Крошечный торнадо исчез, а вместе с этим в пространство вокруг вернулся весь свет.
— Но ведь… — все еще завороженная зрелищем начала говорить Лиса.
— То куда вы заходили раньше, было лишь имитацией Тени. Истинный мир этой стихии светлые от вас скрыли, так как боялись, что вы сможете его подчинить. Ведь на самом деле для Света нет врага страшнее, чем Истинная Тень, — произнес я и щелкнул пальцем.
И в мгновение ока нас окутала мрачно-серая дымка, поглощающая весь свет, что встречала на своем пути.
Глава 9
Мрачно-серая дымка кружилась вокруг нас разнонаправленными вихрями, окатывая то теплом, то холодом.
Незаметно нас затянуло в серый мир, который все местные теневики считали единственным миром Теней.
Однако Стихия Теней на самом деле имеет две стороны.
Внешнюю, через которую работают все перемещения, теневые карманы и девяносто процентов техник теневиков.
И внутреннюю, где покоится Истинная Тень и куда попасть способны лишь самые достойные владетели теневой стихии.
И лишь единицы из этих достойных смогут там выжить.
Лиса смотрела на привычную серость мира вокруг, но в ее кошачьих глазках не было ни капли сомнения. Девушка полностью и безоговорочно доверяла мне, и это позволяло ей сохранить дыхание ровным, а сердцебиение спокойным.
— Если этот мир теней лишь отголосок настоящего, которого боится каждый светлый, то как Клан Света смог нас уничтожить? — тихо спросила Лиса.
— Меня тоже интересует этот вопрос, — отозвался я, — но сейчас я советую тебе отринуть все лишние мысли и сосредоточиться. Ты должна вспомнить все, чему научилась за последние недели. Особенно вспомни те чувства, что помогли тебе понять «Длань Сумрака».
Пространство вокруг продолжало стремительно темнеть, а реальный мир через серую дымку просматривался лишь едва уловимыми смутными очертаниями.
Понимая, что нас затягивает все глубже и глубже в мир Теней, Лиса немного напряглась. Ее маленькая грудь стала часто вздыматься от учащенного дыхания, но уверенности в глазах не убивались ни на йоту.
Это хорошо.
— Как я понимаю, никто из безымянных не был там? Я буду первая? — сильнее сжав руки на дымчатых кинжалах Реликвии, спросила девушка.
— Верно, — подтвердил я.
— Почему не Мрак? — не отводя от меня пытливого взгляда, спросила Лиса.
— Потому что он еще не готов, — ответил я.
Вдаваться в подробности я не стал, чтобы не сбивать девушке концентрацию. Да и на таком уровне доверия, которым ко мне пылала Лиса, ей не требовалось ничего объяснять. Моего слова было достаточно.
И доверие было полностью оправдано, ведь я ей не врал.
Мрак действительно был не готов осознанно зайти в мир Истинной Тени, и сомневаюсь, что когда-нибудь будет готов.
Раны, что нанесли ему Демид с Куратором, оказались слишком глубоки.
Хитрые светлые ублюдки позволяли Мраку зайти в мир Истинной Тени только под полным ментальным контролем, и теперь они слишком плотно ассоциируются у него вместе.
Страх вновь стать безвольной марионеткой засел слишком глубоко в подкорке, и, если Мрак зайдет в мир Истинной Тени не поборов эту слабость, то он оттуда уже никогда не выйдет.
А вот сможет ли он когда-нибудь полностью побороть страх перед менталкой, вопрос открытый.
Пока Мрак научился только обращать этот стойкий глубинный страх в гнев и жажду мести.
— Поняла, а вот я готова, — после непродолжительного молчания ответила Лиса, и стихийный дым от Реликвии медленно окутал ее тело защитным доспехом.
— Выдохни, успокойся. Мир Теней — это твой дом, а дом не может тебе навредить. Помни это, — успокаивающим размеренным голосом произнес я последнее наставление, и в тот же миг Лису затянуло в мир Истинной Тени.
* * *
Четверо мужчин восточной внешности сидели в центральном кругу богато уставленной переговорной и потягивали саке.
Кто-то торопливо, кто-то размеренно, а кто-то с откровенно демонстрируемым раздражением.
Мужчины были разного возраста, внешности, достатка, однако по статусу у себя на родине они были примерно равны. По крайней мере, трое из них.
Старший сын Дома Смерти Симидзу, с черными как смоль глазами и нашитым на кимоно гербом в форме трех черепов.
Первый наследник Дома Металла Химуро, чье лицо было сокрыто за бронзовой маской в форме рогатого демона.
И пухлощекий седой брат правителя Дома Молнии Като, в кимоно цвета грозы и сверкающими, словно штормовой прилив темными глазами.
Выделялся по статусу пред остальными в четверке только старец в тряпичном коричневом балахоне. Его глаза были полуприкрыты, морщины покрывали две трети лица, но источаемая Главой Дома Природы Мори мощь приводила остальных в трепет.
Никто из присутствующих не ожидал встретить тут друг друга, и уж точно не ожидал увидеть старейшину одного из Великих Храмов, каждый из которых по силе стоил десятка Самураев.
Самураи же, или «буси», как их называли на востоке, располагались в двух метрах за спинами своих господ, в среднем кругу переговорной.
По одному Самураю на каждого из высокопоставленных гостей.
Мужчины сидели, косо переглядывались и изредка бросали взгляд на висящие на стене часы в форме цапли.
Пусть в переговорной стояла полная тишина, а двигались только взгляды и кружки саке, обстановка накалялась с каждой секундой, и это чувствовали все присутствовавшие.
И за несколько секунд до того, как закончилось саке, а вместе с ним и терпение гостей, входная дверь распахнулась.
Однако в проходе оказался невысокий Самурай из Дома Идэ, а не Князь Воды, которого так ждали восточные гости.
Чашка недопитого саке с треском лопнула в руках представителя Дома Металла Химуро, но на косые взгляды в свой адрес ему было наплевать. Он брезгливо отбросил осколки, поправил бронзовую маску и проводил жгучим взглядом наглеца с голубой катаной, который посмел сесть в центральный круг подле него.
— Место охраны за спиной, — раздраженно выплюнул Химуро.
Однако Нобу никак не отреагировал и продолжил сидеть в центральном кругу.
— Похоже, главный позор Дома Идэ совсем позабыл манеры, — язвительно покачал головой черноглазый сын Дома Симидзу.
— Как ты смеешь сидеть там, где сидит один из старейшин? — вторил ему пухлощекий брат Главы Дома Молнии Като.
Сам же старейшина и глава Храма Природы Мори не произнес ни слова и не пошевелился, но напряжение в переговорной комнате разом подросло на пару порядков.
Но как бы Нобу ни хотелось, он смиренно сидел с опущенным взглядом и молчал, не смея ничего ответить. Ведь он прекрасно понимал, что каждое слово, сказанное им в этом кругу, будет воспринято как слова Дома Идэ, а говорить от имени Храма ему старейшины не разрешали.
Поэтому Нобу оставалось лишь молчать и быть в роли безмолвного наблюдателя.
Это задевало Нобу, но не так сильно, как тот факт, что обещанная ему невеста не явилась и сейчас Дом Идэ не имел никакого козыря перед внезапно появившимися конкурентами. А учитывая, что Нобу и слова сказать на переговорах не сможет, они и вовсе оказались в роли отстающих, хоть и пришли в Империю куда раньше остальных!
Поняв, что ответа не последует, сын Дома Симидзу недовольно допил свой саке и в очередной раз сверкнул черными глазами в сторону часов.
— А имеет ли смысл ждать? Этот Князь опоздал уже на восемнадцать минут, — раздраженно выдал Химуро, и его тяжелый взгляд устремился в сторону стоящего у двери дипломата, который всех тут собрал.
Юрий Озерецкий вздрогнул от резко возросшего внимания к своей персоне и сглотнул ком в пересохшем горле.
Пожалуй, эти восемнадцать минут были одними из самых тяжелых в его жизни, и хуже всего было то, что пытка еще не закончилась.
Часики тикали, а седых волос на голове водника прибавлялось. Внутри переговорной стояло такое стихийное давление от смешения мощных аур, что Озерецкому-старшему едва удавалось оставаться в сознании, и он уже проклял себя за инициативность и организацию этой встречи.
