разведывательных организаций разом.
— Да уж, загар у вас явно не московский, — едва заметно хмыкнул себе под нос Навашин, отметив смуглость лица неожиданного визитера. — Потому про Испанию я, пожалуй, могу поверить, — словно делая неожиданному знакомцу одолжение, снисходительно произнес Дмитрий Сергеевич. — А что касается ваших прочих слов… Они, конечно, неприятны и настораживают. Однако же, вместе с тем, требуют хоть каких-то доказательств. Я, знаете ли, за свою жизнь не первый раз сталкиваюсь с подобными угрозами в свой адрес. И если бы трусливо прятался в каком-нибудь темном углу каждый раз, как они мне поступали, уж точно не добился бы своего нынешнего положения.
— За доказательствами — это не ко мне, — тут же отрицательно помотал головой танкист. — Не мой профиль. Я сейчас, можно сказать, делаю большое одолжение одному очень высокопоставленному человеку, которому многим обязан. Не доберись до меня его просьба на ваш счет, нашей с вами встречи не состоялось бы вовсе. Уж извините, но, будем говорить откровенно, ваше общество является слишком компрометирующим для советского гражданина. Особенно для не рядового советского гражданина. А других за границей СССР вы и не найдете. Потому здесь и сейчас я готов лишь выдать вам предупреждение. Ликвидаторам дана команда расправиться с вами до конца этого месяца. Потому примите совет. Хотя бы на ближайшие две-три недели обзаведитесь пуленепробиваемым жилетом, револьвером и какой-нибудь действительно стоящей охраной, что умеет оставаться невидимой до самого последнего момента, а не распугивать всех и каждого своим бравым видом. Всё же именно в ваших интересах уничтожить ликвидаторов и, потянув впоследствии за ниточки, обеспечить себе защиту на государственном уровне, а не просто спрятаться от их взора на это же самое время, трясясь впоследствии в ожидании того, когда они вновь вернутся по вашу душу. — Исходя из того, что было известно Александру, основными подозреваемыми в убийстве его нынешнего собеседника значились две абсолютно противоположные персоны: с одной стороны — советский разведчик, с другой стороны — французский фашист. И в данный момент Геркан очень сильно рассчитывал, что это будет последний, ведь в противном случае во Франции мог подняться слишком сильный антисоветский вой, что, несомненно, могло отразиться на абсолютно всех его делах в этой стране. Чего избежать, естественно, очень хотелось.
— И почему же это в моих интересах? — медленно и как-то даже степенно кивнув, тем самым обозначая, что ответ Александра принят к сведению, всё же поинтересовался Навашин, хотя уже и сам прекрасно понимал всю подноготную именно такого развития данного дела.
— Потому что если вы выживите и благодаря своим связям в правительстве Франции без излишнего шума разрешите имеющиеся «недопонимания» с заказчиками вашего убийства или же их местными представителями, я смогу предложить вам полмиллиона долларов США. — Прекрасно разглядев, как у Дмитрия Сергеевича от услышанной суммы аж затрепещали на секунду ноздри и на ту же секунду расширись зрачки, краском понял, что не зря решился шикануть в разговоре с данным человеком. Ведь меньшие суммы могли того не так уж сильно заинтересовать, чтобы реально рисковать своей жизнью. Что ни говори, а деньги у его собеседника точно водились. И деньги эти были ой какими немалыми. Однако же полмиллиона долларов являлись полумиллионом долларов — то есть действительно весомой суммой, способной сильно заинтересовать очень многих состоятельных людей. — Естественно, данную сумму я предлагаю не за просто так, а в качестве вознаграждения за участие в одной связанной с Испанией афере. Вам ведь будет не впервой наживаться на испанских республиканцах? Не так ли?
[1] Велодог — малокалибарный револьвер создававшийся для велосипедистов, чтобы отстреливаться от нападающих на них собак.
[2] Федора — шляпа их мягкого фетра с невысокой тульей, обвитой понизу широкой лентой.
Глава 6
«Рога и копыта». Часть 4
— Вот ведь старый дурак! — выругался себе под нос Геркан, вырывая из кармана добытый для него Юрасовским револьвер, дабы тут же открыть огонь. Заранее предупрежденный им Навашин, по всей видимости, не внял предупреждениям в должной мере. И вот теперь ему приходилось встревать в дело, засветиться в котором он уж точно никак не желал. — Прячься, Навашин, прячься! — одновременно с первым выстрелом в сторону высокого блондина, что целился в спину Дмитрия Сергеевича из пистолета, прокричал Александр, надеясь, что «невозвращенец» сообразит что к чему и уйдет с линии огня, укрывшись за ближайшим из деревьев, которых более чем хватало вокруг.
— Банг, банг, банг, — трижды отозвался Наган краскома, до того как оказался перебит схожим, но чуть более хлестким звуком ответного выстрела. Точнее даже не ответного, а параллельного что ли, поскольку произведен тот был в фигуру любителя утренних прогулок с собачками, а не в танкиста. — Банг, банг, — еще дважды дало о себе знать изделие бельгийских оружейников, прежде чем со стороны нападавшего послышался вскрик и заметно прихрамывающий мужчина бросился наутек, не глядя пальнув пару раз куда-то в сторону прикрывающегося деревом Геркана. На этом невероятно короткий бой и завершился, заняв от силы секунд семь-восемь реального времени.
— Как же вы так, Дмитрий Сергеевич. Я же вас предупреждал, — убедившись, что противник действительно скрылся и более нет опасности получить в свой организм сколько-то грамм свинца, краском покинул своё укрытие и приблизился к лежащему на земле Навашину, что всячески кривился и прижимал ладонь к своему правому боку, куда, видимо, угодила поразившая его пуля. — Сильно вас зацепило? — еще раз оглянувшись по сторонам и приметив лишь маячащую вдалеке, метрах в ста, едва просматривающуюся в промежутке между деревьями фигуру какого-то мужчины, что не решался, ни подойти, ни убежать, присел рядом с жертвой нападения Александр. — Давайте посмотрю, что у вас там.
— Ох, Александр Никифорович, это вы, — с явным облегчением произнес подстреленный, прекратив всяческие попытки вырвать что-то из левого кармана своего пальто. — А ведь я до последнего надеялся, что тогда вы изрядно приврали насчет вынесения мне приговора, — перестав кривить лицо, он позволил себе заметно расслабиться в компании своего явного благодетеля. — Оно же вон как всё вышло. Чуть не убили, ироды! Благо, совсем уж глупить я не стал, — отняв руку от места поражения, мужчина продемонстрировал «кинохроникеру» не несущую каких-либо следов крови аккуратную дырочку в своем одеянии, — и озаботился подбором защитного жилета.
— А как же револьвер и охрана? — неодобрительно покачав головой на проявление подобного безрассудства, Геркан
