может, можно туда не ехать?
- Нельзя. Все девочки, начиная с двенадцати лет, проходят обследование у гинеколога.
Осталось смириться, хоть и в душе я негодовал. До кабинета гинеколога добрались быстро. Открылась дверь, и нас встретила доктор Ян. Хорошо, что хоть гинеколог – женщина. Она посмотрела на мой хмурый вид, улыбнулась, и спросила:
- В первый раз обследуешься?
Киваю головой, понимая, что сбежать, точно не удастся.
- Видно! – Улыбается врач.
- Проводите пациентку во вторую комнату. – Даёт задание она медсестре. На пороге следующего помещения я остановился, когда увидал этот пыточный агрегат. Если до этого момента я думал, что подаренное, и одетое на меня родственниками платье является пределом моих мучений, то я ошибся. Как только я увидал "это", сразу попытался удрать. Каким-то образом мне удалось развернуться на костылях, но тут я упёрся в ставшую стеной Хан Ги На.
- Убежать собралась? – Засмеялась вошедшая доктор Ян. – Не выйдет! Да и нет ничего страшного в этой процедуре!
Меня взяли за белы ручки, и водрузили на то, что я видал только в порнороликах на Ютубе или в фильмах подобного содержания. Это было оно – гинекологическое кресло. Рядом с ним стоял мощный светильник, который все видели в кабинете любого стоматолога. От страха я зажмурил глаза и старался думать о птичках, цветочках и обо всём, что меня отвлекло бы от происходящей реальности. Но получалось довольно плохо…
Гинекологическое кресло, которое Лалиса увидала на обследовании
То, что делала со мной доктор Ян, я могу описать только целой страницей нецензурных выражений. Наконец, гинеколог закончила свои богомерзкие манипуляции, и приказала слезть с кресла. Это я проделал при помощи медсестры.
Увидев моё сморщенное лицо, доктор Ян опять улыбнулась, и сказала:
- Привыкай, Лалиса-ян, тебе ещё много раз придётся проходить подобное обследование.
«Чур, меня! Вот сволочь, накаркала! Хотя, от реальности не убежишь, она права…».
Мысль промелькнула. и я немного успокоился. Ведь я здесь маленькая школьница, и со мной никто церемонится не будет. Моё мнение никому не интересно, и в расчёт никем не берётся. Тут так: раз ты младший, делай то, что тебе приказывают старшие. Они лучше знают и понимают, а тебе надо учиться, учиться и учиться...
Только мы собирались уйти, как доктор Ян задержала нас. Она внимательно осмотрела мою маленькую грудь, пощупала её, вызвав во мне ливень отрицательных эмоций. Женщина что-то посмотрела в своём планшете, а потом вынесла вердикт:
- Нет, к маммологу тебе, Лалиса-ян, пока рановато.
Я возблагодарил богов всех религий вместе взятых, что они не вставили моё сознание в девицу с каким-нибудь третьим номером груди. Увидев мою гримасу, но поняв её по-своему, доктор Ян улыбнулась, и сказала:
- Не бойся, Лалиса-ян! Сама не заметишь, как у тебя разовьются грудные мышцы. Ты ещё маленькая.
Тьфу, ты! Пророчица хренова! Не хочу я попадать к этим извращенцам-сиськодавам.
Хотя, если честно, и в этом она права. Если грудь вырастет, меня точно отправят к этим маммологам! не хочу! пусть она останется такой маленькой, как сейчас!
А доктор Ян между тем продолжала:
- У тебя милое личико, Лалиса-ян! Хотя, ты тайка, и этим всё сказано! Научишься правильно применять косметику, и у тебя не будет отбоя от женихов!
Тут меня окончательно заклинило:
«Мне мазать лицо какими-то красками и прочим дерьмом? Ни за что! У меня и так хорошая кожа, обойдусь без косметики! И женихов своих себе возьми, мымра! Я всех их тебе дарю!».
Правда, вслух я это не высказал. Наоборот, я попытался сделать поклон, и поблагодарить доктора Ян, что она так заботиться обо мне. Что сделать, тут такие традиции. Надо всех за всё благодарить. От этого никуда мне не деться. Надеюсь, в доме дяди можно будет хотя бы частично избежать этих поклонов и прочего, не зря же Хё Бин в Европе училась!
В палату приехали быстро. Но настроение у меня было испорчено на весь оставшийся день…
И вот, стою у окна, гляжу на город, вспоминаю все эти дни в больнице. Хорошо, что через день прибегают Сон Янг и Бэм Бэм. Это меня немного развлекает. Но, как всегда, положительные эмоции быстро сменяются отрицательными...
Место действия: кабинет лечащего врача Лалисы Пак Джин Хо.
Время действия: двадцать первое мая две тысячи девятого года, двенадцать часов дня.
За столом в кабинете сидят двое мужчин. Один в очках, а другой, хоть он и старше, очевидно пока видит лучше своего коллеги. Это хозяин кабинета, лечащий врач Лалисы. Пак Джин Хо, и главный психолог госпиталя Понсэн, Ли Бён Сок.
- Знаешь, Джин Хо, я попробовал все методы, которые знал, но всколыхнуть память твоей пациентки мне не удалось. Очевидно, шок от удара машины подействовал на девочку сильнее, чем я вначале думал. Но применять к ней сильнодействующие психотропные препараты я бы не рекомендовал. Ким Хё Бин заходила к тебе?
- Да, сонбэ! – Пак Джин Хо благоговейно смотрит на своего бывшего преподавателя. – Она поинтересовалась, как и чем, мы лечили её племянницу. посмотрела все данные, попросила результаты томографии...
- И что сказала?
- Недовольства, по крайней мере, она не высказала. Если бы я знал, что эта Манобан племянница Кимов…
- Ну и что бы ты сделал? – Усмехается Ли Бён Сок. – Дело не в этом. Дело в том, что из головы девочки испарились элементарные знания о том, как и с кем себя вести. Да, она тайка, а не кореянка, но, её ведь обучали местным традициям. Я специально узнавал, дети из их танцевальной группы прошли месячный курс корейских традиций почитания старшего. И Лалиса показала на тестировании великолепные результаты. Вот выписка из документа Центра корейских традиций в Бангкоке. У неё набрано почти девяносто пять баллов!
- Сонбэ, но почему же тогда…?
- Не знаю. И никто не знает, и не узнает никогда! Поэтому, когда мне Хё Бин сказала, что намеревается перевезти Лалису к себе домой, я сильно обрадовался.
- Почему. Сонбэ?
- Всё просто. Ты ведь говорил мне, что все физические показатели у девочки в норме?
- Да, сонбэ! Если не считать, что у неё пока не до конца
