмотреть на это. Она бы не испугалась, так что и я не стану.
— Малышка, ты должна быть собой. И только. Не ею. Поняла? Тебя достаточно. — Я целую ее в макушку, но она упрямо стоит на своем.
— Я готова. — Она берет меня под руку.
— Ленни, будь начеку. — Я вздергиваю подбородок, и он уходит. Солнце низко над горизонтом и отбрасывает длинные тени у наших ног.
Ярмарка закрылась в прошлом году навсегда. Когда Зои и ее сестра туда пошли, они, вероятно, не понимали, что это будет в последний раз. Или, возможно, Ксанни поняла. В конце концов, она спрятала кое-что в шкафчике, чего здесь больше не было, если бы карнавал продолжился.
— Твоя сестра очень умна, не так ли? — Я размышляю вслух, ведя Зои через главный вход,
