магами.
Я бежал всё быстрее, замечая, что дружинники не стали атаковать в плотном строю. Всё же каждому из них требовалось куда больше пространства для манёвра и применения магии. Нашей целью было сломить хлипкий строй булькающих подводников и затем устроить бойню, обратив врага в бегство. План звучал просто, хоть и безумно.
— Да сохранит нас Крилона… — прошептал я, когда до врага оставались считанные метры и использовал вспышку света.
Подводники тут же зажмурились, пригнулись и выставили вперёд щиты, а копья их задрожали. Атаковать строй копейщиков практически всегда полное безумие, если только ты не маг и у тебя в руках не шестикилограммовый двуручный меч.
Со свистом мой клинок разрезал воздух и столкнулся с первым щитом. Дрожь пронзила мои руки, но щит врага разлетелся в щепки, фонтанами ударила голубая кровь и клинок понёсся дальше, ломая копья. Бульканье среди врагов стало громче и в нём послышался страх.
И самое главное было не останавливаться сейчас, а давить дальше, как уже делал Владимир, который и вовсе плечом снёс три ряда и потом одним круговым ударом отправил в воздух десяток голов. Я поступил также, хоть и с меньшей эпичностью, стараясь не обращать внимания на уколы с разных сторон.
Самое главное было не подставить подмышки, шею, щели в шлеме и, конечно же, заднюю часть ног. Кроме того двигался я быстро и следил за битвой магическим зрением, что позволяло мне если не уходить от выпадов, то принимать удары вскользь. Поэтому на броне оставались лишь зазубрины, а в самые критические моменты вспышки света на клинке снова ослепляли подводников.
— Ха-ха-ха! Дави их! Пусть на века запомнят этот день! Кровью закрепим их дерзкую глупость! — ревел Владимир, словно гигант возвышаясь над полутораметровыми жителями моря.
Лена держалась позади и в основном занималась тем, что добивала раненые остатки. Мои удары были грозными, но даже отрубленная конечность порой не останавливала некоторых свирепых подводников. Они то и дело норовили снова встать или ударить мне в спину. С такими недобитками Лена вполне себе справлялась, с воплями рубя их своим одноручным топором, который она прочно держала обеими руками.
— Дротики! — рявкнул я и сделал два шага наискосок, попутно хватая одного из противников за шею.
Лена что-то увлеклась и слишком далеко отошла от моей спины, едва не попав под залп дротиков.
— За спиной! Только за спиной! — прокричал я, пока дротики вонзались в живой щит и отлетали от подаренной князем брони.
— Поняла! Поняла! — лихорадочно в ответ прокричала Лена, у которой хоть и была кольчуга под дублетом, но дротик может как в лицо прилететь, так и кольца кольчуги раздвинуть или и вовсе их сломать.
Моя же броня была куда тяжелее и в ней имелись укрепленные пластины, да и вообще благодаря магии света я могу большинство собственных ран исцелить. Но только собственных, других исцелять гораздо сложнее, это совершенно иной уровень магии. Поэтому серьёзная рана для Лены может стать смертельной.
— УН-КА-ЛАК!!! УН-КА-ЛАК!!! УН-КА-ЛАК!!! — тем временем сквозь бульканье начал раздаваться воинственный клич подводников.
И из воды показался гигантский краб, достигающий семи метров в высоту. Его конечности скрипели, однако, несмотря на чудовищную массу, он выбирался на сушу и двигался прямо к нам, попутно клешнями хватая и собственных вопящих союзников, исчезающих в его пасти.
— Он должен быть что-то типа их бога? — предположила Лена, пока подводники отступали за спину краба или взбирались на него, откуда могли спокойно метать дротики.
Боковым зрением я видел, что дружина и так была занята, а Владимир уже схлестнулся с предводителем подводников, который был полукрабом-полукасаткой. И судя по тому, что ледяная магия князя мгновенно не заморозила врага, предводитель подводников также был магом и давал отпор.
— Этого беру на себя, — выдохнул я и обеими руками схватился за свой меч.
— Что?! Ты куда?! — спросила Лена, но пока что ей придётся как-то справляться самой.
Дротики летели в меня одним за другим, стукались о шлем и ломались. Всё громче становился клич врага и краб двигался прямо на меня. Вот уже его клешня неслась прямо ко мне, но во всю силу засияли письмена на мече и краб мерзко заверещал.
Скорость моя была чудовищной, что позволило совершить мне подкат по песку и проскользнуть под клешнёй в миллиметре от смерти. Панцирь был прочный, но пасть не имела брони, а мой меч был длиной с мой рост. И с воплем я вонзил клинок прямо внутрь тысяч зубов, а затем сделал ещё шаг вперёд, засовывая меч ещё глубже.
Зубы тут же начали разрывать мою руку, в разные стороны летели кольца кольчуги, скрежетал металл и расплёскивалась горячая кровь. Но, несмотря на бой, я продолжал давить на рукоять, пока по плечо не погрузился в пасть. И только после этого тварь сдохла, а я отпустил рукоять. Рывком я вырвал руку, оставляя куски брони и плоти внутри пасти краба.
Бой ещё не закончился, поэтому я выхватил кинжал и приготовился сражаться дальше, пусть уже только левой рукой. Однако враги уже убегали к морю, оставляя павших и раненых. Владимир также разобрался с предводителем, а после смерти по всей видимости главной огневой мощи в лице этого гигантского краба… они решили сбежать.
— Вперёд, добивай их! — вдруг позади нас раздались голоса и полетели стрелы.
Я уже было подумал, что это псы Маннелига устроили засаду, но заметил, что стрелы летели в убегающих подводников. А затем и вовсе развернулся и увидел мчавшегося к нам Виктора.
— Ха-ха-ха, вы почти вовремя! — рассмеялся князь Владимир и выпрямился.
Князя знатно потрепало, в некоторых местах его броня была разорвана и алая кровь обильно текла на песок. Дружинникам тоже досталось, но в целом обошлось без потерь. Подводники оказались слишком слабы и среди них сильным магом являлся лишь предводитель, который своей клешнёй и смог так серьёзно ранить князя.
— Жить буду, — отмахнулся Владимир и достал из подсумка зелье, а затем и склянку с бальзамом. После комплексного использования алхимии кровотечение остановилось.
— Виктор, какими судьбами? — спросил я и ненароком протянул свою изуродованную правую руку: мои жилы, мышцы и вся плоть в целом напоминала фарш, но главное, что кости целы. — До свадьбы заживёт.
— Уверен? — с сомнением спросила Лена. — Я пойду возьму у кого-нибудь бальзам. Вон, тот дружинник кажется вообще ни одной раны не получил. Наверняка у него есть лишняя склянка…
— Так, я покинул тебя буквально на пару мгновений, а ты уже и девку себе нашёл, и с князем подружился, так ещё и чуть руку не потерял в битве
