— Моя сестра видела НЛО в позапрошлом году, — говорила женщина лет пятидесяти. — Сейчас ее нет, она здесь летом живет. В половине одиннадцатого вечера летом они стали выходить — видит, «тарелка» плывет. Низко-низко, чуть выше деревьев. Она говорит: «Смотрю — в «тарелке» сидят два человека, как в скафандрах… Плывет она как бы над деревней и повернула. Постепенно, меньше, меньше становится…»
Время между тем приближалось к девяти, и к нам явно стали относиться настороженно, две бабушки просто испугались. Ясно — по деревенским меркам, поздновато, это еще народ добрый, обычно же в деревнях с заходом солнца в дома стучаться бесполезно. Пришлось и нам идти укладываться. Вернувшись в клуб, обнаружили, что буханка хлеба, неосмотрительно оставленная без упаковки, переместилась на середину сцены и приобрела следы погрызов на краях. Осмотрев ее, пришли к выводу, что виноваты крысы, причем (учитывая вес буханки) орудовала целая их шайка…
Перед сном перелистали записи, прикинули статистику — не менее двух третей жителей села видели НЛО! Обычная же доля очевидцев среди россиян — пять — десять процентов взрослого населения. Итак, можно говорить о том, что аномальная зона здесь имеется!
Утром уже, так сказать, «очно» познакомились с главой местной администрации Татьяной Васильевной — приятной и эрудированной дамой, коренной местной жительницей, вепсом. После школы она уехала было в город — но сейчас вернулась. Причем по «идейным» соображениям: больно стало за земляков. И, кажется, в селе пользуется авторитетом.
Тайны природы и истории ее никогда равнодушной не оставляли, знала она все уже слышанные нами поверья и местные легенды, НЛО и сама видела, и, чувствуется, не пропускала мимо ушей деревенские рассказы о них. Особенно нас заинтересовал пересказ еще одного наблюдения «инопланетян»-гуманоидов:
— В соседней деревне это было, в августе. Мне дачники рассказывали; они вечером поздно собрались у дома, стоят — и вдруг сверху как пойдет свет, освещает половину деревни. Сначала не поняли, в чем дело, смотрят — у забора стоит как будто глиняная статуя. Решили, что кто-то шутит. Потом смотрят — три фигуры появились, у одной круг (на груди), узкие глаза, одеяния странные. Очевидец говорит: «Мы так напугались! У жены и другой женщины подкосились ноги — они ползут. Я думаю: я мужчина, должен их защищать. А страшно! Я в шоке отступаю, а сам «этим» дулю показываю!.. А в это время, когда мы отступали, ребята деревенские жгли костер и они видели, как деревню освещало».
Обычно даже в аномальных зонах наблюдения «НЛО» техногенного облика (то есть похожих на сделанные кем-то «машины», а не просто «огненных шаров», скорее всего, являющихся чисто природными феноменами) редки, а здесь было по крайней мере два наблюдения их «экипажей».
А вот в соседней деревне, буквально за три километра, мы снова не узнали ничего интересного, даже обычных быличек не записали. Вспомнили только, что говорили раньше о «водяниках», и живущий в селе неподалеку Александр Корнышев сам такого видел. Даже про НЛО никто не рассказал, хотя волостной центр с его дюжиной очевидцев — как на ладони. Вряд ли это объясняется тем, что там фантазируют больше или жители мелкой деревни более скрытны, скорее всего, атмосферные аномальные явления на самом деле происходят низко над землей и свет их не столь уж интенсивен… С подобным мы уже встречались, изучая другие аномальные зоны. Впрочем, проблема еще и в том, что в деревне мы явно оказались не ко двору — большинство местных тетушек-бабушек праздновали день рождения односельчанки…
Кстати, а как с вепсским национальным колоритом? А никак! Язык да, сохранился и активно используется. Почти девяностолетняя мать Т. В. Даниловой даже практически не говорит по-русски. Что же до деталей быта — все, как и в русских избах: иконы, кружевные занавески, кое-где вышитые полотенца. То, что слухи о «самобытной вепсской культуре» сильно преувеличены, я заподозрил, еще знакомясь с литературой в дирекции природного парка, на прорисовках «декоративных элементов» были те же мотивы, что и у славян: кони, солярные знаки, олени, словно сошедшие со страниц книг академика Рыбакова[15]. Да и сами дома вепсов планировкой практически не отличаются от рядом стоящих русских. Из «чисто вепсского» только и видели своеобразные изгороди. Они похожи на обычные заборчики из жердей, однако в верхней их части оставлены концы веток, так что над оградой торчат рогульки. Впрочем, все зависит от точки зрения: кто-то увидит здесь этнографический колорит, а я в силу врожденного цинизма — небрежность хозяев, ленящихся обрубить сучки… Иногда устраивают изгороди здесь и иначе, из ряда «г»-образных связок жердей.
Судя по всему, слияние северной русской и вепсской культур здесь произошло уже очень давно, задолго до революции, и стремление интеллигенции возродить свою культуру выглядит наивностью. Доходит до смешного: некоторые из таких сельских радетелей за национальное возрождение учатся готовить вепсские национальные блюда по изданным в Питере книгам!
Однако просто «живой старины» на Вепсской возвышенности и вблизи нее сохранилось много, и любой ее любитель разочарован не будет. Это и самодельные деревянные санки, и берестяные короба, резные лавки и сохранившиеся «с давешних времен» сундуки… В одном доме видели, как бабушка чесала шерсть, готовя ее к прядению. Имеется и сугубо местная изюминка — корзины, плетенные из… сосновых лент! Никогда раньше таких не видел и даже не подозревал, что из древесины сосны, не отличающейся, в общем-то, гибкостью, можно плести корзины, а здесь они до сих пор очень популярны, в любом дворе увидишь десяток. Впрочем, природный материал сейчас заметно вытесняется упаковочной пластиковой лентой. Тоже слияние культур…
Есть и еще одна особенность здешних домов, впрочем, не специфически вепсская, встречающаяся и в других северных районах, — это пристроенные к сеням будки, пардон, туалетов, соответственно, и вход в них изнутри, и температура никогда не опускается ниже нуля градусов. Подробность прозаическая, но всякий, кому приходилось зимой бывать в подмосковной (скажем) деревне и сидеть в щелястой будочке известного назначения, традиционно строящейся на значительном удалении от теплого дома, тот поймет и оценит…
Долго ли, коротко ли — подошли к дому Александра Федоровича, того самого, который, по словам соседей, «водяника видел». Впрочем, о наводке говорить мы хозяину не стали, а для начала задали обычный вопрос:
— Не слышали ли что-нибудь о необычных змеях, скажем, с выростом на голове?
Пожилой собеседник ответил, что нет, змей с гребнем он не знает, а потом хитро посмотрел и вдруг сказал:
