– Давай гляну, что у тебя там с головой?
Вроде не следовало завязывать слишком близкое знакомство, но, с другой стороны, почему бы и нет? Сандер-тэ Алый ну совсем не земляк, так что ему можно плести всё, что угодно. Да и рана опять стала кровоточить после протирания мокрой тканью. Поэтому Виктор, а в данный момент человек со странным именем Липух, без ненужных просьб вслух просто кивнул.
Новый знакомый оказался мастером на все руки. Присмотревшись к ране, авторитетно заявил:
– Кожа лопнула. Надо выстричь и наложить несколько швов! – и без всякого дальнейшего разрешения потянулся к своим перемётным сумам.
Достал набор ниток-иголок и приготовил их, потом одну из фляг снял с пояса и потребовал наклониться в сторону. Мол, надо промыть. И плеснул вином на рану, проводя хоть небольшую дезинфекцию. А затем и стянул швами расползшуюся в стороны кожу. При этом не только приговаривал относящиеся к делу поговорки да прибаутки, а успел рассказать немного о себе:
– Я ведь только несколько часов как прибыл. Оставил коня в загоне нашего квадрата да и подался оформляться к коменданту. Только успел медальон получить да к выделенному месту жительства направиться, как всё и началось… Вначале грохотали из этих своих пукалок, словно сумасшедшие, потом замерли как истуканы, когда пронёсся приказ не стрелять… Хуже всего, что и ходить по городку запретили, так я возле шатра комендантского и томился долгое время. Потом вот взрывы, пожарища, орлы катарги… Ужас! Но я, честно говоря, так и не понял, с чего это оно всё началось?
Менгарец несколько задумался на тему: говорить правду или и самому отделаться пожатием плеч? По сути, наверняка уже большинство обитателей городка знает, кто прилетал и с какой целью. Так что секрета большого не будет. К тому же можно надеяться на ответное откровение.
– Да всё с того же! Орлы ведь – чагарцами приручены, помогают им. И сбросили они послание для императора. А в нём – письмо от эмиссара, который от самого Монаха Менгарца пожаловал. Договаривался о срочной встрече… Павел Первый Великий так и принял того гостя на верхушке каменной башни… – он оглянулся на хорошо видную отсюда башню, которая так и не рухнула и даже дымок над ней не вился. Хотя не факт, что внутри всё-таки перекрытия рухнули. – Вот они там и беседовали. А потом вновь птица опустилась за эмиссаром, вроде как улетать собрались… Да, видимо, не разрешил им император: пальба жуткая из ружей началась. Ну а в ответ иные орлы стали вниз огонь метать и страшные взрывы устраивать… Да ты и сам видел!
– Да уж! Насколько себя бесстрашным считал, а и то поплохело, – довольно искренне признался Сандер-тэ. – Грохнулся сразу на землю и голову сумками накрыл… Хорошо, хоть не затоптал никто из этих солдат помешанных…
– Хм! А ведь правильно сделал, что лёг! – похвалил его Виктор непроизвольно. И тут же сменил тему: – Так что с твоим конём?
– Вряд ли он цел остался. Весь квадрат с внутренними навесами для коней выгорел. Мне сказали, что там все полегли или покалечены. А твой как? Тоже там был? – дождавшись утвердительного кивка, посочувствовал: – Да-а, нет хуже для рыцаря, чем без своего коня остаться… Или у тебя есть за что нового купить?
Деньги в шкатулке имелись, и насколько Монах ориентировался в ценах, на коня и на сбрую с седлом хватить должно. Но ведь можно и ошибиться, поэтому лучше всего прикинуться малоимущим страдальцем. Так что теперь в ответ изобразил отрицательное качание головой.
– А слуги у тебя есть? – продолжал допытываться выходец их королевства Цериал.
– Наверное, уже нет… – почему-то Виктор не сомневался, что служанка у Липуха Стройного была одна-единственная.
– А-а… понятно. И что теперь будешь делать?
– Домой вернусь, больше ничего не остаётся.
– Странно, Липух! – удивился новый знакомый. – А зачем ты тогда вообще в стан императора прибыл? – причём спрашивал рыцарь с явным сочувствием и доброжелательностью. Поэтому прежде, чем задать в ответ аналогичный вопрос, ответил:
– Да вот, на романтику потянуло, мир посмотреть решил, какого-нибудь богатства заработать, чуток славы поднакопить… Да и ты ведь, наверное, тоже, как и я, в герои рвёшься?
– Да не совсем… – Сандер-тэ словно сомневался, рассказывать ему дальше или нет. И продолжил лишь после длинной паузы. – Я-то сюда скорее в качестве наёмника прибыл, чем как искатель неувядаемой славы. Присяги Павлу Первому не давал… Сопровождал двух других рыцарей. Они богатые да титулованные, так их в третий квадрат определили… Видел я, ничего там не сгорело… А мне лично как-то и воевать неохота… Тем более после сегодняшнего… Тем более с теми, кому эти орлы помогают…
– Вот-вот, и у меня вся охота воевать пропала, – решил побравировать Виктор откровенностью. – Тем более что я всегда имею право вернуться домой. Тоже присягу не давал…
Рыцарь хитро прищурился:
– А не засмеют тебя в княжестве после возвращения?
– Умные люди поймут, а дураки для меня не показатель! – твёрдо ответил фальшивый Липух Стройный. – Тем более что мне очень не понравилось, как окончил император переговоры с эмиссаром Монаха Менгарца.
Почему-то он был уверен, что, ведя подобный разговор, он ничем не рисковал. Обозлённый, лишённый всего своего имущества рыцарь имеет право и злиться, и ругаться, и плеваться после такой катастрофы. Да и титул баронета позволяет ему иметь своё особенное мнение на в самом деле подлое завершение переговоров с парламентарием. Ко всему прочему выходец из королевства Цериал никак не походил на квасного патриота, который готов отдать жизнь и заложить душу узурпатору, завоевавшему его родину. А если судить по блеску глаз и по дрожанию губ, когда упоминалось имя императора Севера, то вполне возможно, что Сандер-тэ вообще ненавидит Павла Первого.
Его последующие слова пусть косвенно, но это подтвердили:
– В нашем королевстве многих дворян казнили за оказанное сопротивление… Мне удалось остаться в стороне…
Было предельно ясно, что в стороне ему удалось остаться не от сопротивления, а от казни. И рыцарь Липух Стройный на это неожиданно хохотнул:
– Тогда предлагаю тебе отправляться по домам вместе со мной. Доберёмся до границы королевства Валлаян, а дальше уже каждый сам по себе. А? – видя, что его собеседник мнётся, Менгарец усилил нажим: – И лошадок каких попроще прикупим, я с тобой деньгами поделюсь, должно хватить.
Новый знакомый даже хмыкнул от такого предложения:
– И не побоишься мне ссудить деньги?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
