- Что за поза? - потребовал Главный.
Я попытался показать. Главный терпеливо следил за моими движениями, затем нетерпеливо прервал:
- Покажешь в кресле. Перед самой отправкой.
Я смутно почувствовал, что хитрость слишком проста. Здесь примут меры, чтобы в нужный момент я не прорвался к креслу отправки. Хотя и уверены, что я предпочту остаться в их мире на привилегированном положении с радостью.
За несколько часов до запуска один из младших жрецов подбежал к Главному, упал на колени:
- Великий! Подключаем главную установку. Прикажешь опробовать?
Главный мельком посмотрел на часы:
- В сроки укладываемся, даже опережаем. Принесите жертву, затем подключайте к сети. Для начала дайте половинную нагрузку.
Жрец подхватился с коленей, поклонился:
- За жертвой послать в казармы?
Главный досадливо отмахнулся:
- Это далеко...
Взгляд его упал на нас. Ко мне только что подошел Тверд, возле него держалась робко улыбающаяся Илона. Она выглядела милой, как и всегда, глаза ее сияли, лучились радостью... Я мысленно поздравил Тверда.
- Возьми этого варвара, - сказал Главный, указывая на меня. Тут же спохватился, - хотя нет, он еще понадобится... Совсем заработался! Возьмите женщину. Самый лучший материал для жертвы.
От стены к нам метнулись два центуриона, мигом ухватили Илону. Мы не успели шелохнуться, как они, приподняв ее над полом, почти бегом понесли к выходу. Я стоял ошеломленный, потрясенный, я еще не верил... Потом услышал свой крик, меня бросило вперед, мелькнуло перекошенное страхом лицо центуриона, я услышал страшный хруст костей, в моей руке появился меч. Со всех сторон набежали широкогрудые, меднолатые, но мною руководила неуправляемая сила, я снес центуриона с пути, Илона была рядом, мы пробежали вниз по лестнице. Нам загораживали путь, но в моих руках было уже два меча. Илону пытались оттащить в сторону, но страшная сила все еще не выпускала меня из своей власти, и центурионы разлетались, как кегли.
Откуда-то донесся боевой клич. Волчья шкура Тверда мелькнула рядом. В его руках сверкал как молния, боевой топор с широким лезвием.
Мы вырвались из храма и, раздавая удары направо и налево, пронеслись через двор к воротам. Центурионов становилось все больше и больше, голос Тверда слабел. На выходе нас ожидала целая толпа меднолатых. Тверд вдруг превратился в берсерка, вместо меня яростно рубился какой-то мой далекий предок, и мы прорвались на улицу, оставив в воротах кровавое месиво.
По улице мы бежали, держа Илону посередине. У нее текла кровь по лицу, глаза были огромные, как блюдца. Она с ужасом смотрела на Тверда. Я услышал ее слабый вскрик: "Тверд, не надо!.. Богам так угодно, не перечь им..." Она боялась за него. На Тверда было страшно смотреть.
Вдруг я начал приходить в себя, меня затошнило от крови на руках. Пальцы, сжимающие меч, ослабели. Дух берсерка быстро покидал меня, оставляя в страхе и безнадежности. Впереди на пересечении с главной улицей уже замерла тройная цепь центурионов. Первый ряд держал копья, второй был с мечами, а третий ряд держал на изготовку автоматы с лазерным прицелом. Я видел их побелевшие лица. Железные легионеры боялись нас.
- Прорвемся, - прохрипел Тверд. Его грудь бурно вздымалась, по лицу бежали ручьи пота. - Мы их, как снопов, наклали!.. Славный был пир!.. Дивлюсь тебе, Юрай...
- Попробуем, - ответил я, переводя дыхание.
И тут сверху обрушилась металлическая сеть. Тверд бешено рванулся, центурионы тут же бросились вперед. Он невольно запутал и меня, когда я почти сбрасывал сеть. Меня свалили, набросились сверху, свирепо били ногами, одновременно закручивая меня и Тверда в прочные металлические нити. Наконец кто-то угодил сапогом мне в затылок, я рухнул в черноту.
Надо мной сияло чистое синее небо. Я лежал в луже воды на каменной плите, мокрый комбинезон облепил мне тело. Рядом стоял центурион, он методично поливал меня водой из кувшина.
Я дернулся, но встать не смог. Руки накрепко связаны за спиной, тело болит так, словно переломаны все кости. Краем глаза вижу ступени храма Кроноса. Значит, меня перетащили, пока оставался без сознания.
У стены храма сидел крепко связанный Тверд. Голова его была окровавлена, рубашка изодрана и тоже в крови. Встретившись со мной взглядом, он раздвинул губы в жесткой усмешке, похожей на оскал:
- Мы им показали, как дерутся гипербореи! На этот раз я от тебя не отстал... Всю улицу устлали преторианцами, а это императорская гвардия! Там проходил караван киевских купцов - они покидали как раз город, расскажут о нас, песни споют...
По ступенькам быстро спускался Главный. Лицо его было чернее грозовой тучи.
- Ты называешь себя волхвом? - спросил он непривычно визгливым голосом. - Ладно, проверим позже, на кого работаешь. Но все же ты дурак, что выдал себя ни с того, ни с сего.
- Вы убьете ее? - спросил я хрипло.
Он отмахнулся:
- Жертва уже принесена. Разве это убийство? Убивают людей, а рабыня не человек. Ее кровью уже вымазали установку, чтобы боги послали удачу. А мясо сожгут или бросят свиньям - какая разница?.. Это вы двое были... свободными. Но вы убили квиритов, и вас не защитят даже ваши варварские князьки! Свидетелей много! Мы вольны казнить вас, это подтвердит даже могущественный Киев...
Тверд собрался с силами, поднялся. Мы встали плечо к плечу. Он хмурился, глаза его были тоскливыми. Встретил чистую, как звездочка, девушку и тут же потерял. Я потряхивал головой, чтобы кровь с рассеченного лба не попадала в глаза. Тверд утешил мрачновато:
- Брось! Настоящих мужчин раны только украшают.
Главный хлопнул в ладоши. Нас схватили, растащили в стороны. Я умело лягался, одному ухитрился перебить ногу, второму вышиб коленом передние зубы, но меня все же подтащили к наковальне, холодный обруч сомкнулся на шее. Несколько раз ударил молот, затем руки, державшие меня, разжались.
Я поднялся, ощущая унизительную тяжесть. Ошейник раба! Сквозь красный туман в глазах увидел схватку Тверда, слышал яростную его ругань, угрозы, проклятия.
Когда отпустили Тверда, Главный сказал с мрачным удовлетворением:
- Теперь вы - имущество храма. После запуска займемся вами, а пока продолжим работу.
Легионеры окружили Тверда и, похлопывая по плечам, повели в нижние помещения Храма. На ходу ему разрезали веревки на руках. Этот гиперборей был одним из них, это воин, искатель приключений, гуляка, и он скор на драку. Он, конечно же, тут же смирится с превратностями судьбы. Еще повезло! Мог бы сейчас корчиться в пыли с распоротым животом, как другие!
Меня подхватили под локти два широкоплечих жреца. Оба новые, смотрят испуганно, оба вспотели. Я не стал спрашивать, куда делись прежние.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
