В каждом случае каждый театр должен иметь свою собственную базу, свой собственный объект действий с базой либо в наступлении, либо в обороне.
На лекциях и в публикациях учат тому, что реки являются типичными операционными линиями. Теперь, поскольку такая линия должна иметь две или три дороги, для того, чтобы армия двигалась в пределах своего радиуса действия и, по крайней мере, имела одну линию отхода, реки называются линиями отхода и даже линиями маневра. Гораздо точнее было бы сказать, что реки – превосходные линии снабжения и мощные вспомогательные средства в установлении хорошей операционной линии, но никогда не являются самой такой линией.
Также утверждается, что стоит сделать из страны определенно хороший театр войны, и в ней будут избегать создавать пересекающие страну дороги, потому что они способствуют вторжению. У каждой страны есть свой капитал, свои богатые города для производства или торговли, и по самому характеру вещей эти пункты должны быть центрами пересекающихся маршрутов. Если бы Германию превратить в пустыню, чтобы сделать из нее театр военных действий по прихоти одного человека, торговые города и центры торговли все равно возникнут, а дороги снова неизбежно пересекутся в этих местах. Более того, разве не использование пересекающихся путей дало возможность австрийскому эрцгерцогу Карлу разгромить французов Журдана в 1796 году? Кроме того, эти пути больше благоприятствуют обороне, чем наступлению, поскольку две дивизии, отступающие по этим радиальным линиям, могут эффективно использовать перекресток быстрее, чем две армии, которые их преследуют, и две дивизии могут, таким образом, объединиться, чтобы разбить каждую из преследующих их армий по отдельности.
Некоторые авторы утверждают, что высокие горные хребты в войне являются непреодолимыми преградами. Наполеон, напротив, говоря о Ретийских Альпах, сказал, что «армия может пройти там, где ступает нога человека».
Полководцы, не менее опытные, чем он, в ведении боевых действий в горах, едины с ним во мнении, допуская наличие огромных трудностей в ведении оборонительной войны в такой местности, пока не будет использовано преимущество в соединении усилий партизан и регулярных войск. Первые прикрывают перевалы и беспокоят противника, вторые дают бой в решающих пунктах, как правило пересечениях больших долин.
Эти различия во мнении приведены здесь лишь для того, чтобы показать читателю, что, какого бы совершенства ни достигло военное искусство, есть много вопросов, достойных обсуждения.
Самые важные топографические или искусственные особенности, которыми отличается театр войны, будут в последующих частях этой главы рассмотрены с точки зрения их стратегической ценности, но тут стоит заметить, что эта ценность будет во многом зависеть от настроя и опытности полководца. Великий лидер, который преодолел перевал Большой Сен-Бернар и приказал совершить переход через перевал Шплюген, был далек от того, чтобы верить в неприступность этих горных цепей, но он также был далек от того, чтобы думать, что грязный ручей и изолированное положение за стенами могут изменить его судьбу у Ватерлоо.
Параграф XVIII
Операционные базы
Операционная база представляет собой часть страны, из которой армия получает свои подкрепления и ресурсы, с которой она начинает движение, когда переходит в наступление, к которой она отходит, когда это необходимо, и от которой получает поддержку, когда занимает позицию, чтобы прикрывать страну в обороне.
Операционная база в самом общем смысле является источником снабжения, хотя не обязательно только им, по крайней мере, настолько, насколько это касается продовольствия, как, например, французская армия на Эльбе могла бы подпитываться из Вестфалии и Франконии, но ее настоящая база конечно же была бы на Рейне.
Когда на границе есть хорошие естественные или искусственные преграды, она может быть либо прекрасной базой для наступательных операций, либо линией обороны, если государство подверглось вторжению. В последнем случае всегда предусмотрительно будет иметь вторую базу в тылу, потому что, хотя армия в своей собственной стране и будет повсюду получать поддержку, все еще есть громадное различие между теми частями страны, в которых нет военных позиций и средств, таких как крепости, арсеналы и укрепленные склады, и теми частями, где эти военные ресурсы присутствуют. И только эти последние могут рассматриваться в качестве безопасных операционных баз. Армия может иметь несколько баз кряду: например, французская армия в Германии будет иметь Рейн в качестве своей первой базы; у нее могут быть и другие базы помимо этой – везде, где у французской армии есть союзники или постоянные линии обороны. Но если ее оттеснят за Рейн, у французов будет в качестве базы либо река Мёз (Маас), либо река Мозель, у нее может быть и третья база – на Сене, и четвертая – на Луаре.
Эти последующие базы могут не быть полностью или почти параллельны первой. Напротив, полное изменение направления может стать необходимым. Французская армия, отброшенная за Рейн, может найти хорошую базу в Бельфоре или Безансоне, в Мезьере или Седане, в то время как русская армия после ухода из Москвы оставила базу на севере и востоке и обосновалась на рубеже Оки и южных провинций. Эти боковые базы перпендикулярно фронту обороны часто имеют решающее значение в предотвращении проникновения противника в сердце страны или, по крайней мере, не дают ему возможности закрепиться там. База на широкой и быстрой реке, оба берега которой удерживаются благодаря мощным инженерно-техническим сооружениям, была бы настолько выгодной, как только можно желать.
Чем больше растянута база, тем больше трудностей возникает при ее прикрытии, но будет даже еще трудней отрезать от нее армию. Государство, столица которого находится слишком близко к границе, не сможет иметь такую же выгодную базу в оборонительной войне, как то государство, столица которого удалена больше от границы.
Для того чтобы быть безупречной, базе следует иметь два или три укрепленных пункта со значительными возможностями для оборудования складов снабжения. На каждой из этих непроходимых вброд рек должны быть предмостные укрепления.
Все теперь согласны с этими принципами, но по другим вопросам мнения расходятся. Некоторые утверждают, что безупречна та база, которая расположена параллельно базе противника. Я придерживаюсь того мнения, что базы перпендикулярные базам противника имеют больше преимуществ, особенно такие, две стороны которых почти перпендикулярны друг другу и образуют входной угол. Благодаря этому в случае необходимости получается двойная база, которая, осуществляя двусторонний контроль стратегического поля боя, обеспечивает две линии отхода, широко отстоящие друг от друга, и использует любой шанс операционных линий, который может понадобиться при непредвиденном ходе событий.
Нижеследующие цитаты взяты из моего труда по великим военным операциям:
«Общая конфигурация театра военных действий также может иметь огромное влияние на расположение операционных линий и, следовательно, на расположение баз».
«Если каждый театр военных действий образует фигуру, представляющую четыре более или менее неизменных фаса, одна из армий при открытии кампании может держать один из этих фасов, может – два, в то время как противник занимает другой, а четвертый фас закрыт непреодолимыми препятствиями.
Рис. 1
Чтобы проиллюстрировать это, сошлемся на театр военных действий французских армий в Вестфалии с 1757 по 1762 год и театр военных действий Наполеона в 1806 году. Оба они представлены на рис. 1 внизу. В первом случае сторона АБ была Северным морем, БГ – линия реки Везер и база герцога Фердинанда, ВГ – линия реки Майн и база французской армии, АВ – линия реки Рейн, также защищенная французскими войсками. Французы удерживали два фаса, Северное море являлось третьим фасом, и поэтому им нужно было только, совершая маневры, овладеть стороной БГ, чтобы господствовать над четырьмя фасами, включая базу и коммуникации противника. Французская армия, выступив от своей базы ВГ и занимая фронт боевых действий ЕЖЗ, могла отрезать армию союзных держав И от ее базы БГ; последняя будет брошена на угол А, образованный линиями рек Рейн и Эмс и моря, в то время как армия Д могла сообщаться со своими базами на Майне и Рейне».
«Действия Наполеона в 1806 году на реке Зале были похожими. Он занял у Йены и Наумбурга линию ЕЖЗ, затем проследовал маршем мимо Галле и Дессау, чтобы потеснить прусскую армию И к морю, представленному стороной АБ. Результат хорошо известен».
«Таким образом, искусство выбора операционных линий состоит в том, чтобы придать им такие направления, которые позволяют захватить коммуникации противника, не теряя своих собственных. Линия ЕЖЗ своим растянутым положением и поворот на фланге противника всегда прикрывают коммуникации с базой ВГ, а это точно соответствует маневру у Маренго в 1800 году, Ульма в 1805 году и Йены в 1806 году».
