Бенедикт. Птица Феникс
Уже давно Бенедикт не заходил в книжную лавку в старом городе. Он решил пройтись по узким переулкам старого города. Второй день шел мелкий дождь, улицы были мокрыми и пустыми. Бенедикт побродил по набережной и пошел к книжной лавке. Хозяин был рад его визиту, велел подогреть вина и повел гостя в дальнюю комнату – небольшой кабинет. Бенедикт удобно устроился, сняв промокший плащ, потягивая вино с согревающими пряностями. Старичок протянул ему небольшой сверток.
– Здесь была одна очень красивая дама… Да, ослепительно красивая, знаете ли, не удивлюсь, если какой-нибудь художник вымолил у нее разрешения написать портрет… – Бенедикт с любопытством смотрел в его хитро прищуренные глаза – Редкая красота, не смазливость с кудрями и пустыми глазами. Нет… Эх, мне бы лет тридцать долой… Так вот, она передала вам это. Сказала, что эту вещицу вы забыли где-то, а она нашла.
Бенедикт взял из рук старика сверток, перевязанный шелковым шнуром, но не стал его открывать.
– Как интересно… Спасибо! Да, припоминаю, я забыл одну вещь в дворцовой библиотеке. Вероятно, эта дама из свиты королевы. Как мило с ее стороны… – старичок улыбался понимающе, Бенедикт ответил на его улыбку.
Их беседа неторопливая и бесконечная текла, как струи дождя с крыши, но в груди Бенедикта стало тепло не только от вина. Ему казалось, что сверток излучает невидимую глазом, но ощутимую волну света. Капли дождя стали реже барабанить по крыше, и Бенедикт засобирался домой. Набросил на плечи почти просохший плащ, сверток положил за пазуху. Он шел домой и чувствовал, как на груди его пульсирует и трепещет тепло, словно это стучит сердце маленькой птицы.
Дома, переодевшись в сухое, сидя у стола он не торопился открывать подарок, словно не решаясь. Потом потянул за ленту, узел развязался. Несколько слоев бумаги, от которой на Бенедикта пахнул почти забытый аромат. Он замер и прикрыл глаза. Ему показалось, что Беатрис касается его щеки кончиками пальцев.
В свертке был кошелек. По черному бархату вились золотые и серебряные нити, сплетающиеся в узор. Бенедикт расправил ткань. Птица Феникс раскрыла крылья, словно летя к нему, та самая птица, что была на тетради, которую Бенедикт когда-то давно, словно в прошлой жизни, подарил Беатрис. Бенедикт прижал птицу к губам. Много дней этот узор создавали тонкие пальцы Беатрис. Бенедикт неожиданно ощутил острое, пронзающее сердце насквозь счастье.
Рудольф. Триумф
Рудольф вернулся из дворца в самом скверном расположении духа, спросил о супруге, слуги сообщили, что она уже три дня гостит у графини. И передали ему записку, в которой Беатрис от лица графини приглашала его в гости. Рудольф был раздосадован, ему хотелось поговорить с Беатрис, ему хотелось, чтобы она сидела рядом с вышиванием и слушала его отрывистую, полную разочарования речь. Он снова начал бродить по дому, по десятому кругу повторяя одни и те же мысли, не находя выхода. Кардинал переиграл его, это приходилось признать. Ноги сами принесли его в покои супруги. Здесь было теплее, камин топился даже в отсутствие госпожи, чтобы не позволить сырости пробраться в ее покои. Криса нигде не было, значит увезла кота с собой. Рудольфа не переставала удивлять эта странная привязанность.
Вздохнув, Рудольф велел закладывать лошадей, он не очень любил поездки к графине. Старая дама настораживала его, в глубине души он ее побаивался, хотя не смел себе в этом признаться.
После положенных по этикету приветствий, комплиментов и разговоров о дожде, когда молчание повисло в комнате, графиня, напустив в глаза томности предалась воспоминаниям.
– Недавно мы с Беатрис посетили мою кузину. Как она сильно сдала, а когда-то была первой красавицей…
– Не думаю, что она могла превосходить в этом вас – Рудольф был как всегда вежлив.
– Возможно – графиня строго взглянула на него, и Рудольф пожалел, что прервал ее.
– Она рассказала мне одну занимательную историю…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Графиня, когда хотела, была отличной рассказчицей, по мере ее повествования лицо Рудольфа, обычно бесстрастно-холодное, показало целый калейдоскоп эмоций. Беатрис, слушая пожилую даму, наблюдала за ним. Когда история был рассказана, Рудольф встал, подошел к графине, опустился перед ней на одно колено и поцеловал протянутую руку.
– Великолепная история!
– Да, – согласилась графиня – Полезная и поучительная…
Вечером Беатрис и Рудольф отправились домой. В карете они сидели в полной тишине. Крис свернулся на коленях хозяйки и изредка поглядывал на Рудольфа. Настроение его изменилось кардинально, он воспрял духом и подумывал, как использовать полученную информацию. Уже дома перед тем, как разойтись по своим покоям, Рудольф прикоснулся к руке Беатрис.
– Я хочу, чтобы вы знали, что я благодарен судьбе за то, что имею право называть вас своей женой. Вы посланы мне небом. – Он неловко поцеловал ее в висок, резко развернулся и вышел.
Беатрис. Опасные интриги
Рудольф одержал сокрушительную победу. В благодарность графине он преподнес бутыль столетнего вина. Беатрис обнаружила утром в своем кабинете колье изящной работы. После победы над противником Рудольф окунулся в дворцовые дела, Беатрис же вернулась в замок. Она полюбила это место и в городе скучала по долгим прогулкам в парке.
Ранее утро было прохладным и над озером за окном Беатрис поднимался предрассветный туман. Беатрис не спалось, безотчетное чувство тревоги подняло ее с постели намного раньше обычного. Она решила отправиться на прогулку и как раз спускалась по ступеням, чтобы пойти к озеру, как услышала конский топот. Всадник как влитой сидел в седле, она остановилась, дожидаясь его приближения.
– Рада видеть вас Ланц! – секретарь графини спрыгнул с коня и склонился в вежливом поклоне.
– Госпожа, у меня срочное послание для вас – он смотрел ей в глаза с тревогой.
– Письмо?
– Нет, на словах… Я вижу, вы собирались на прогулку, позвольте проводить вас?
– Конечно!
Конюх подхватил коня под уздцы и увел в конюшню. Ланц следовал за Беатрис. Когда они приблизились к кромке воды он остановился.
– Моя госпожа велела передать вам, что государство на грани дворцового переворота. Ваш супруг в эпицентре событий. Это становится опасным. Графиня рекомендует вам срочно уезжать как можно дальше от столицы и сжечь все письма, особенно это касается вашего супруга. Сама она уже в пути в свое дальнее имение на самой границе. Я должен передать сообщение вам.
– Вы поспешите за ней?
– Нет, у меня есть еще поручения. Собирайтесь в дорогу. Графиня приглашает вас последовать за ней.
– Я должна предупредить мужа.
– Это уже может быть опасно. В городе много солдат и черни… Времени мало!
– Значит, надо поспешить. Вам дадут свежую лошадь, я могу попросить вас сопроводить меня в город?
Беатрис собралась быстро. К седлу приторочили сумку для Криса, кот не любил ехать верхом, но смирялся, не желая разлучаться с хозяйкой. Лошадь всхрапнула, повернула морду к коту, но узнав охотника, часто навещающего конюшню, успокоилась. В город они проехали без особых проблем. По улицам сновали озабоченные люди, в воздухе висело напряжение.
Беатрис застала Рудольфа дома, он собирался во дворец, было назначено совещание государственного совета. После победы над кардиналом карьера графа достигла своего пика.
– Сударь, у меня плохие вести!
– Как вы здесь? Зачем?
– Вам грозит опасность!
– Откуда такие сведения, а, впрочем, я догадываюсь… Не переживайте, моя дорогая! Женщины всегда склонны преувеличивать проблемы. Кузен короля уже под стражей, преданные королю воины уже во дворце. Мне пора туда же… – Он подошел к ней, неожиданным быстрым движением схватил ее за руку, прикоснулся к ней сухими и горячими губами.
