— Командир, надо бы метку на руке посмотреть. Наши говорили, что кайенские воры на плече метку ставят. По ней всегда можно понять, кто перед тобой…
— Да, удобно…
Именно этот момент пленник посчитал удачным для побега. Стрелой взвившись с места, он выхватил из рукава нож и ткнул им в живот Кайфата. Вернее, попытался ткнуть. Рука вдруг попала в тиски захвата, а сам он свалился на пол, сбитый подсечкой.
— Пусти-и, хфурга тебе в глотку! — завыл вор, ощущая, как трещат кости.
К’ирсан невозмутимо оголил ему левой рукой плечо и довольно хмыкнул. Там синело изображение местного падальщика вроде шакала. Надо сказать, наколка соответствовала сути носителя.
Подмигнув Канду, Кайфат сформировал над ладонью давно заготовленное плетение. Так, ничего особенного: парочка рун Истинного алфавита, энергетический каркас для надёжности и несложный узор иллюзорных чар. Последняя часть относилась к классической магии, К’ирсану удалось её подогнать под свои способности ещё на службе у барона. От заклятия требовалось, чтобы оно оставляло в Астрале метки, по которым можно было проследить путь вора, а при наложении формировало чёрную змейку, зарывающуюся под кожу жертвы. Выглядело страшновато. Исказившееся от ужаса лицо пленника показало, что он оценил талант своего мучителя.
— Здорово! — Впрочем, Канду тоже понравилось. Увидев его горящие глаза, К’ирсан усмехнулся: мальчишка! Его не интересуют могущество или власть — пугает сложность хитросплетений заклятий. Гораздо сильней в этом возрасте манят страшноватые тайны или ужасные иллюзии. — А что это?
Кайфат подмигнул Канду и с деланым удовольствием пояснил:
— Жуткая штука. Так в древности всякое ворьё казнили, пускали негодяю под кожу магического червя и отпускали на свободу. У того был час на то, чтобы подготовиться к переселению в Нижний мир или… расправиться с палачом. Тогда червь оставлял жертву в покое.
— Правда? Но зачем давать преступнику шанс?
— Божий суд… — К’ирсан пожал плечами. — Хотя при таком раскладе тогдашние палачи наверняка были крепкими ребятами.
Наскоро придуманная история произвела на воришку неизгладимое впечатление. Он не отрывал взгляда от того места на руке, где растаяла иллюзия. С досадой К’ирсан подумал, что с перепугу тот мог просто впасть в ступор. Чтобы подтолкнуть ошалевшего пленника к действиям, схватил его за шкирку и пинком отправил к выходу из конюшни. Выкрикнув какую-то бессмыслицу, тот рванул в темноту.
— Так, если он не полный болван — обязательно помчится за помощью к своим «старшим» товарищам. — С сомнением посмотрев на мальчика, К’ирсан сказал: — Пойдёшь со мной. Считай это началом своего обучения.
Новость застала Канда врасплох, но вопросов он задавать не стал. Упрямо поджал губы и кивнул.
Кайфат оставил четвероногого приятеля в комнате и теперь мысленно попросил его привести остальных. Скоро с улицы послышались шаги, а в распахнутые ворота влетел шипящий Руал.
— Малыш, охраняй вещи. Поможешь Гхолу с Руорком, если вдруг в наше отсутствие заявится кто-нибудь ещё, — погладил К’ирсан расстроенного зверька. Тот пищал и даже слабо укусил его за палец. — Ну, ну. Будь умницей.
Кивнув зевающему гоблину и сосредоточенному Руорку, капитан активировал заклятие поиска и выбежал на улицу. От руки следом за воришкой словно протянулся невидимый обычным зрением поводок. Канд мрачно сопел за спиной.
Их жертва успела удивительно далеко уйти. Путеводная нить провела через две улицы, пересекла мост и запетляла по дворам. Приходилось прыгать через заборы, нырять в скрытые лазы и даже забираться на крышу какого-то сарая. К’ирсан успел пожалеть, что взял мальчишку. Пацан быстро сдал — в трудных местах его просто пришлось тащить на себе. Зато не выглядевший достаточно крепким вор, страшась гибели, показывал чудеса выносливости.
Наконец они свернули в тупик, упиравшийся в заброшенный дом с заколоченными окнами и висевшими на честном слове дверьми. Однако Кайфат ясно чувствовал метку где-то внутри.
— Держись ближе и ничего не бойся, — шепнул он Канду и, одним ударом выбив скрипящую на ветру створку, ворвался в здание.
Глаза переключились на магическое зрение, чувства обострились. Он сразу же ощутил громилу слева от входа и вырубил его одним ударом. Тело не успело упасть, как К’ирсан перехватил руку метнувшегося из-за угла коротышки и с размаху приложил его головой о косяк: после такого быстро поднимаются лишь в сказках. Затем стремительно пересёк разорённую прихожую, рывком распахнул дверь и оказался на пороге большой комнаты, освещённой светом нескольких факелов. У стены напротив сидело семеро мужиков самой что ни на есть бандитской наружности, увлечённо режущихся в кости, слева на потрёпанном ковре с бокалами вина расположились ещё трое, а перед ними на коленях стоял незадачливый воришка и о чём-то просил. Ещё один занимал лавку около двери и любовно полировал дубинку.
Появление К’ирсана стало для всех полной неожиданностью.
— Это он! — взвизгнул недавний пленник. — Проклятый колдун!
— И ты его сюда привёл, так?! — рявкнул русоволосый мужик, отставляя бокал. — Хфургов сын!
Не вставая, он пнул провинившегося бандита. Тот повалился на пол, скуля и моля о пощаде. Внутренне усмехнувшись, К’ирсан активировал заклинание Щита. Силы по-прежнему целиком ещё не восстановились, однако колдовать он уже мог без особых проблем. Несколько коротких вспышек — и в стену рядом срикошетили две стрелы из миниатюрных арбалетов, нож и два коротких дротика. Вполне ожидаемая реакция. Чтобы перехватить инициативу, Кайфат сделал шаг вперёд и, не вынимая меча из ножен, врезал разбойнику с дубинкой. Тот сдавленно охнул и сполз на пол.
Замычав, точно раненый бык, от стены отлепился очередной здоровяк и, расставив руки, попёр на К’ирсана. С этим он тоже церемониться не стал. Взмах раскрытой ладонью вызвал руну концентрации, и в бандита ударил жгут Силы. На миг Кайфат ощутил сопротивление, но почти сразу оно исчезло. Похоже, у мерзавца было нечто вроде амулета Мирта, однако на такую магию он рассчитан не был. Разбойник отлетел, сбив с ног ещё троих.
— Уважаемые, вы точно хотите беседовать по-плохому? — спросил К’ирсан.
Вокруг левой кисти заплясали языки зелёного пламени. Разбойничьи рожи вокруг испуганно замерли. Многие смотрели на лежащего без сознания собрата. Из-за ворота его рубахи вывалился треснувший медальон.
Внезапно захохотал белобрысый мужик, пинавший бывшего пленника Кайфата. Смеялся он самозабвенно, полностью отдаваясь этому занятию, кашляя и хлопая по коленям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
