Читаем без скачивания Между небом и землёй - Марк Леви

В порыве гнева она рассказала, как проводила дни и ночи, разговаривая с Лорэн в надежде, что та её слышит; что жизнь для неё с момента ухода дочери больше не существует; об ожидании звонка из госпиталя, сообщающего, что всё кончено.

Она дала ей жизнь. Будила утром, одевала, каждый вечер убаюкивала, рассказывая сказку. Прислушивалась к каждому её дню, к каждому чувству.

— Когда она превратилась в подростка, я мирилась со вспышками несправедливого гнева, разделила с ней первые любовные переживания, просиживала с ней ночи, когда она училась, проверяла все контрольные работы. Я умела отойти в сторону, когда это требовалось, и знали бы вы, как мне её не хватало, когда она ещё была жива. Каждый день я просыпалась с мыслью о ней и засыпала, думая о ней…

Миссис Клайн замолчала, не в силах продолжать из-за подступивших слез.

Артур коснулся её плеча и попросил прощения.

— Я больше не могу, — сказала она тихо. — Простите меня. А сейчас уходите, мне не следовало говорить с вами.

Артур ещё раз извинился, погладил по голове собаку и медленно двинулся прочь. Сел в машину. Отъезжая, увидел в зеркальце мать Лорэн, глядевшую ему вслед.

Когда Артур вернулся в квартиру, Лорэн балансировала, стоя на низком столике.

— Что ты делаешь?

— Тренируюсь.

— Вижу.

— Как все прошло?

Артур подробно рассказал о встрече; он был разочарован тем, что не смог поколебать позицию её матери.

— Шансов у тебя было немного, она никогда не меняет своих решений; она упряма как осел.

— Не будь жестокой, она переживает настоящую пытку.

— Из тебя получился бы идеальный зять.

— Ив чем же глубокий смысл этого замечания?

— Ни в чём — просто ты из тех мужчин, которых тёщи обожают.

— Твоё замечание кажется мне двусмысленным; не думаю, что это тема для разговора.

— Нет уж, я должна сказать! Ты овдовел бы ещё до того, как женился.

— Что означает твой кислый тон?

— Ничего; ничего он не означает. Ладно, пойду-ка я погляжу на океан, пока у меня ещё есть такая возможность.

Она внезапно исчезла, оставив озадаченного Артура одного. «Что на неё нашло?» — спросил он сам себя. Потом включил компьютер и стал просматривать свои записи. В машине, когда ехал с набережной, он принял решение. Альтернативы не было, и действовать следовало быстро. Начиная с понедельника медики в любой момент могли усыпить Лорэн.

Он составил список предметов, необходимых для осуществления своего плана, и снял трубку, чтобы позвонить Полу.

— Мне нужно срочно тебя увидеть.

— Где ты хочешь встретиться?

— Где тебе удобней!

— Приезжай ко мне.

Через полчаса Артур уже был у него.

— Что у тебя стряслось?

— Мне нужно, чтобы ты оказал мне услугу, не задавая вопросов. Помоги мне украсть тело из госпиталя.

— Это что, от призрака ты перешёл к трупу? Могу предоставить тебе мой собственный, скоро он будет в твоём распоряжении, если ты намерен продолжать в том же духе!

— Это не труп.

— А, это больной в отличной форме?

— Я вполне серьёзен, Пол, и очень спешу.

— Я не должен задавать вопросы?

— Тебе будет довольно сложно понять ответы!

— Я что, слишком глуп?

— Просто никто не поверит в то, что мне приходится сейчас переживать.

— Попытай счастья.

— Я хочу, чтобы ты помог мне похитить тело молодой женщины в коме; в понедельник её подвергнут эвтаназии. А я этого не хочу.

— Ты влюбился в женщину в коме? В этом суть твоей истории с призраком?

Артур ответил неопределённым «гм-гм», Пол сделал глубокий вдох и откинулся на спинку дивана.

— Эта история заинтересует любого психоаналитика. Ты хорошо подумал, решение окончательное?

— С тобой или без тебя, но я это сделаю.

— Послушай! Ты бог знает сколько не подавал признаков жизни, ты похож на черт знает кого; ты просишь меня рискнуть десятью годами тюрьмы за похищение тела из госпиталя. Это все, что тебе нужно?

Артур изложил план и перечислил, что должен будет раздобыть Пол, и главное — машину скорой помощи, позаимствовав её в гараже отчима.

— Ага, и к тому же я должен обворовать мужа моей матери! Счастлив нашим знакомством, старина, без тебя я многое пропустил бы в жизни.

— Я знаю, что прошу у тебя слишком…

— Нет, ты не знаешь! И когда все это нужно?

«Скорая помощь» нужна к вечеру воскресенья.

Операция начнётся в одиннадцать часов, за полчаса до того Пол должен заехать за ним домой. Утром он позвонит и уточнит детали.

Весьма озабоченный, Пол проводил друга до машины.

— Спасибо, Пол, — сказал Артур, высовывая голову в окошко.

— Для того и существуют друзья; может, в конце месяца ты мне понадобишься — я собираюсь поехать в горы постричь ногти одному медведю-гризли, так что буду держать тебя в курсе. Давай, катись. Сдаётся мне, у тебя ещё куча дел.

Машина исчезла за углом, и Пол, воздев руки к небу, возопил: «Ну почему я, Господи?» Несколько секунд он в тишине разглядывал облака и, не дождавшись ответа, пожал плечами и пробормотал: «Знаю, знаю! А почему бы и не я?!»

Остаток дня Артур провёл, бегая по аптекам и забивая лекарствами багажник машины. Вернувшись в квартиру, он застал Лорэн спящей на кровати. С величайшей осторожностью присел рядом и легонько провёл рукой над её волосами, не прикасаясь к ним. Потом прошептал: «Теперь ты научилась спать. Ты действительно очень красива».

Затем он встал, тоже очень осторожно, и отправился в гостиную. Едва он вышел из комнаты, Лорэн приоткрыла один глаз и хитро улыбнулась.

Артур придвинул к себе бланки, распечатанные накануне, и принялся их заполнять. Некоторые пункты он оставил пустыми.

Потом Артур поехал в Мемориальный госпиталь. Припарковался на стоянке у отделения скорой помощи, оставил дверцу приоткрытой и направился в приёмный покой. Видеокамера наблюдения следила за коридором, но он её не заметил. Артур прошёл по коридору АО большой палаты, служившей столовой. Его окликнула дежурная медсестра:

— Что вы здесь делаете?

Он хочет устроить сюрприз одной своей давней знакомой, которая работает здесь, возможно, сестра её знает — Лорэн Клайн. Несколько секунд медсестра пребывала в замешательстве.

— Вы давно её видели?

— Как минимум, месяцев шесть назад!

Он выдал себя за фотографа-репортёра, который только что приехал из Африки и хочет поприветствовать одну из кузин жены.

— Мы с ней были очень близки. Она что, здесь больше не работает?

Медсестра уклонилась от ответа и пригласила пройти в регистратуру, где ему все объяснят. Ей очень жаль, но здесь его родственницы нет.

Артур притворился обеспокоенным и спросил, не случилось ли чего.

Явно смущённая, медсестра настоятельно предложила пройти в регистратуру госпиталя.

— Я должен выйти из здания?

— В принципе да, но вам придётся сделать большой круг… — И объяснила, как пройти в регистратуру через внутренние переходы.

Он поблагодарил её и попрощался, сохраняя на лице выражение беспокойства.

Убедившись, что медсестра его больше не видит, Артур пустился в блуждания по коридорам, пока не наткнулся на то, что требовалось, — через приоткрытую дверь он увидел на вешалке два белых халата Зашёл, схватил их и, свернув в комок, сунул под куртку. В кармане одного халата успел нащупать фонендоскоп.

Выскочил в коридор и вышел из госпиталя через главный вход. Обогнув здание, вернулся на стоянку к машине и отправился домой.

Лорэн, сидя у компьютера, даже не стала дожидаться, пока он войдёт в комнату, чтобы воскликнуть: «Ты совершенно спятил!» Он не ответил, подошёл к столу и бросил перед ней два халата.

— Ты и впрямь рехнулся; «скорая помощь» уже здесь?

— Пол заедет за мной на ней завтра в половине одиннадцатого.

— Где ты их взял?

— У тебя в больнице!

— Как ты умудряешься все это проворачивать? Что-нибудь может тебя остановить? Покажи мне карточки на халатах.

Артур развернул халаты, надел тот, что побольше, и повернулся, изображая манекенщика на подиуме.

— Как ты меня находишь?

— Ты свистнул халат Броневика!

— Кто это?

— Известный кардиолог. Представляю, что теперь будет там твориться — докладные посыплются дождём. Это самый сварливый и невыносимый тип во всём госпитале.

— Какова вероятность, что меня опознают?

Она успокоила его, заверив, что риск крайне невелик, понадобится особое невезение — в госпитале работают две сменные бригады, воскресная и ночная. Он не рискует нарваться на члена её команды.

Вечером воскресенья это совсем другой госпиталь, с другими людьми и иной атмосферой.

— Посмотри, у меня даже фонендоскоп есть.

— Повесь его на шею! Он послушался.

— Знаешь, в обличье доктора ты ужасно сексуален, — сказала она очень нежно и очень по-женски.