Читаем без скачивания Птица высокого полета - Анна Карлссон

Сестры открыли дверь кабинета как раз в тот момент, когда Барсуков опустил нос в пакет, обнюхивая пирожки. В животе Людмилы раздалось предательское урчание, оповестив всех о непреодолимом желании немедленно перекусить.

— Могу вас чаем напоить, — предложил Вадим Петрович. — И пирожками угостить, если пожелаете.

Людмила кивнула в знак согласия. За чаем с пирожками, которые оказались на редкость вкусными, беседа пошла более непринужденно.

— Какие пирожки у вас замечательные. Наверное, жена пекла? — спросила Вера, глядя на сестру.

— Не угадали, — усмехнулся следователь. — Пирожки я купил в киоске за углом. Жена моя тоже вкусные печет, но только уже для другого человека, потому что мы развелись много лет назад.

Говоря это, он тоже смотрел на Людмилу.

После перекуса разговор снова вернулся в деловое русло. Следователь пытался поминутно восстановить все события, произошедшие в день убийства. Людмила рассказала, что случайно оказалась в том злополучном месте и видела подозрительного мужчину, выскочившего из офиса в натянутом на голову капюшоне. Поведала о Ларочке, которая зашла в офис после мужчины и вскоре, рыдая, покинула его.

Так же высказала предположение, что Ларочке был знаком подозрительный тип в капюшоне. Это очень заинтересовало следователя, и он подробно расспрашивал Людмилу о том, что она видела и слышал, о ее ощущениях и подозрениях. Женщина почувствовала невероятную ответственность, поэтому старательно вспоминала даже самые незначительные детали вчерашнего дня. Барсуков тщательно записывал все сказанное, иногда перебивая, чтобы уточнить те или иные интересующие его детали. Закончив писать, следователь долго и пристально сверлил глазами Людмилу, так что та нервно заерзала на стуле.

— У меня складывается впечатление, что прогулка ваша в том месте не была случайной, иначе как можно объяснить такое пристальное внимание к мельчайшим деталям.

— Я так и знала! Захочешь помочь следствию, как тут же об этом пожалеешь. Старалась, все вспоминала, а теперь меня же обвиняют в излишней внимательности. Папа всегда учил, чтобы я была внимательна, так что это у меня с детства. Но теперь сто раз подумаю, прежде чем вам хоть что-нибудь еще рассказать.

— Зря вы на меня обижаетесь, Людмила. Я вас вовсе не подозреваю, но должен сложить воедино все факты и предположения, чтобы восстановить реальную картину преступления, чтобы скорее поймать убийцу. Крайне удивительно, чтобы такая прекрасная женщина обладала острым умом и была весьма наблюдательна. Вам бы в полиции работать с такими талантами.

Вере показалось, что Людмила лопнет от переполнявшей ее гордости. Она приосанилась, гордо выпрямив спину, а щеки пылали румянцем.

— А откуда вы знаете Борисюк Аллу Вениаминовну? — неожиданно спросил следователь.

Сестры переглянулись и дружно в один голос сообщили, что никакую Аллу Вениаминовну не знают.

— Как же вы не знаете, когда сами находились у нее в офисе? — удивился Барсуков.

— Мы были у психолога, которую зовут Агния. Никакой Борисюк мы знать не знаем, — заявила Людмила.

Вера кивнула, подтвердив сказанное.

— Агния — это псевдоним, который использовала в работе Борисюк Алла Вениаминовна, — сообщил следователь.

— Ее звали Алла? — переспросила Вера. — Нам срочно нужно в туалет!

Она решительно встала и потянула за собой сестру.

«Воистину, странные дамы, — подумал Барсуков. — Почему они ходят в туалет вместе, словно сиамские близнецы. Может, в этот раз все дело в пирожках? Но что-то подсказывает мне, что они видели и знают больше, чем говорят».

— Ты поняла, что ключи, скорее всего, от офиса Агнии? — шептала Вера.

Решив пока не рассказывать следователю о своей находке, сестры вернулись в кабинет.

Беседа продолжалась больше двух часов, и все чувствовали себя очень уставшими. Наконец следователь подписал пропуска и отпустил посетительниц, предупредив, что, возможно, вызовет их в ближайшее время для уточнения деталей.

В памяти у Веры тут же всплыла фраза из известной кинокартины, которую она тут же выпалила, не успев подумать о возможных последствиях. — Уж лучше вы к нам, — сказала она в шутку, которая прозвучала как приглашение.

Реакция Барсукова оказалась молниеносной, такое впечатление, что именно этого он и ждал.

— Отчего бы и не зайти, раз такие замечательные девушки приглашают, обязательно приду.

Людмила растерялась, не зная, что и сказать. Такой поворот событий был для нее совершенно неожиданным. С одной стороны, Барсуков выглядел вполне привлекательным, при этом был неженат. Но, с другой стороны, он был следователем и мог специально втираться в доверие, чтобы иметь возможность выведать нужную ему информацию. Поразмыслив немного и решив, что никакой секретной информацией они не владеют и скрывать почти нечего, она кокетливо улыбнулась в ответ и пригласила его в гости, не забыв при этом упомянуть, что Вера варит вкуснейший на свете борщ.

Вера сообразила, что в гости идут все, кроме нее. Ей, как радушной хозяйке, предстоит стоять у плиты и готовить обед.

Выйдя из кабинета, она одарила сестру не слишком добрым взглядом.

— Чего это вздумалось тебе рассказывать про мои борщи? Могла бы и сама что-нибудь приготовить.

— Ну Верунчик, не сердись. Все же знают, что твое кулинарное мастерство не может никого оставить равнодушным, а после моей стряпни он вообще может потерять желание общаться.

По дороге домой решили заехать в какое-нибудь кафе, припомнив, что в холодильнике пусто.

Усевшись за столик в дальнем углу и сделав заказ, сестры принялись за обсуждение планов.

— Первое, что нужно сделать, — решить вопрос с моей работой, — предложила Людмила. — Я уже второй день вынуждена брать отгул. Меня и уволить могут. Тогда тебе придется меня кормить, — она положила свою рыжую головку на плечо сестры и хитро на нее посмотрела.

— Делать мне больше нечего, как тебя кормить, — Вера дернула плечом. — Ты отправишься в свою контору и все уладишь. Думаю, вполне можешь взять отпуск, он тебе не помешает.

Сестры принялись обсуждать своего нового знакомого. К концу десерта утвердились в мысли, что Барсуков довольно приятный мужчина: вежливый, в меру аккуратный, судя по начищенным ботинкам, мужественный и смелый, так как его профессия не допускает трусости и, видимо, незлой, раз имеет собаку. Людмила вспомнила и про его серые с прищуром глаза, каштановые с проседью волосы и крепкий спортивный торс, на котором так сексуально смотрелась черная водолазка.

— Да, Барсуков был прав, память у тебя действительно феноменальная, — искренне удивилась Вера. — Даже цвет глаз смогла разглядеть. Тебе сам Бог велит быть детективом, а не сидеть в своей конторе, перебирая скучнейшие бумаженции.

Сестры отправились каждая по своим делам. Людмила — на работу, договариваться об отпуске, а Вера решила заехать в редакцию, чтобы, если повезет, встретиться с Владимиром Сергеевичем и попытаться расспросить о Ларочке.

* *