зале, – сказала его спутница и исчезла, растворившись невидимым ветром.
Мороз остался один, окруженный камнями разбившегося неба, которое не смог удержать Буран. Он, как зачарованный, медленно переступал сваленные кем-то колонны, не в силах оторвать взгляд от осиротевшего дворца, лицевая стена которого была практически снесена. Мужчина вдруг понял, что вокруг и вправду никого нет – ни души… Тишина пожирала разум, и только низкое гудение разносившего снег ветра уверяло Мороза в его все еще существующей способности слышать.
И так одинокий человек шел по пустынной долине, заваленной каменными руинами, как во сне воспринимавший реальность. Наконец, он добрался до просторного тронного зала, так же разваленного и тоскливого. Помещение освещалось смелыми лучами солнца, проникавшими сквозь дыры в стенах. Впереди, утопавший в тени, стоял затерянный трон, холодный и неприветливый.
Шаги Мороза гулко отдавались от каменного пола, и звук их улетал затем в бесконечное тихое белое пространство брошенного Севера. Мужчина дошел до царского трона и, не раздумывая, грузно опустился в него, стеклянным взглядом осматривая комнату. В тронном зале почему-то никого не было, и никто его здесь не ждал, как было обещано.
Но он был рад задумчивому одиночеству и пожиравшей его грусти. В голове его вяло рождались мысли, туманным потоком уносящие вдаль такие живые еще воспоминания.
Мороз смотрел на блестевшее вдали солнце и ждал. Ждал, когда случится то, что должно было случиться. А пока он просто смотрел в небо.
Вдруг волос его коснулось легкое дуновение и, повернув голову в середину помещения, мужчина увидел своих детей, пришедших вслед за Женщиной из племени Ветров. Все они светло улыбались, робко пытаясь поймать взгляд отца.
– Кто это? – спросил он женщину, не веря своим глазам.
– Твои дети, – ответила она, пожав плечами, – Зефир поймал их и позвал меня. Они прокляты Севером и навсегда останутся здесь.
– Я могу… как-то помочь им? – спросил Мороз, побледневший в испуге и горести. Тело его била мелкая дрожь, а на глаза наворачивались слезы.
– Они вечными призраками будут бродить по холоду и снегу… – покачала головой женщина. – Разве только…
Она посмотрела на Мороза. Он ждал.
– Призови силу Севера и попроси его сжалиться. Дай им цель – им все равно не уйти от наказания и скитания, – твердо сказала женщина, отбросив сомнения.
Мороз кивнул и, поднявшись на ноги, резко запрокинул голову назад, глубоко вдыхая холодный воздух. Он раскинул руки, раскрыв ладони и принимая дар справедливого Севера. Мужчина стоял так, и вокруг него собиралась танцующая вьюга, кружившаяся в стремительном снежном торнадо, скрывшем силуэт бывшего царя разоренных краев. Еще мгновенье – и метель пала, осыпалась миллиардом неповторимых снежинок, уснувших на каменном полу. По венам Мороза проскользнуло голубое свечение, змеей извивавшееся под грубой кожей, и тут же исчезло. Мужчина шумно выдохнул и тяжело опустился на трон.
Он поднял голову на духов в человеческих обличьях, ждавших его решения.
– Властью, данной мне Севером, – тихо начал Мороз, – я призываю вас к нему на службу. Один миллион лет вы будете исполнять данные вам приказания, затем станете свободны. Я буду с вами, пока не истечет срок вашей неволи. Я буду с вами всегда.
Мужчина замолчал, разглядывая лица своих детей. Они тихо стояли, опустив головы и слушая слова отца.
– Буран, – промолвил он, и старший сын, защитник государства, обратил к нему свой взор, – Ты будешь стражем Севера, поднимающим метели и снежные бури, ты сам превратишься в них. Ты станешь стеной на пути его врагов и тех, кто может ими являться. Ты будешь останавливать всех чужестранцев, странников, и здесь им будет холодная могила. Я буду с тобой.
– Да, отец, – Буран склонил голову, сжав алые губы на бледном лице, – Один миллион лет.
Мороз кивнул, и перевел взгляд на среднюю дочь, защитницу невинных:
– Гесна. Ты будешь противовесом стражу. Ты станешь оберегать всех путников, что явятся сюда, и если они достойны Севера, они будут жить. Знай, что спасти всех ты не сможешь, даже самых лучших ты будешь терять. Но пока ты стоишь на их защите, у них будет шанс. Я буду с тобой.
– Да, отец, – улыбнулась Гесна и, подняв сверкающие глаза, радостно взглянула на Мороза, – Один миллион лет.
Небесное светило темнело, но все еще висело в небе огромным ровным шаром, проникая в холодный тронный зал огненными лучами. Ветер сметал верхний слой снега, лишенного человеческих следов опустевшего края.
– Солнце, мальчик мой, – вновь заговорил Мороз, – Ты станешь наблюдателем. Твоими помощниками будут звезды, рассеянные по всему миру. А сам ты сможешь путешествовать по бесконечному куполу неба, даже на Юг, потому что Север сжалился над тобой, зная о болезни. Ты станешь полярным сиянием, самым невероятным явлением двух полюсов. Я буду с тобой.
– Да, отец, – ответил младший сын, не поднимая лица, спрятанного в тени. Его сердце выжигала вина, и он был готов нести вечную службу, чтобы искупить ее.
– Всего один миллион лет, – прошептал Солнце.
Мороз замолчал и сокрушенно покачал головой. Покрасневшая звезда плавно скатывалась за горизонт, и путь ее обозначался наступавшей темнотой, которая все же еще не победила свет дня.
– Прости нас, – вдруг сказала Гесна, обращаясь к отцу, нарушив гулкую тишину.
– Я прощаю, – ответил он устало.
Прошла еще минута молчания, растянувшаяся в часы. Мороз все так же сидел на троне, опустив голову на согнутую в локте руку, и смотрел в пустоту, ровно дыша. Он слишком утомился, обессилел и не хотел двигаться, не хотел даже думать. Усталость сковала его обездвиженное тело.
– Нам пора, – мягко сказала Женщина из племени Ветров. Она взяла Солнце за руку и повела его к выходу, Буран и Гесна пошли за ними.
Но внезапно она остановилась, обернувшись на Мороза.
– Я всегда была рядом. И всегда буду, поверь. Ради тебя… ветер станет связью между живыми и духами, ради тебя.
Женщина вновь направилась к выходу, и единственный живой, оставшийся на Севере, видел ее тонкую спину и то, как она исчезает, уводя с собой детей.
* * *
– Говорят, он построил хижину где-то в снегах и живет там до сих пор, – продолжал старик, – Да… Когда пала стена, южане ворвались в город и убили почти всех его жителей, других увели и сделали рабами. И потому, по легенде, сейчас в снегах никто не живет, кроме, конечно, царя Мороза. Как видишь, султан не исполнил обещание, данное капитану Ноктису. Потом он завоевал остальные края. Соединил их, все четыре стороны света, чтобы было легче править. Но не учел одного: ни Запад, ни Восток, ни Юг и ни Север
