– А тогда… – взахлеб продолжала Зойка. – Мне этот дед-англичанин и говорит… Он вообще-то не мне сказал, а всем… «Я, – говорит дед, – не потерплю, чтобы мой внук жил хуже приезжей девчонки!» Ну, это хуже меня, то есть. И, Ксень, представляешь, тут же говорит, что завтра же снимет со счета деньги нам с Генкой на квартиру, уйййй!
– Вот так прямо и сказал? – не поверила Ксения.
– Ну да, – счастливо таращилась Зойка. – Он, конечно, сначала потребовал всякие там документы на куплю-продажу моей… твоей квартиры. А свекровь моя, ты ж ее знаешь, она совсем не дурочка, тут же ему и отчеканила, что такие документы у нас никто дома не хранит, а хранят их в банковской ячейке. А ячейки эти все в Новый год не работают. Наш банк, дескать, будет отдыхать все каникулы!
– И дед поверил?
– Ксень, поверил! – блестела глазами Зойка. – Правда, не сразу. Сначала еще немножко поупрямился, дескать, а вдруг я эту квартиру и не купила вовсе, а только сняла. Но свекровка, ты ж ее знаешь…
– Ну да, она не дурочка…
– Так вот она тут же возмутилась, дескать, что это за дурость такая… нет, она не так сказала… Короче, что это очень невыгодно снимать квартиру, чтобы потом ее сдать какому-то детскому садику. А тогда дед и говорит, что мол, ему надо показать мою квартиру. Ну якобы, чтобы Генке квартиру не хуже купить. И тут моя свекровь, ты ж…
– Ну да, я знаю, она не дурочка!
– Так вот она так прямо обрадовалась, – Зойка шмыгнула носом и виновато посмотрела на Ксению. – Она прямо чуть не запрыгала… и говорит, что, дескать, можно не только посмотреть, но и отметить там праздник! Сама понимаешь, ей лишь бы у нее дома грязи было меньше.
– Вот уж точно…
– Не дурочка, я ж предупреждала.
– А твоя свекровка не знает, что это не твоя квартира, а все-таки моя? – засопела Ксения.
– Знает, конечно же. Но… Она посчитала, что ты для любимой подруги… для единственной беременной подруги уж сможешь сделать такой подарок – отдельную квартиру, – многозначительно взглянула Зойка на Ксению. – И ведь погулять-то надо всего ничего, до шести утра. А потом у них самолет!
– А как же деньги? – язвительно усмехнулась Ксения.
– Так деньги-то мы прямо сейчас поедем забирать. Сейчас чаю попьем, этой Екатерине Карловне все покажем, Гена поедет за стариком, а заодно и в банк, деньги со счета снять.
– Ага! То ты этому деду говоришь, что банки не работают, то деньги со счета снять, – не поверила Ксения.
Но Зойка даже обиделась.
– Ты вот, Ксюшенька, всегда такая тугодумая? Или только раз в году? – перекривилась она ехидно. – Наверное же, моя свекровка…
– Не дурочка.
– Сама знаю! Наверное же, она сказала, что мы в дежурный банк поедем!
– А такие есть?
– Откуда я знаю! – вспыхнула подруга. – Должны быть! Вдруг мне срочно миллионы потребуются, я у кого занимать-то побегу? И вообще… Все нормально там, дедок уже проникся. Ну как, Ксень? Ты ж не откажешь? Иначе же у нас совсем никакой перспективы. Куда мне потом с ребенком – опять, что ли, к свекровке? Ксюш, я тогда к тебе перееду, так и знай!
Ксения отвела взгляд. Действительно, если отказать, подлость будет высшей категории. Но и уходить сейчас, в ночь…
– Вот скажи, Зоя, а что – из вашей доблестной семьи никого желающих на эту аферу не нашлось?
Зойка возмущенно выпучила глаза:
– Ксень, ну ты чего? Он же, дед этот, миллионер хренов, он же всю родню как свои пять пальцев знает! К кому его поведешь-то? Да ладно бы у него еще склероз был, мы б его в свекровкину квартиру и привели по второму разу, но он же, наглец такой, все помнит! Да и чего ты паникуешь-то? Вот сейчас… – Зайка полезла в карман и достала смятую тысячу. – Вот тебе деньги, сними номер в гостинце, сходи в ресторан, в конце концов…
– На тысячу? – фыркнула Ксения.
– Ну, миленькая моя, – развела руками Зойка. – Я бы, например, и этому была рада! Я не приготовила тебе чемодан с деньгами, думала, уехала ты… Да, а чего ты не уехала-то? Ты ж к родителям хотела, билет взяла..
– Взяла… – вздохнула Ксения. – Да только пропал тот билет. Остромичев Стасю забрал уже часов в одиннадцать. А оставить ее было не с кем.
– Пил, что ли, сволочь?
– Да нет… в больницу попал. Потом сбежал оттуда и сразу забрал.
– А Лизочка чего?
– Зоенька, – снова протиснулась голова свекрови в кухню. – А нельзя ли нам хотя бы… чайку?
– Сейчас, мамаша! Вот сейчас чай и ставим! Она ставит, домработница, – рявкнула Зойка и снова повернулась к Ксении. – А где Елизавета-то была?
– Ушла от них Елизавета.
– Совсем? – вытаращила накрашенные глаза Зойка.
– Совсем. Так что…
– Понятно… – вздохнула Зойка и умоляюще сложила руки пирожком. – Ксюшенька, подыграй еще маленечко, а? Ну, как будто ты моя домработница и нам чай готовишь. А потом соберешься и уйдешь, ладно? Ну, такая квартира пропадает!
– Да ладно, что с тобой делать?! Подыграю, – окончательно пропало все настроение у Ксении.
– Что ж ты телишься, как необъезженная лошадь-то?! – тут же заорала Зойка во всю глотку. – Чай и тот она вскипятить не может! Мамаша! Последите за ней, а я пока в комнате приберу.
Зойка выскочила из кухни, а на ее место тут же пришла Зойкина свекровь. Следом за свекровью важно прошествовала чопорная старушка с плотно сжатыми губами.
– Ну что ж вы, милочка? – любезно покачала головой свекровь. – Чай вон уже вскипел, а вы нас и не зовете…
– Садитесь, – пожала плечами Ксения.
– Мы будем кушать пустой чай? – подняла бровь старушка.
– Да что вы, Екатерина Карловна, – всплеснула руками мать Геннадия. – Сейчас что-нибудь отыщем.
И она беззастенчиво полезла в холодильник.
В общем, не напрасно Ксения провела полдня в фартуке. Из холодильника тут же были изъяты бутерброды с красной рыбой, затем последовали салатики, конечно же, сыр, колбаса, мясная нарезка…
Старушка одобрительно покачала головой и потребовала отнести все это в «залу», как она выразилась. Принеслась Зойка, шумно стала таскать продукты в гостиную.
– Ксень, ты побудь немножко тут, а? – мимоходом зашептала она. – Поухаживаешь, будто ты домработница. Ну, совсем немного, полчасика, а я тебя потом милостиво отпущу, а?
Наглости подруги просто не было предела. Но Ксении ничего не оставалось делать, как глубоко вздохнуть и принять на грудь роль Зойкиной домработницы.
– Только учти, Зойка, – поймала она ее за штаны, когда они снова столкнулись в коридорчике. – Я буду очень строптивая домработница! И ленивая! А если ты на меня станешь орать!..
– А где у нас чистые полотенца? – будто бы не слышала ее Зойка. – Ксения, я тебя спрашиваю, куда ты полотенца задевала? Вот ничего нельзя поручить, все надо самой, все самой…
