не смог. Тогда не смог. На самом деле даже не знал, что это проверка…
Барон горько усмехнулся, он стоял — сгорбленный, уставший, точно в один момент на него навалилось всё горе этого мира:
— … после случившегося я чувствую бесконечную вину. Пытаюсь загладить её в том числе через помощь молодым людям, таким, как вы. Наша встреча не случайна. Может быть, именно помощь вам была смыслом, ради которой я остался жив. Мне приятно так думать, когда я смотрю, как мужественно вы справляетесь со всем тем грузом ответственности, что взвалился на ваши хрупкие плечи. Я просто не могу остаться в стороне. Вы понимаете это, Аустина?
— Да… — у меня пересохло в горле от тревоги. Я видела, как взволнован Барон. Своим рассказом он словно оправдывался перед самим собой.
— Теперь моя миссия — это искупление. Я хочу помочь и вам в том числе. Мне только и нужно, чтобы вы согласились принять эту помощь. Вы согласны?
— Да, я… я согласна…
— Спасибо, — Ящер кивнул, выпрямляясь, вновь становясь несокрушимым и уверенным в себе человеком. Подойдя к подносу с чаем, он опрокинул в себя кружку, выпив всё содержимое за пару глотков.
В тот же момент до моих ушей донёсся приглушённый крик. Он шёл из спальни. От испуга я подскочила на месте, едва не навернув поднос с чаем со стола, бросилась в коридор, а из него — в комнату, где находились Павел, Алек и Илона.
Все трое точно в фильме ужасов про экзорцистов, корчились на своих кроватях. Койот задушенно выл, а сам Павел, сцепив зубы, выгибался на кровати так, что я испугалась, что он переломится пополам.
Алек тяжело дышал, волосы на его лбу слиплись от пота. Илона мелко дрожала, глаза её были открыты и невидяще смотрели в потолок. Стойка с капельницей, перевёрнутая, валялась на полу.
— О, Боже… Что с ними?! — я металась между кроватями, не зная, за что схватиться. — Барон! — воскликнула я, чувствуя, как отчаяние скребётся в горле.
Он появился в комнате вслед за мной. Застыл на пороге, словно сомневаясь, стоит ли ему входить.
— Вы же говорили, что всё будет хорошо! Что она их вытащит!
— Тина, успокойтесь.
— Да как я могу!
— Послушайте, послушайте меня! Всё немного сложнее, чем я думал.
— Что с ними!?
— Похоже у Павла случилась шоковая реакция на вмешательство. Но это ничего не меняет. Они справятся.
— А если нет!?
— Тогда мы проведём ритуал разрыва Уз без их осознанного присутствия.
— Что? — я замерла возле кровати с Павлом. Было почти физически больно смотреть, как он мучается там, в глубине себя, а я ничего не могу сделать. Никак не помочь! — Разве так можно?
— Это был вариант на крайний случай, — развёл руками Барон. Он потребует большей отдачи, большей осторожности. И это опаснее, конечно…
— Насколько опаснее?
— Немного. Придётся привлечь дополнительные силы. Но если не будет иного выхода, то мы справимся. Я не знаю, что именно там у них происходит, но мы должны быть готовы к худшему исходу. Давайте, я пока приведу тут всё в порядок. А вы идите, займитесь налаживанием связи с лисёнком. У нас нет права на неудачу. Поторопитесь! Времени в обрез.
— Д-да, я сейчас. Сейчас!
Я попятилась из комнаты, а потом у дверей развернулась и побежала так, точно мне на пятки наступала чума. Узы светились, как новогодняя гирлянда, но только вместо праздника наступил кошмар. Я толкнула дверь, влетая в гостиную, и тут же замерла. Возле коробки с лисёнком стояла псина. Она запихнула внутрь морду, и я могла только представить, что это зверюга успела наделать, пока меня не было. Кровь бросилась в лицо.
Несколько разделяющих нас шагов я преодолела за мгновенье. Схватила собаку за шкирку и, потянув на себя, откинула её к столу. У меня покалывало ладони, а сознание стало заволакивать пеленой ярости.
“Эта тварь вечно мешается под ногами”, — прошелестел в голове уже знакомый хор голосов. — “Хочет помешать нам. Хочет лишить нас того, что мы так желаем. Враг. Ты же знаешь, как мы поступаем с врагами, не так ли, Тина”.
— Заткнитесь! — я схватилась за голову. Только не это! Стоило мне немного разозлиться, как чёртова Тень проснулась. И в такой неподходящий момент!
Пёс забился в угол и оттуда рычал, приподнимая губу и обнажая ряд жёлтых клыков.
“Мы спасли тебя, Тина. Помогли и хотим помогать дальше. Становиться сильнее, чтобы в один из дней поглотить тебя. Чтобы ты стала нами. Без нас — ты никто”.
— Нет!
— Аустина, что с Вами?
“Ты можешь быть сильнее кого угодно. Даже сильнее этого глупого старика. Он думает, что сможет нас контролировать. Думает, что Мать ему подчинится. Давай сожрём его, Тина? Давай станем сильнее вместе?”
— Уйдите!
От собственного крика у меня заложило уши. А потом в один миг вдруг всё закончилось. Я обнаружила себя сидящей на полу. Собаки рядом не было, зато был Барон. Он поддерживал меня под руку и с беспокойством заглядывал в лицо:
— Всё в порядке?
Меня настигло чувство дежавю, да такое сильное, что я несколько секунд озиралась, пытаясь понять, что произошло.
— Тень… она проснулась, — наконец пробормотала я сухими губами. — Что с лисёнком. там была собака, она…
— Не тронула. Там всё в порядке. Тень… она говорит с вами?
— Да, она… иногда говорит. Всякое.
— Что именно? — голос звучал очень сосредоточенно.
— Всякую злобную чушь. Думаете, она может помешать ритуалу?
— О, нет, — Ящер помог мне встать. — Она поможет нам. Сама того не зная, поможет.
— Не уверена, как.
— Верьте мне, Аустина. Верьте, и я не дам случиться ничему плохому. А теперь давайте готовиться к ритуалу. Затягивать нельзя. Я пока приготовлю всё необходимое. Мы начнём ритуал с того, что заберём ваши потерянные хвосты у Александра. Гарантирую, это безопасно, может, только немного неприятно. Потом займёмся разрывом Уз. Сейчас пока занимайтесь лисёнком. Пары-тройки часов нам хватит. И не переживайте так. Я всё держу под контролем.
— Хорошо, — кивнула я, пытаясь не слушать шёпот голосов, который бубнил и бубнил, как дьявольскую мантру: “убей-убей-убей”.
"Павел, как ты там? Успеешь ли проснуться?" — подумалось мне. Я невольно коснулась Уз, пытаясь почувствовать, всё ли с ним нормально.
