— Он опаздывает. — Она хмурится, и я молчаливо молюсь за Риса, чтобы Тилли получила немного углеводов прежде, чем он появится, потому что он обязательно получит за то, что опоздал.
— Садись, — приказываю я. — Джексон пошёл за образцами.
На удивление она садится без споров.
— Красавчику лучше принести мне что-нибудь вкусное, — ворчит она.
Я оглядываюсь в поисках Джексона и когда ловлю его взгляд через комнату, то постукиваю по запястью, показывая, что ему лучше поторопиться.
У нас в распоряжении весь ресторан. Открытие только через час, так что здесь только мы и персонал Джексона.
Я слышу, как Брин стучит на кухне и Джексон показывает мне палец вверх, нахально ухмыляясь.
Я не могу сдержать улыбку. Я превращаюсь в абсолютного фаната этого мужчины, и я больше даже не думаю, что меня это беспокоит.
Это самое главное в химии и отношениях. Ты не можешь воздействовать на это, не можешь остановить себя от чувств к кому-то, так что на самом деле больше ничего не остаётся делать, кроме как ждать и смотреть, куда это все приведёт.
— У тебя дурацкое выражение лица, — говорит Тилли, когда Джексон приближается, держа в руках поднос с чем-то наверняка вкусным.
— А у тебя выражение лица сучки, — говорю я ей с плохо скрываемым смешком.
Она собирается сказать что-то умное в отместку, когда Джексон подходит и ставит перед ней поднос.
— Как сегодня дела у моей любимой невесты? — спрашивает он её.
Я закатываю глаза от его очевидного подлизывания.
— Ты могла бы научиться парочке вещей у этого парня, Кэти, — говорит мне Тилли, когда смотрит на тарелку с едой.
Джексон перечисляет, какие есть варианты, пока я наблюдаю, как у Тилли практически капает слюна.
— Ешь, — говорю я ей. — Я принесу тебе стакан воды.
Я встаю и подмигиваю Джексону, когда оставляю его наедине с моей лучшей подругой.
Он пронзает меня взглядом, а затем цепляет на лицо улыбку, прежде чем повернуться назад к Тилли.
Я прохожу примерно половину зала, когда слышу звук «пс-с».
Я оглядываюсь по сторонам, но ничего не вижу.
— Пс-с-с. — Звук повторяется, но в этот раз я вижу ухмыляющегося Брина, стоящего в дверях кухни. — Кэти! — шёпотом кричит он. — Иди сюда.
Я подхожу к тому месту, где он прячется, с любопытством изучая его, когда иду.
— Ты только что сказал мне «пс-с»?
— Это не важно. Важно заставить этого тупого дурака раскрыть глаза.
Я останавливаюсь перед ним, скрещивая руки на груди.
Брин — устрашающий парень хотя бы по причине его огромного размера. Он гигантский, но у меня такое впечатление, что внутри он большой плюшевый мишка.
— На что именно он должен открыть глаза?
— На тебя, — говорит он так, будто это самый очевидный ответ в мире.
— На меня? — громко отвечаю я.
— Ш-ш-ш, — шипит он, таща меня немного дальше через дверь. — Он явно в тебя влюблён.
— Я вполне уверена, что это совершенно не так, — парирую я.
— Я сказал ему, что собираюсь пригласить тебя на свидание, — говорит он с широкой ухмылкой, будто это является каким-то объяснением этого странного разговора.
Он заставляет меня отступить назад, так что моя спина прижимается к двери, а он наклоняется ко мне, говоря приглушённым голосом. Его накачанный бицепс находится недалеко от моего лица, а рука упирается в стену рядом с моей головой. Он фактически блокирует мне доступ в столовую.
Я смотрю на него.
— Без обид, но думаю, что это будет «нет».
Он тихо посмеивается.
— Ты глубоко ранила меня, Кэти, но это не то, что я имел в виду. Я делаю это только для того, чтобы заставить его ревновать.
— У него нет причин ревновать, Брин, так что в твоём гениальном плане есть изъян.
Он качает головой, будто я глупая.
— Слушай, давай перестанем ходить вокруг да около. Он тебе нравится или как?
— Да, у меня есть к нему чувства, но я не собираюсь использовать эти чувства, чтобы давить на него. Это не то, как я веду себя. Я не играю в игры, не манипулирую.
— Это не манипуляция, просто лёгкая пощёчина, — говорит он, пожимая плечами и ухмыляясь.
— Ну, ты можешь давать ему пощёчины так, как тебе нравится, но я не поступлю так. Мне нравится Джексон, нравятся наши отношения сейчас. Я просто хочу, чтобы он был счастлив, а остальное будет так, как будет.
— Разве ты не хочешь вбить в него немного здравого смысла?
— Конечно, иногда хочу, но не для того, чтобы он внезапно решил, что любит меня.
— Так ты не пойдёшь со мной на свидание, чтобы заставить его ревновать?
— Я откажу.
— Ну, он смотрел сюда уже несколько десятков раз, так что, возможно, нам не нужно свидание.
— Брин! — ругаюсь я на него, толкая его в грудь, чтобы оторвать от себя. — Возвращайся на эту чёртову кухню, прекрати создавать проблемы и начни готовить еду.
Он отдаёт мне честь, словно он солдат, и спиной вперёд идёт в кухню.
Я слышу, как он начинает свистеть и стучать, и делаю глубокий вздох.
Матерь божья.
Я только что призналась в чувствах к парню его лучшему другу, у которого, похоже, слишком большой рот, и я не знаю, что с этим делать.
Я не хочу давить на Джексона или потерять нашу дружбу. Мне нравится, что у нас есть. Нравится, что я могу говорить с ним обо всем, и что он говорит мне вещи, которые никто больше не слышал.
Меньше всего я хочу, чтобы под давлением он начал чувствовать то, чего не чувствует. Он все ещё зациклен на своей бывшей, вот в чём дело. Он не будет готов двигаться дальше, пока не решит закрыть эту главу своей жизни. И ничто из того, что я могу сказать или сделать не изменит этого.
Я вздыхаю и иду искать воду, с которой я уже давно должна была вернуться.
Когда я возвращаюсь к столу, Джексона уже нигде не видно.
***
— Я забыла, как хороши углеводы на вкус. — Тилли стонет от удовольствия, облизывая остатки приправы со своих пальцев. — Это определённо войдёт в меню.
— До сих пор ты говорила так о каждом предложенном варианте, — со смехом говорю я.
— Я даже не сожалею. — Она ухмыляется. — И Риса здесь нет, чтобы он мог высказать своё мнение, так что нам просто придётся взять их все, я думаю.
Она гораздо более эмоционально стабильна, когда у неё есть приличная еда. Брин, возможно, и самая настоящая заноза в моей заднице, но за это я ему обязана.
И по сравнению с другими экстравагантными запросами, которые я делала по милости Тилли, это не такая уж и проблема.
— Где ходит красавчик? — спрашивает она, оглядывая комнату.
Я пожимаю плечами.
— Не уверена.
— Ты влюбляешься в этого парня, не так ли? — спрашивает она, её тон серьёзный.
Судя по всему, сегодня признайся-в-своих-чувствах.
Нет смысла что-то скрывать от Тилли или менять тему, она знает меня достаточно хорошо, чтобы знать, когда я лгу или пытаюсь уклониться от ответа.
— Я быстро падаю в это чувство, Тиллс, и хотя я знаю, что его не будет рядом, чтобы меня поймать, я не могу это остановить.
Но я бы и не хотела остановить это, это путь, по которому идёт моя жизнь. Присоединиться ли он ко мне на этом пути все ещё очень спорно, но в любом случае это не меняет направления, в котором я двигаюсь.
— Он может тебя удивить.
Я пожимаю плечами.
— Может.
— А если нет? — спрашивает она.
— Тогда нет.
— Ты такая рассудительная. — Она говорит это так, будто это для неё чуждое понятие, потому что, честно говоря, быть рассудительной — это не про Тилли.
Я смеюсь.
— Хоть кто-то из нас.
Я слышу, как дверь снова открывается, и вижу, как через неё вбегает Рис.
— Он здесь, — весело говорю я ей.
Она улыбается, а не хмурится, так что я считаю, что оставить их одних достаточно безопасно.
— Собираюсь пойти найти Джексона и сказать ему, что ты хочешь все это, увидимся завтра?
— Увидимся.
— Возьми немного еды и съешь завтра, прежде чем я тебя увижу. Ты менее жуткая, когда сытая.
