день Иисус только проявился.
Иисус Христос все еще проявляется многими тысячами способов. Он проявляет себя повсюду вокруг вас. Нам нужно быть очень чуткими, чтобы замечать его проявления. Если вы не осознанны и не внимательны, то упустите его, потому что не заметите его проявления. Утром, когда вы выполняете медитацию ходьбы, вы можете узнать его проявление в цветке или росинке, в птичьей песне или в ребенке, играющем в траве. Нам надо быть очень внимательными, чтобы не пропустить эти вещи.
Согласно учению и пониманию Будды, все мы разделяем природу, у которой нет рождения и смерти. Не только люди, но также животные, растения и минералы разделяют природу, у которой нет рождения и смерти. У листа и цветка одинаковая основа, свободная от рождения и смерти. Существует проявление цветка или листка, или облака. Зимой вы не видим цветов подсолнечника и стрекоз, не слышим песню кукушки. Нам кажется, что зимой их нет, и все же мы знаем о том, что наше представление неверно. В начале весны все эти существа снова проявятся. Они были где-то зимой в ином измерении, ожидая там, когда здесь возникнут благоприятные условия для их очередного проявления. Неправильно полагать, будто зимой они не существуют.
Тот, кто ушел, не канул в лету
Мы должны задаться таким вопросом: «Если Иисус не родился, тогда как он мог умереть? Перестал ли Иисус существовать несмотря на свое распятие? И надо ли было ему воскресать?»
Возможно ли, что распятие Иисуса не стало его смертью? Может быть, в тот самый миг он просто скрылся с глаз людей? Рождения и смерти нет в подлинной природе Иисуса. И это верно не только для Иисуса. В этом смысле рождения и смерти нет также у облака, подсолнечника, у нас с вами. Мы не рождаемся и не умираем. Иисус Христос не подвержен рождению и смерти, поэтому мы и называем его Живым Христом.
Если мы учимся смотреть на все в жизни в терминах проявления, то становимся поистине очень мудрыми. Если тот, кто очень близок вам, уже ушел, и вы считаете его не существующим, то ошибаетесь. Что-то не может родиться из ничего. Нельзя быть никем и вдруг родиться кем-то. Вы не станете полным нулем, если существуете. Вы не канете в лету, если живете на свете. Такова истина. Если близкий вам человек не проявляется в форме, в которой вы привыкли видеть его, это еще не означает, что он не существует. И это также не означает, что его больше нет. Если вы присмотритесь получше, то сможете ощутить его присутствие в других формах проявления.
Однажды я взял за руку одного молодого отца, который только что сжег на погребальном костре своего маленького сына. Я попросил его пройтись со мной, чтобы найти его сына в каких-то других формах.
Когда они приехали в Сливовую Деревню, мальчик был совсем маленьким, и он учился получать удовольствие от вегетарианской еды. Как-то раз мальчик протянул мне свои карманные деньги и попросил меня купить росток сливы и посадить его вместе со мной. Он хотел внести свою лепту в дело защиты голодающих детей всего мира, посадив плодовое дерево в Сливовой Деревне. Он знал, что сливовое дерево приносит много плодов. И он также знал, что мы можем продать выращенные сливы и послать вырученные деньги голодным детям третьего мира. Он учился выполнять медитацию сидения и ходьбы, и он очень хорошо практиковал Дхарму. Когда мальчик заболел, я приехал в Бордо и навестил его в больнице. Он сказал мне: «Дедушка монах, я выполню для тебя медитацию ходьбы». Затем он встал с постели, несмотря на свою крайнюю слабость, и стал грациозно ходить для меня. Вскоре после моего посещения он умер. В день его кремации я кропил костер святой водой и пел для него Сутру Сердца. По прошествии недели во время медитации ходьбы я взял за руку его отца и показал ему много других проявлений его маленького сына. Мы вместе посетили сливовое дерево, которое я посадил для его сына; мы сидели и смотрели, как в лучах вечернего солнца его маленький мальчик машет нам всеми своими ветвями и цветами.
Пронизав взглядом реальность, вы способны сделать для себя много открытий. Вы можете преодолеть очень много страданий и исправить немало неправильных восприятий. Если мы сможем пребывать в покое в высшем измерении, то не утонем в океане страдания, горя, страха и отчаяния.
Как нам заново проявить себя
В высшем измерении мы никогда не рождались и никогда не умрем. В историческом измерении мы живем в забвении и редко бываем по-настоящему живыми. Мы влачим существование как мертвецы.
В романе Камю «Посторонний» главный герой в отчаянии и ярости убил какого-то человека, выстрелив в него. За это преступление его приговорили к смертной казни. Однажды, лежа на кровати в своей камере, он смотрел на небесный свет, льющийся в квадрат тюремного оконца. Неожиданно он осознал синее небо над головой и сроднился с ним. Прежде он еще ни разу не смотрел так на небо. Камю назвал это мгновением сознательности, иначе говоря осознанности или осознания. Приговоренный к смерти человек впервые в жизни по-настоящему установил связь с небом и понял, какое это чудо.
С того самого мига он захотел поддерживать это качество сияющей осознанности. Он поверил, что только такая энергия может поддерживать в нем жизненную силу. До его казни оставалось только три дня. Он дал себе зарок прожить каждую минуту этих трех оставшихся у него дней в полную силу, осознавая все вокруг. В последний день его жизни священник пришел к нему для последнего причастия. Осужденный человек не хотел зря тратить время, посвященное осознанности, на причастие. Поначалу он сопротивлялся, но в конечном итоге открыл перед священником дверь камеры. Когда священник ушел, заключенный отметил про себя, что этот священник живет как мертвец. Он не увидел в этом священнике качеств осознанности, сознательности.
Если вы живете без осознанности, значит вы все равно как мертвы. Вы не можете назвать такое существование живым. Многие люди живут как мертвецы, потому что они живут бессознательно. Мы носим с собой свое безжизненное тело, когда нас бросает по миру. Нас уносит то в прошлое, то в будущее, или же мы становимся заложниками собственных проекций, вязнем в своем отчаянии и гневе. На самом деле мы не живем; в нас не происходит осознание чуда жизни. Камю никогда не изучал буддизм, но в своем романе он говорит о сущностной практике буддизма, а именно
