В практике работы Особого отдела армии имели место факты, когда подсудимых перед отправлением на судебное заседание вызывали в следственную часть для дачи им указаний, чтобы они показывали то, что показывали на следствии в Особом отделе. Это подтвердил старший следователь Особого отдела Ильяйнен, который признал, что по приказу Керзона подсудимых перед судом вызывали в следственную часть и там инструктировали, как вести себя на суде. Подполковник Керзон сначала отрицал эти факты, затем заявил, что, может быть, такие факты и были, но он об этом не был осведомлен, а потом признал, что вызов подсудимых в следственную часть проводился, но якобы с целью инструктажа конвоя, хотя известно, что инструктаж конвоя проводит начальник камеры предварительного заключения.
В практике работы Особых отделов имели место факты назойливого и ненужного присутствия следователей Особого отдела армии на судебном заседании. Приведенный в донесении командующего 7 отдельной армией генерал-майора Крутикова факт удаления старшего следователя Ильяйнен из суда при слушании дела Шведова и Никулина и посылки после этого писаря следственной части Карначёва на суд в качестве конвоира — соответствует действительности. Сделано это было по приказу заместителя начальника Особого отдела армии подполковника Керзона.
Факт угощения папиросами подсудимых в перерывах судебного заседания подполковник Керзон отрицает. Старший следователь Особого отдела Некрашевич заявил, что один раз он угощал подсудимых папиросами. Секретарь военного трибунала Зайцев утверждает, что делал это систематически старший следователь Некрашевич и дважды подполковник Керзон.
IV
Выводы:
Донесение на Ваше имя командующего 7-й отдельной армией генерал-майора Крутикова в части, касающейся конкретных фактов извращений в работе Особого отдела армии, — в основном правильно. Что касается обобщений, имеющихся в донесении, то они являются неправильными.
Проверка показала, что по ряду шпионских дел обвинения были построены только на признании самих подсудимых. Однако сделанное в донесении командующего обобщение о том, что общей чертой большинства шпионских дел являлось полное отсутствие объективных доказательств и что все обвинения в шпионско-диверсионной работе были построены на признании самих подсудимых, — является неправильным. Особый отдел 7 отдельной армии в общем проделал значительную работу по разоблачению немецкой и финской агентуры, и утверждать, что все обвинения в шпионско-диверсионной работе были построены только на признании самих подсудимых, — неправильно.
Обобщение, сделанное в донесении командарма 7 отдельной армии о том, что органы следствия не принимают мер к розыску и аресту резидентов иностранных разведок, — неточно. Так, из 30 агентов и резидентов, прошедших по показаниям подсудимых за 1942-1943 гг., — 5 разыскано и осуждено к ВМН.
Таким образом, проверка работы Особого отдела 7 отдельной армии показала, что в работе Особого отдела армии и Особых отделов соединений имели место крупные и серьезные недостатки, а также извращения. Конкретными виновниками являются:
1. Заместитель начальника Особого отдела 7-й отдельной армии, он же начальник следственной части — подполковник Керзон.
2. Старший следователь Особого отдела армии старший лейтенант Ильяйнен, по национальности финн.
3. Старший следователь Особого отдела армии Седогин.
4. Следователь Особого отдела 162 укрепрайона — капитан Изотов.
5. Оперуполномоченный Особого отдела 162 укрепрайона Соловьёв.
При этом установлено, что если ошибки в работе таких людей, как Седогин, Изотов, Соловьёв, Николаев (убит), могли явиться результатом неопытности и являются действительно следственными ошибками, то ошибки в работе Керзона и Ильяйнена являются извращениями, продиктованными карьеристическими соображениями. В этом особенно убедило нечестное поведение Керзона. По делу Никулина и Шведова Керзон заявил мне, что его «подвёл следователь», что Никулина он допрашивал всего один раз и не более 15 минут, в то время как Никулина он допрашивал много раз. Керзон вначале говорил, что обвиняемых для инструктажа в следственную часть не вызывали, потом сказал, что вызывали, но что это делали следователи без его ведома и т.д. Таким образом, Керзон врёт и запирается в мелочах, а после этого трудно ему верить и в более серьёзных делах.
Начальник Особого отдела 7 отдельной армии полковник Добровольский плохо контролировал следствие и слишком многое передоверил Керзону.
Следует отметить, что при расследовании материалов Военного Совета Армии некоторые работники Особых отделов или отрицали уже установленные факты, или всячески их смягчали и смазывали остроту, придерживаясь принципа «не выносить сор из избы». Даже начальник Особого отдела т. Добровольский заявил: «И зачем надо было беспокоить товарища Сталина, сказали бы мне, всё бы на месте исправили и устранили».
Надо отметить еще один крупный недостаток в работе карательных органов 7-й отдельной армии — это фактически отсутствие прокурорского надзора за следствием со стороны военного прокурора полковника юстиции Герасимова и его помощника майора юстиции Васильева. Герасимов самоустранился от надзора, свалив эту деятельность на своего помощника Васильева. Васильев же, а также прокуроры соединений, в значительной мере штамповали обвинительные заключения, не входя в суть дела.
В работе военных трибуналов имела место перестраховка, боязнь взять на себя всю полноту ответственности при рассмотрении дел. Доказательством этому является большое количество неутвержденных приговоров Военных Трибуналов командирами соединений, Военным Советом и Военной Коллегией. Так, за 1942-1943 гг. из 1529 приговоров к ВМН в 577 приговорах, или в 37%, ВМН заменена лишением свободы. Во многих случаях эти изменения явились результатом фактического помилования осужденных, но в ряде случаев эти изменения явились результатом несогласия по существу дела. Среди работников Особых отделов (ныне «СМЕРШ») много неопытных, малограмотных людей. Этот недостаток следует поправить переводом нескольких тысяч политработников в органы контрразведки.
Предлагаю:
1. За извращения в следственной работе Керзона и Ильяйнена уволить из органов контрразведки и осудить решением Особого Совещания к 5 годам лагерей.
2. За преступные ошибки в следственной работе — Седогина, Изотова, Соловьёва уволить из органов контрразведки и направить их в Действующую армию*.
А.С. ЩЕРБАКОВ
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 461.
Л. 21—35. Подлинник. Машинопись.
* Вместо слов: «Действующую армию» Сталиным вписано: «штрафной батальон при Начальнике тыла К.А.».
ПРИКАЗ НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ
№ 0089
31 мая 1943 г. г. Москва
Проверка работы Особого отдела 7-й Отдельной Армии вскрыла отдельные факты извращений и преступных ошибок в следственной работе Особого отдела 7-й Отдельной Армии.
ПРИКАЗЫВАЮ:
1. За извращение в следственной работе заместителя начальника Особого отдела 7-й Отдельной Армии, начальника следственной части старшего следователя Ильяйнена уволить из органов контрразведки и осудить решением Особого Совещания к 5 годам лагерей.
2. За преступные ошибки в следственной работе следователей Седогина, Изотова, Соловьева уволить из органов контрразведки и направить их в штрафной батальон при начальнике Тыла К.А.
3. Начальнику Особого отдела 7-й Отдельной Армии т. Добровольскому за отсутствие контроля за работой следственной части, в результате чего в следственной работе имели место грубые ошибки и извращения, — объявить выговор с предупреждением.
4. Пом. прокурора армии майора юстиции Васильева за плохое осуществление прокурорского надзора за следствием в Особом отделе снять с работы с понижением в должности и звании и направить в распоряжение Главного Военного Прокурора Красной Армии.
5. Военному Прокурору Армии полковнику юстиции Герасимову за самоустранение от надзора и за отсутствие контроля за работой своих помощников — объявить выговор с предупреждением.
Народный комиссар обороны И. СТАЛИН
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 461. Л. 1
9—21. Подлинник. Машинопись.
Печатается по «Лубянка. Сталин и НКВД – НКГБ – ГУКР «Смерш». 1939 – март 1946. Сборник. Документы». М., 2006.
ЯВЛЯЛСЯ ЛИ САХАРОВ СУМАСШЕДДШИМ?
Версия
В «Своими Именами» номере 18-19 за 2011 г. опубликована статья Крюкова «Достоин ли Сахаров почестей»? В ней автор представил обилие материала, но все-таки кое-что упустил. Я хочу обратить внимание читателей на следующие интересные факты. В 1948 г. Сахаров закончил аспирантуру и сразу же защитил докторскую диссертацию, минуя кандидатскую. Правда, тему, за которую получил учёную степень, мне так выяснить и не удалось, но наиболее вероятно, что его тогда решили внедрить в структуры, занимавшиеся разработкой ядерного оружия, ибо он полностью подходил для разоблачения агентов иностранных разведок, а также для выявления нецелевых расходов и планов сионистов, работавших в данной сфере. Поэтому ему помогли сразу защитить докторскую.
