Вскоре стало понятно, что почетным гостем на этом приеме стал Адриан, а остальные рассматривали его с любопытством и некоторой враждебностью, время от времени обмениваясь многозначительными взглядами. И постепенно в нем стало нарастать беспокойство, так же как отношение к нему со стороны хозяина постепенно менялось.
Сидя во главе стола и умудряясь сохранять слегка всклоченный вид, несмотря на официальный наряд и напудренный парик, Маркус Вестлейк был воплощением настоящего хозяина, и все же, натолкнувшись на его взгляд поверх снежно-белой дамасской скатерти, сияющего стекла и серебра, Адриан увидел в этих глубоко посаженных задумчивых глазах такой убийственный гнев, который поверг его в оцепенение.
Он так и не смог поговорить с Элен наедине, но все время ощущал ее присутствие, и когда она сидела рядом с ним за столом, и позже, когда он расхаживал между гостями в большой белой гостиной. Она выглядела невероятно пленительной в платье из синего шелка, расшитого серебряными звездами, которые мерцали при каждом ее движении, волосы золотились из-под слоя пудры, в ушах и вокруг шеи сияли сапфиры. Ее красота и желание, которое она вызывала в нем, были невыносимой пыткой. Он принужденно улыбался и, смеясь, вел бессмысленные разговоры, в то время как все его существо едва не взрывалось от желания схватить ее в объятия и ощутить ее руки и губы, прильнувшие к нему. Только в самом конце, протянув ему руку на прощание, она взглянула на него из-под ресниц так, как прежде, но у него зародилось подозрение, что она намеренно дразнит его.
Он вернулся в гостиницу с испорченным настроением и вежливо выслушал отчет Кристины о визите к Вальтеру Келсби. Но она, почувствовав его настроение, быстро свернула рассказ, пожелала спокойной ночи и присоединилась к матери, уже ушедшей в спальню. Адриан, раздраженный тем, что не смог проявить внимания, выпил без удовольствия бутылку вина, чуть не повздорил со Стивеном Энкрофтом и, недовольный собой, лег спать.
На следующее утро он отправился в коттедж, где нашел Джерими Бригга, занятого серьезной беседой с незнакомцем — высоким, худым, с выдающимся подбородком индивидуумом в хорошо скроенном, но неярком охотничьем костюме. Этого джентльмена Бригг представил как Неда Спарроу — еще одного представителя той профессии, в члены которой собирался вступить капитан Клер, и объяснил, что сам пока не в состоянии посвятить капитана в тайны большой дороги, поэтому возлагает эти обязанности на мистера Спарроу.
Мужчины молча посмотрели друг на друга и были взаимно удовлетворены знакомством. На мистера Спарроу явно произвел впечатление стиль и элегантность Адриана, а тот, научившийся разбираться в людях, не нашел в выбранном инструкторе ни одного недостатка. У него были веселые глаза, которые скрашивали несколько меланхоличное выражение его лица и придавали ему вид человека, способного справиться с любой ситуацией. Адриан разглядел в нем и еще одно достоинство.
— Вы служили в армии? — поинтересовался он.
Мистер Спарроу ухмыльнулся.
— Почти семь лет, капитан, — откровенно признался он, — пока однажды мне не пришло в голову стать самому себе господином. Но армия отучила меня и от той малой склонности к честному заработку, который у меня был, поэтому я и занялся этим делом. И еще ни разу не пожалел об этом.
Веселый и дерзкий ответ заставил Адриана рассмеяться, и мистер Спарроу решил, что капитан как раз то, что нужно. Джерими, смотревший на них с удовольствием, перешел прямо к цели.
— Нед введет вас в курс дела, сэр, — сказал он Адриану. — В этих местах нет ни одной дороги или тропинки, которой бы он не знал. Он обо всем вам расскажет и все покажет. Поработаете с ним недельку-другую и будете знать все до мелочей.
— Премного ему обязан, — с улыбкой ответил Адриан. — И вам, Джерри, тоже. — Затем он обратился к мистеру Спарроу: — У меня хорошая лошадь и есть пистолеты, мне недостает одной вещи — маски. И я не представляю, где мне ее раздобыть.
— Это легко устроить, — вмешался Джерри. — Вон там, в комоде. Нед, ты знаешь, где искать. — Затем он повернулся к Адриану: — А что касается лошади, сэр, вам не следует пользоваться вашей. Вам нужна еще одна, и мы взяли на себя смелость позаботиться об этом.
— Вот дьяволы! — воскликнул Адриан. — Я не оспариваю ваших действий, но почему я не могу пользоваться своей кобылой?
— Потому что ее могут признать, сэр, — ответил Нед Спарроу, подходя к кровати с куском черного крепа в руке. — Вы будете жить в гостинице и выезжать на своей лошади, но другая будет стоять здесь. Здесь же вы будете оставлять и вашу лошадь. А после работы заедете сюда и уедете в гостиницу на своей. Так вы избежите опасности, что вас узнают по вашей лошади.
— Кроме того, — предостерегающе добавил Джерри, — это и для Полли с Джейфетом будет не так рискованно. Я не говорю, что в гостинице нет места, чтобы спрятать лошадь, но этим местом пользуются только в момент опасности.
Адриан внял силе аргументов и вышел вместе с Недом, чтобы взглянуть на приготовленную для него кобылу. Это оказалось великолепное животное, черное как ночь от ноздрей до кончика хвоста. У Адриана загорелись глаза, но он сказал, что в настоящее время не в состоянии купить такую лошадь. Нед хохотнул и, многозначительно подмигнув, заметил, что дело можно уладить.
К тому времени, как он покинул коттедж, Адриан собрал всю необходимую информацию о грабеже на большой дороге. Мистер Спарроу, убежденный в том, что никакие разговоры не сравнятся с практикой, велел ему приехать в сумерки — они отправятся на дорогу в Бат и посмотрят, что им ниспошлет судьба. Капитан Клер с готовностью согласился: раз уж он решился вступить на это поприще, то чем быстрее это произойдет, тем лучше.
Пока он был со своими сообщниками, ему было чем занять свои мысли, но теперь, когда он оказался один, память вернула его к Элен. Необходимость увидеть ее еще раз всецело овладела им, и он повернул к «Кумб Ройал».
Его тотчас же провели в ту комнату, где Элен впервые приняла его, но на этот раз он нашел ее в обществе мужа и ужасно толстого мужчины с бледным отталкивающим лицом, восседавшего в хрупком кресле. Адриан довольно внимательно слушал вчера рассказ Кристины, чтобы понять, что это, вероятно, и есть Вальтер Келсби, и он внезапно пожалел, что пришел. И без того трудная ситуация вряд ли могла стать легче с этим новым знакомством.
Келсби уставился на вновь прибывшего бледным змеиным взглядом; Вестлейк, стоявший перед камином, даже не повернул в его сторону головы, а Элен, раскрасневшаяся, встала из кресла, как богиня мести.
