— Билли, дружище, — сказал я, — скоро тебя выпишут, и все будет в порядке. Его выписали только через три недели.
По дороге домой он попал в аварию. Огромный грузовик влетел в один из больших столбов, на которых вешают всякие знаки и рекламу вдоль скоростного шоссе на Лонг-Айленде. И знак со столба рухнул прямо на крышу машины моего друга Билли. Вы можете себе это представить? Конечно, его тут же повезли обратно в больницу. Кому-то везет — кому-то нет.
Лет десять назад я едва не вляпался в сделку, после которой наверняка бы приземлился в приюте для бедных. Мне захотелось купить одну газету. Очень захотелось. Я уже оговорил детали сделки, которая представлялась мне сказочно выгодной и обещала принести кучу денег.
Я направо и налево хвастался тем, какая сделка у меня намечается. Мы оговорили день подписания контракта, и внезапно я слег с тяжелейшим гриппом. Самочувствие было ужасным — настолько ужасным, что я позвонил партнерам по переговорам и попросил их отложить встречу, пока я не почувствую себя лучше.
Все это было очень необычно. У меня никогда не бывает гриппа. И теперь прошло уже десять лет — а я с тех пор не проболел ни единого дня. Но как же обернулись дела тогда? Продавец позвонил мне и сказал, что решил продать газету другому покупателю. Я потерял почти готовый контракт. К счастью, потерял — потому что сейчас эта газета стоит гораздо меньше того, что я собирался за нее заплатить. На этой сделке я потерял бы кучу денег. И мой грипп оказался удачей, которая спасла меня от разорения! Иногда удача приносит гораздо больше, чем талант.
Вот уже двадцать лет я наблюдаю, как работают великие мастера переговоров, и замечаю: успеха всегда добиваются одни и те же. Годами и десятилетиями: одни и те же люди — один и тот же успех. Этим людям почему-то везет больше, чем остальным. Вот они: Уоррен Баффетт, Стив Шварцман, Карл Айкан, Генри Кравис, Терри Лундгрен из Macy's, Джон Мак из Morgan Stanley, Стэн О'Нил из Merrill Lynch. Это не значит, что все они умнее остальных — но успех всегда на их стороне.
ТВОРИТЕ СВОЮ УДАЧУНо вы можете и помочь своей удаче. Посмотрите на Гари Плеера, знаменитого игрока в гольф. Гари Плеер — человек невысокого роста. Много лет назад — в 1978 году — я видел, как он выиграл чемпионат Masters. За годы своей спортивной карьеры он побеждал в девяти крупнейших состязаниях, невзирая на свой маленький рост. Но у него был один козырь: он работал с полной самоотдачей. И он работал всегда. Он постоянно упражнялся, тренируя замах и удар, в то время как его коллеги — в два раза выше! — валялись на диване, глядя в телевизор. Он самый трудолюбивый игрок в гольф. Поэтому Гари Плеер и выиграл три турнира Masters, не говоря уже о прочих соревнованиях. Его не раз спрашивали: почему удача так благосклонна к нему? И Гари отвечал:
— Чем больше я работаю, тем больше мне везет.
Это великолепные слова. Вдумайтесь в них, подчеркните их карандашом прямо в этой книге.
Гари Плеер, великий игрок… Его называли «крошкой». Он был ниже всех своих соперников, но тренировался больше, чем все они вместе взятые, — и выиграл девять крупнейших турниров. Представьте себе эту картину: победитель девяти крупнейших состязаний идет к лунке, а комментаторы произносят: «Вот идет крошка Гари». Не слишком приятно — однако Гари это не заботило. Он делал сотни отжиманий каждое утро, упражнялся часами — и это еще до того, как тренировки в гольфе стали необходимостью. Никогда не забуду его в открытом чемпионате США: он сделал невероятный удар, мячик приземлился рядом с лункой, скатился в нее — и Гари стал чемпионом. Комментаторы говорили:
— Гари, это немыслимо, как же тебе повезло!
И он отвечал:
— Чем больше я работаю, тем больше мне везет.
Это моя любимая фраза. Да, Гари — великий человек.
А теперь я расскажу вам историю из своей жизни, чтобы проиллюстрировать ту мысль, что чем больше человек работает, чем удачливее он становится. Отнеситесь к моему рассказу со всем вниманием, потому что в нем сочетаются страсть, инстинкт и… удача!
В 1991 году рынки были в ужасном состоянии и люди вылетали из бизнеса один за другим. У меня проблем было выше крыши. Я задолжал миллиарды долларов. Конечно, я мог бы хвастаться тем, как здорово я держу удар, — но правда оставалась правдой, я задолжал разным банкам миллиарды долларов. И это было невесело. Не самая большая радость — быть Дональдом Трампом, когда у тебя долгов на миллиарды.
И вот как-то работаю я в офисе, и тут входит моя секретарша и говорит мне:
— Мистер Трамп, сегодня вы должны быть на слете банкиров.
Этот формальный — «смокинговый» — ужин, на котором я бываю всегда, проводился в отеле Waldorf-Astoria для двух тысяч ключевых игроков банковского бизнеса. Когда ты попал в черную полосу, энергия и настроение у тебя не те, что во времена успеха. Вместо того, чтобы идти к этим банкирам, мне хотелось отправиться домой и посмотреть футбол по телевизору. Я был измотан. День был ужасным, а кредиторы поджидали меня по десять человек за каждым углом.
Один банк вел себя хуже остальных. Менеджер, который заведовал в нем ссудами и возвратом кредитов, был недружелюбным и ядовитым типом. Он вышиб из бизнеса множество людей. Из-за него тридцать семь риелторов в Нью-Йорке были вынуждены объявить себя банкротами, потому что он потребовал возместить ссуды, выданные им до востребования. Я был должен ему $149 млн, один из самых мелких моих займов. И теперь я оказался первым в его списке. Обычно с банками удается договориться. Но этот тип хотел все деньги, все 100 процентов — и сразу же. Он вел себя как зверь. Он просто жаждал уничтожить меня.
Я не хотел идти на встречу с банкирами. Когда ты должен им деньги, они не слишком дружелюбно к тебе относятся. Вам было бы приятно обедать в зале, где чуть ли не каждый готов разорвать вас на куски? К тому же там должны были быть все банкиры, кому я был должен деньги. Вечер был холодным и дождливым, а поехать на своем лимузине я не мог. Сами представьте: тип должен вам миллиарды долларов, а прикатывает на роскошном лимузине! К тому же я действительно чувствовал себя очень усталым. Поэтому, когда моя секретарша напомнила мне о собрании в Waldorf-Astoria, я ответил:
— Я туда не иду.
Я отправился домой, но, оказавшись дома, почувствовал, как у меня открылось второе дыхание. И я подумал: «А что? Пожалуй, отправлюсь-ка я туда!» Я быстро надел смокинг и вышел на улицу. Такси было не поймать, так что мне пришлось идти к отелю — все десять кварталов от Башни Трампа — под леденящим дождем. Пока я добрался туда, промок до нитки. Я чувствовал себя по-дурацки, но я все-таки пришел — это была моя работа. Войдя в зал, я сел за стол. Слева от меня оказался симпатичный парень по имени Стив. Я сказал: «Привет, Стив, как поживаешь?» Похоже, ему я должен не был, потому что вел он себя очень мило. Легче общаться с человеком, если это не твой кредитор. Самым дружелюбным тоном он ответил: «Привет, Дональд!»
Потом я повернулся к соседу справа и сказал: «Привет!» Он что-то пробурчал в ответ и хмуро посмотрел на меня. Стивен проговорил: «По-моему, ты ему не очень понравился». С какой стати? Я понятия не имел, кто он такой. Он даже не представился. Надутый, злобный тип.
Какое-то время я болтал со Стивеном. Потом я снова попытался заговорить с соседом справа. Бесполезно. Все равно что говорить с кирпичной стеной. Он явно давал понять, что я ему абсолютно не интересен. Обстановка понемногу накалялась. Я чувствовал себя погано — кому понравится быть в ситуации, когда ты должен деньги едва ли не каждому банку в Нью-Йорке? Этот угрюмый тип был банкиром, и ему явно не по душе было соседство со мной. Я подумал, что, наверное, должен ему кучу денег — иначе с чего бы он себя так вел?
Минут пятнадцать я пытался услышать от него хоть пару слов. Стивен, сидевший слева, негромко произнес: «До чего неприятный тип». Но я все равно старался затеять с неприятным типом хоть какой-то застольный разговор. После еще пятнадцати минут моих яростных усилий этот тип наконец-то стал оттаивать и откликаться на мои слова. Так понемногу затеялся разговор. А потом я спросил:
— Вы из какого банка?
Он ответил — и я не поверил своим ушам. Из всех людей в зале — а в нем было 2000 человек! — я приземлился рядом с тем самым зверем, с тем убийцей, который пустил по миру не один десяток бизнесменов. И очередной его жертвой должен был стать я. Вот так повезло! Не знаю, удачный это был случай или нет, но то, что я оказался рядом с ним, было поразительно.
Я сказал:
— Так это вы прихлопнули столько людей — и теперь хотите угробить и меня?
Он ответил:
— Это я и есть.
Тем не менее мы проговорили около часа и даже начали понемногу ладить. Он оказался большим любителем женщин и мог говорить о них часами. Тогда я принялся болтать с ним о женщинах. Честно говоря, когда ты должен человеку столько, сколько я был должен ему, то будешь говорить о чем угодно — лишь бы собеседника это устраивало.
