– Необходимо ужесточить санкции! Мы принудим Помпилию отказаться…
– Санкции бьют рикошетом по всем расам Ойкумены! В особенности – по независимым планетам, чья экономика интегрирована…
– По прогнозам экспертов, империя продержится не больше пяти лет. Без новых рабов и альтернативных источников энергии Помпилию ждет производственный коллапс. Объединив усилия, мы сможем ускорить этот процесс…
– Эти пять лет переживут Ларгитас и гематры! Рушится сеть межпланетной интеграции, экономические связи…
– Совет Лиги активно работает над реинтеграцией сети, диверсификацией поставок…
– В системе замечены корабли-разведчики Великой Помпилии! Мы не станем ждать, пока нам на головы свалятся либурнарии! Мы не рабы!
– ВКС Лиги…
– ВКС Лиги утратили контроль над ситуацией!..
В пене истерической вакханалии – Адольф Штильнер. Борода всклокочена, седые волосы растрепаны – профессора подняли с кровати среди ночи.
– Опомнитесь! Санкции, эмбарго… У нас отбирают будущее! Великое будущее Ойкумены! Коллективные антисы, волновое Человечество – нас обокрали, лишили надежды. Забили мозги вселенским бардаком! Вспомните, ради чего все это!
Профессор жадно пьет воду из стакана.
– Будущее, – бормочет он. – Черт вас дери с вашей грызней! Я прошу, я умоляю…
Призыв Штильнера – глас вопиющего в пустыне. Разведчиков Великой Помпилии фиксируют еще в семи планетных системах. ВКС Лиги приводят в повышенную боевую готовность. Ведущие расы Ойкумены расконсервируют станции планетарных поясов обороны. Со спутниковых баз стартуют флоты гематров, вудунов, вехденов, брамайнов, Ларгитаса. На границах Волчицы и Семи Холмов разворачивается имперская армада. Ощетинившись стволами батарейных плазматоров, аннигиляционных пушек и межфазников, корабли рабовладельцев занимают позиции. Одному дьяволу известно, откуда в космосе появляется ангел. Звезды меркнут рядом с крылатым вестником.
Ангел готов затрубить в трубу.
… решение, которое устроит обе наши расы и не приведет к катастрофе…
Арт-транс(фрагмент записи)Эскадры замирают на исходных позициях. Останавливаются планеты на своих орбитах, политики в визорах, люди на улицах. Секунда, другая, и Ойкумена движется вспять. Дюзами вперед звездолеты ныряют обратно в гипер. Схлопываются тюльпаны РПТ-маневров. Время дало задний ход и ускоряет бег. В мельтешении уже ничего не разобрать…
Стоп-кадр.
«Пассажирские коллант-туры! Трансгалактические круизы в большом теле! Один рейс, и вы – коллантарий!..»
И ни слова о сопротивлении клеймению.
Мелькают рекламные слоганы. Им вторят, захлебываясь от восторга, голоса дикторов и комментаторов. Километровые очереди в коллант-центры…
На Октуберан уходит доклад: обер-манипулярий Ульпия погибла при попытке клеймения латентного телепата, клеймение спровоцировало инициацию объекта. Секрет пассажирского колланта раскрыт. Теперь у Великой Помпилии есть все шансы обойти конкурентов и стать лидером в зарождающейся коллант-индустрии.
– Сокрытие стратегически важной информации, – произносит за кадром голос мертвой Эрлии. – Сотрудничество с гематрийской спецслужбой. Измена Родине. Потенциальный подрыв энергетики и экономики Великой Помпилии. Трибунал и смертная казнь.
– Да, – отвечают Крисп Сабин Вибий и Марк Кай Тумидус. – Мы знаем, на что идем, утаивая правду от руководства. Мы не предатели. Если это единственный способ спасти свою расу от блокады, изоляции и в итоге самоубийственной войны против всей Ойкумены, мы готовы пожертвовать собой ради империи. Даже сотен тысяч коллантов не хватит, чтобы пропустить через них сотни миллиардов обитателей Ойкумены. Ни за год, ни за десять, ни за тысячу лет. Без помпилианца-координатора коллективный антис останется кучкой белковых тел. Хищники необходимы, а рабовладельцам нужны рабы. Другим расам придется с этим смириться, как мирились до сих пор. Откупиться десятком-другим дикарских планет, установить квоты. Помпилия выиграет время для договоренностей и компромиссов…
В космосе загораются живые искорки. Множатся роем светлячков, исчезают, опускаясь на планеты, возникают снова. Волновая жизнь наполняет Галактику, шарахаются прочь фаги, уступая дорогу новым хозяевам звездных путей. Коллант-центры и турагентства растут, как грибы после дождя. Дождь не прекращается – финансовый дождь. Цифры в бухгалтерских отчетах и налоговых декларациях отращивают длинные хвосты, лоснятся жирными нулями.
Министр экономики Великой Помпилии докладывает Сенату:
– …коллант-индустрия превратилась в существенную статью дохода бюджета. Наблюдаемая тенденция к экспоненциальному росту позволяет прогнозировать…
Расплывается в улыбке лицо министра – того и гляди, треснет от радости! Контрапунктом – лицо обер-манипулярия Мафенаса, мрачней тучи. В сфере перед начальником аналитического отдела ЦУСБ Помпилии на Октуберане – сплошной некролог:
«…погиб при попытке клеймения…»
«…обширный геморрагический инсульт, отягощенный…»
«…доставлен в реанимацию, состояние стабильно-тяжелое…»
«…придя в сознание, сообщил, что пытался заклеймить вудуна…»
«…пытался заклеймить гематра…»
«…заклеймить ларгитасца…»
«…варвара…»
«…брамайна…»
Перед глазами Мафенаса возникает криогроб с телом Эрлии Ульпии. «Варвар оказался латентным телепатом, – бормочет Мафенас. – Они что, все телепаты? Ерунда, бессмыслица… Должна быть закономерность! Нечто общее у всех этих… этих…»
Он активирует линию внутренней спецсвязи.
Аналитический отдел поднят по тревоге. Прокручиваются массивы информации. Стрекочут белковые процессоры, мигают индикаторы – системы работают на пределе.
– Есть! Есть закономерность! – из уникома рвется чей-то вопль. – Они… ботва… Они все были коллантариями! Все, поголовно!
Речь аналитика ускоряется, пронзительный визг уходит в ультразвук. Картина смазывается, галопом несется в будущее. Толпы на улицах, указы, резолюции, ультиматумы, орбитальные боевые станции, корабли, стартующие с военных баз…
Стоп-кадр.
Эскадры на исходных позициях. Сквозь боевые порядки проступает картина: площадь Нумы-Триумфатора перед зданием Сената. На помосте – двое приговоренных: Крисп Сабин Вибий и Марк Кай Тумидус.
– За измену Родине… – гремит над площадью.
Преступники исчезают в ослепительной вспышке аннигилятора. Миг, и Ойкумену от края до края озаряет залп космических армад.
Сгорают в атмосфере станции орбитальной обороны, сбитые огнем штурмовых эскадр. Грависнаряды плющат и корежат боевые корветы Ларгитаса, как жестянки из-под пива. Бело-голубой шар миниатюрной сверхновой вспухает на месте помпилианской либурны. Звено волновых истребителей сопровождения сгорает мотыльками в пламени исполинской свечи. Плывут в космосе развороченные останки кораблей и ледышки мертвых тел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
