планируешь остновиться?
Она мягко улыбается, снимая солнцезащитные очки.
— На самом деле я вернулась навсегда, Елена.
Мои глаза расширяются.
— Ни за что? Серьезно?
— Ага. После расставания я готова снова окунуться в свою реальность здесь, в Нью-Йорке. К тому же я скучала по городу, — сообщает она мне.
— Ах да, расставание, — ледяным тоном говорю я. — Ты еще не поделилась подробностями о том, как ты закончила отношения с королевским придурком.
Киара встречалась с графом или кем-то вроде него еще месяц или два назад. Я не удивлена, что ей удалось зацепить благородство, девушка великолепна. Я немного расстроена, что их отношения закончились. Они были вместе два года, и именно из-за него она осталась в Лондоне после получения степени магистра. Она любила его.
Глаза Киары светятся весельем.
— Ты изучала британские ругательства, потому что знала, что я вернусь?
— Нет, — смеюсь я.
Мы направляемся к моей машине. Технически это не моя машина, а та, на которой мне предоставили водителя.
— Ки, это мой новый телохранитель, Карлос, — говорю я, знакомясь. — Карлос, это Киара. Если ты здесь давно, то должен её знать. Она моя лучшая подруга.
Неповоротливый мужчина не говорит ни слова. Он просто кивает, прежде чем сесть на водительское сиденье. Я бросаю на Киару раздраженный взгляд и веду ее на заднее сиденье.
— Пожалуйста, скажи мне, что после расставания у тебя был хотя бы секс из мести, — говорю я ей, как только машина заводится.
Она стонет.
— Елена.
— Что? Я имею право знать. С кем ты целовалась и трахалась, когда большой член королевской семьи трахал тебя до своего королевского члена?
— Перестань его оскорблять, — говорит она, смеясь. — Это я с ним рассталась.
Это заставляет меня задуматься.
— Подожди, серьезно? Но ты любила его.
— Это правда. Но мы были в разных местах, и наши отношения больше не складывались. Это было правильно.
— К черту правильную вещь. Тебе следовало гнаться за ним под дождем, лишить его живого дневного света и никогда не отпускать его.
Она смотрит на меня.
— Для того, кто не прилагает ни малейших усилий, чтобы найти любовь, ты довольно большой романтик, ты это знаешь?
Я машу рукой, отрицая это.
— Возможно, я не бросаюсь туда, но я знаю, что это реально. Только не для меня.
Улыбка Киары ослабевает, и она открывает рот, чтобы что-то сказать, но я продолжаю говорить раньше, чем она успевает.
— Кроме того, я смотрю слишком много ром-комов, чтобы не иметь всех этих сумасшедших идей.
— Верно, — осторожно говорит Киара. — В любом случае, расскажи мне о себе. Как ты справляешься после смерти Рикардо? Как остальные?
Киара была моей лучшей подругой с четырнадцати лет, и она знает каждого члена моей семьи. Я знала, что она настоящий друг, когда она не возражала против того, что делает моя семья. Конечно, ее отец — политик, у которого хорошие отношения с Де Лукас, поэтому мы всегда были связаны. Наша дружба была неизбежна.
— Все в основном в порядке, — говорю я ей.
— А Роман? Как поживает твой смертельный враг, в которого, я уверена, ты тайно влюблена?
Я задыхаюсь, мои глаза расширяются, когда я смотрю на Карлоса на переднем сиденье.
— Я, конечно, нет. Кроме того, этим смертельным врагом теперь является дон, и Карлос работает на него.
Карлос действительно высказывается.
— Не волнуйся, Елена. Я, может, и работаю на него, но я не стукач. Плюс, мне нужно сообщать только тогда, когда ты в опасности. Частные разговоры не в счет.
Это немного ослабляет мое напряжение. Я смотрю на Киару.
— Спасибо, Карлос. Но сообщать особо нечего. Я уверена, что Киара говорит такую чушь из-за смены часовых поясов. Я не влюблена в Романа, — решительно заявляю я.
Киара имеет смелость улыбнуться.
— Да, да, как скажешь. Ну и как он?
Что бесит, так это то, что Киара дружит с Романом. Она дружит со всеми. В ее личности есть что-то такое, что мгновенно успокаивает людей. Я думаю, они все могут сказать, насколько она хороший человек.
— Он в порядке, — бормочу я. — Отродье дьявола все еще остается отродьем дьявола.
Она закатывает глаза.
— А Майкл? Тони? Мария и Роза? Твой отец?
— Ну, Тони, как всегда, потрясающий осел. Мария изо всех сил старается быть сильной, одновременно пытаясь разрушить мою жизнь на стороне.
Киара поднимает бровь.
— Мы вернемся к этому позже. В любом случае, Роза тоже хороша. Она справляется, хотя все чаще запирается в своей художественной комнате. Мой отец тоже над этим работает. Честно говоря, из всех, я думаю, Майкл пострадал сильнее всего. Он почти не разговаривает, Ки. Он ни с кем не проводит время.
— Я уверена, что ему будет нелегко, — мягко говорит Киара. Я вижу беспокойство в ее глазах. Когда родители Майкла умерли, Мария и Рикардо практически усыновили его. Он был ребенком, у которого не было никого, пока его не привели в свою семью. — Я поговорю с ним, — бормочет она.
Они с Майклом близки. Когда мы были моложе, они некоторое время встречались и остались друзьями после расставания. У них есть связь, которую я, вероятно, никогда не пойму.
— Да, я уверена, он будет рад тебя видеть, — говорю я.
— Теперь вернемся к тому, что ты сказала о Марии, пытающейся разрушить твою жизнь, — подсказывает она.
Я вздыхаю, откидываясь на спинку сиденья.
— Несколько дней назад мне сказали уволиться с работы. Очевидно, я имею право на брак.
Глаза Киары расширяются.
— Что?
Глава 8
Роман.
— Давай, Майки, подними задницу.
Майкл даже не смотрит на меня, его внимание сосредоточено на планшете в руке. Я кладу кий и подхожу к погремушке, где он сейчас растянулся. Мои глаза прищуриваются к содержимому, отображаемому на экране.
