— С леди Кири все в порядке, — сказал Мак. — Когда я появился на сцене, она уже своими силами почти подготовилась к побегу. Я оказал свою скромную помощь, и она сбежала, после чего я сопроводил ее к леди Агнес.
Керкленд вздохнул с облегчением.
— Это хорошая новость. Если в этом участвует леди Агнес, я уверен, инцидент не будет иметь неприятных последствий. Кири совсем не нужны еще какие-то темные пятна на ее имени.
— А разве у нее есть какие-нибудь темные пятна? — спросил Мак, заинтересовавшийся этим больше, чем следовало бы. — Я не встречался с ней раньше, так что понятия не имею как на нее смотрят в обществе:
— Она дочь герцога — это хорошо. У нее отличное приданое. Но к сожалению, есть примесь индийской крови, — коротко сформулировал Керкленд. — Мужская часть общества считает ее красавицей, но многие женщины, особенна матери девушек, которые тоже ищут мужей, полагают, что быть до такой степени красивой просто вульгарно.
Мак рассмеялся. А Керкленд, набив трубку только что полученным контрабандным французским табаком, продолжал:
— Она не из тех, кто будет прятать от окружающих то, что дано ей от природы. Она не только умна и красива, но и более общительна, чем Эштон. И хотя у нее великолепные, чисто английские манеры, в некоторых кругах ее считают слишком дерзкой. Подозреваю, что есть мужчины, которые считают ее темноволосой соблазнительницей и уверены, что она благосклонно отнесется к их знакам внимания.
Мак дернул сонетку четыре раза, а это означало, что он требует принести кофе и сандвичи. Потом взял бритву и принялся за работу.
— Полагаю, она ищет мужа? Или уже нашла?
— Пока еще не нашла. Было бы проще, если бы она старалась оставаться в тени, как ее мать, но леди Кири не такова. — Керкленд скорчил гримасу. — Любой мужчина, у которого имеется хотя бы крупица здравого смысла, сразу сообразит, что она является сущим наказанием.
Чтобы не перерезать себе горло, Мак отвел подальше от лица руку с бритвой, вспомнив, каким очаровательным сущим наказанием была Кири. Сделав глубокий вдох, он возобновил бритье:
— Я уверен, если вокруг нее начнет крутиться какой-нибудь неподходящий тип, Эштон и генерал Стилуэлл быстренько его спровадят.
— Не сомневаюсь, что такое случалось уже не раз. Вряд ли в Лондоне найдется какая-нибудь другая девушка, у которой имелись бы столь великолепные защитники.
Это хорошо, сказал себе Мак. Леди Кири полна жизненных сил, она уникальна. Она заслуживает самых преданных защитников, которые будут отгонять от нее мужчин вроде Мака.
Он был рад тому, что она так хорошо защищена. Это не позволит ему пойти на поводу у самых низменных своих инстинктов.
Глава 9
Поскольку в доме ее родителей все еще не закончился карантин по поводу кори, Кири приказала отвезти ее в Эштон-Хаус. Лондонская резиденция ее брата была так просторна, что она могла находиться там сколько угодно времени, ни у кого не путаясь под ногами. Для Кири это был второй дом, и она очень подружилась с Адамом и Марией.
— Как приятно снова видеть вас в Лондоне, леди Кири, — радостно приветствовал ее дворецкий. — Герцогини нет дома, но если вы хотите видеть своего брата, то он у себя в кабинете.
— Я всегда хочу видеть своего брата, Холмс, — сказала Кири.
Она все еще держала в руках плащ Маккензи, который следовало бы отдать дворецкому, но ей не хотелось выпускать его из рук.
Она постучала в дверь герцогского кабинета и, услышав разрешение, вошла. Адам поднял взгляд от бумаг, встал и радостно улыбнулся:
— Кири! Какой приятный сюрприз! Как прошел твой визит в дом потенциального мужа?
Она собиралась небрежно сообщить ему, будто они не подходят друг другу, но неожиданно для самой себя разразилась слезами.
— Ох, Адам!
Моментально преодолев разделявшее их расстояние, брат заключил ее в объятия. Он был среднего роста, чуть выше Кири, но его сила и доброта делали его тихой гаванью в период эмоционального шторма.
Подрастая, она знала, что на другом краю земли у нее есть старший брат, который является герцогом. Она часто мечтала о встрече с ним, не зная, состоится ли когда-нибудь такая встреча. Но она и понятия не имела, что старший брат сможет дать ей дружбу, утешение и мудрые советы.
Она прижалась лицом к его плечу, и он потрепал ее по спине.
— Насколько я понимаю, из этой затеи ничего не получилось?
— Это большая недооценка ситуации. — Она заставила себя перестать плакать, и Адам усадил ее на уютный кожаный диван. — Я случайно услышала, как мать Годфри сказала своей сестре, что мое приданое делает меня приемлемой в качестве жены младшего сына, хотя и с большой натяжкой. Они говорили, что я вульгарна, что я заигрываю с мужчинами и поэтому мужчины всегда вертятся вокруг меня. И они говорили ужасные вещи о моей маме!
Адам дал ей свой носовой платок и выругался себе под нос.
— Я надеялся, что тебе никогда не придется столкнуться с подобными предрассудками, но, как видно, это неизбежно.
Кири промокнула слезы.
— Леди Норленд всегда была весьма сдержанной, но я думала, что она просто беспокоится о счастье своего сына. Я и понятия не имела о том, как сильно она меня презирает.
— Люди недалекие частенько презирают тех, кто отличается от них, — спокойно сказал Адам. — Для них это единственная возможность почувствовать собственное превосходство.
— Наверное, ты прав. Но все же неприятно узнать, что я вульгарное создание, которое терпят исключительно ради большого приданого. Может, тебе не следует выделять мне такую щедрую долю наследства?
— Вздор! — заявил ее брат. — Ты такой же ребенок шестого герцога, как и я, а следовательно, имеешь право на получение в качестве приданого доли наследства, соответствующей твоему социальному рангу. Да, деньги привлекают охотников за богатым наследством, но ты человек здравомыслящий. — Он улыбнулся. — И у тебя есть семья, которая пожелает убедиться, что претендент на твою руку достоин тебя.
Ей вспомнилось, как Маккензи сказал, будто ее брат является одним из самых опасных людей в Англии. Она, как правило, забывала об этом, поскольку он был человеком поразительно уравновешенным и очень любил свою семью, которую недавно обрел. Но Маккензи прав. Герцог Эштон не из тех, кого можно безнаказанно задевать.
— Такая защита — палка о двух концах, — сказала она, искоса поглядев на него. — Твои стандарты могут оказаться слишком высокими. Что, если вы с генералом не согласитесь с моей оценкой кандидатуры?
Он усмехнулся.
— Тут нашим помощником станет время. Оно излечит от нежелательных увлечений, но придаст силу настоящему чувству.
